Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

ваших весьма сомнительных знакомствах. Уверен, со многими из ваших дружков нам было бы полезно побеседовать. Но сейчас нас интересует другое: пару часов назад был зафиксирован звонок с мобильного вашего покойного брата. Кажется, его звали Фрэнк. Как вы это объясните? Сам он позвонить никак не мог — ведь мертвецы не звонят, верно?

Розали уставилась в пол.

— Да откуда мне, черт побери, знать, чем занимался Фрэнк перед смертью? — проворчал Джеймс. — Наверное, толкнул мобилу за дозу. Из-за этой гребаной дури он и загнулся, вы же сами прекрасно знаете.

Второй детектив, стоявший у кухонной двери, полез во внутренний карман и достал еще один прозрачный пакет. Розали не поняла, что там лежит, но по лицу Джеймса было видно, что дело принимает скверный оборот.

— Этот пистолет тоже принадлежал Фрэнку?

Розали взглянула на вороненую сталь пистолета и едва не разрыдалась от досады. Какими же дураками надо быть, чтобы оставить в доме оружие! Что еще они найдут?

— Да, — кивнул Джеймс, стараясь сохранить независимый вид. — Мы сто раз предупреждали Фрэнка, но с ним совладать было невозможно.

— Что ж, тогда искренне надеюсь, что на нем обнаружатся только его отпечатки. Раз уж ты так уверен, что волына принадлежит Фрэнку, ты ведь не откажешься от дактилоскопии?

— Да ни хрена я делать не буду. Я уже выполнил свой долг и пришел в полицию, чего вам еще надо?

Детектив по имени Джефф подошел к Джеймсу вплотную. Несмотря на разницу в росте, он смотрел на него снизу вверх с той абсолютной уверенностью, какую человеку дает не только наличие оружия и напарника за спиной, но и богатый опыт общения с куда более крупными и опасными парнями, чем этот уличный хулиган. Он знал, как ломать таких, как Джеймс.

Было очевидно, что Джеймс не понимает этого невербального языка силы. Так почти всегда бывало с крупными чернокожими ребятами, когда им бросали вызов щуплые белые мужчины.

— Ты ведь старший из братьев, верно? — спросил Джефф.

Джеймс промолчал, но по его насупленному лицу было ясно, что так оно и есть.

— Прекрасно. Тогда вся ответственность за то, что сейчас мы заберем твою мать в участок из-за твоего нежелания сотрудничать со следствием, ляжет на тебя. Усек?

Джеймс нахмурился, глядя на копа. Розали мысленно взмолилась, чтобы сын не наделал глупостей ради ее спасения.

— С пистолетом мы разберемся позже. Суть в том, что нам и без него уже всё известно. Сейчас нам просто нужно, чтобы вы подтвердили хронологию событий, согласны? — Это прозвучало отнюдь не как вопрос, но Розали послушно кивнула.

— Сегодня в два часа ночи мы запеленговали Догги Роджерс на юге Вирджинии по сигналу телефона вашего покойного сына. Что вы на это скажете, миссис Ли?

Она молча покачала головой. Как она могла быть настолько наивной, надеясь обвести их вокруг пальца? Куда ей тягаться с такими профессионалами.

— Перед этим она разговаривала с человеком из Джорджтауна. Его зовут Дэнни Харгрейвз. Вы его знаете, миссис Ли?

— Дэнни Харгрейвз? Нет, впервые слышу.

— Допустим, не знаете, — хмыкнул он. Он взял со стола альбом с китайскими фотографиями и перелистнул несколько страниц. — Тогда взгляните вот на этот снимок. — Он указал на фото, сделанное в холле пекинского отеля: Догги, Розали и Джон Бугатти смеясь указывали пальцами на напольный коврик у лифта. Розали отчетливо помнила тот день: их тогда страшно позабавило, что коврики в лифте меняли каждый день, выстилая новые с названиями дней недели, прямо как детские слюнявчики. Это были счастливые, беззаботные времена. Как же грустно думать об этом теперь.

— Джона Бугатти, который стоит рядом с вами на фото, вы знаете, а вот Дэнни Харгрейвза — нет?

— Если это кто-то из знакомых Джона Бугатти, то я ничего о нем не знаю. Мы никогда не общались близко, да и самого Джона я не видела уже лет семнадцать.

— Джон Бугатти объявлен в федеральный розыск, вы в курсе? — спросил Джефф.

Она испуганно перекрестилась:

— Господи помилуй, нет! Что он натворил?

— Значит, вы также не знаете, что сегодня у Догги Роджерс назначена с ним встреча в Вашингтоне? Она вам об этом не говорила?

— Бог мой, конечно нет, я понятия об этом не имею. — Розали опустила глаза. Да за кого они ее принимают? Какое отношение она имеет ко всей этой шпионской заварухе? Она покачала головой и посмотрела на Денниса, всё еще лежавшего на полу. Чем же всё это закончится?

В этот момент она заметила едва уловимое движение руки Денниса. Он медленно, миллиметр за миллиметром, заводил руку под тяжелый дубовый комод.

«О господи», — похолодела она от ужаса. Что у него там спрятано? Что он задумал? Неужели там, в пыли под комодом, лежит пистолет? Неужели этот идиот хочет вытащить его и наставить на агентов? От Денниса вполне можно ожидать такой глупости. Что же она сделала не так в этой жизни, раз не смогла выбить дурь и безрассудство из голов своих детей? Неужели они настолько пошли в своего непутевого отца, что вся ее борьба за их будущее была напрасной?

Она заметила, как Джеймс плотнее прижался к стене. Он тоже видел, что затеял младший брат, и на его лице едва не промелькнула торжествующая ухмылка.

— Слышь, командир, послушай меня, — заговорил Джеймс, отвлекая внимание агентов на себя. — Моя мать когда-то ездила в Китай, и Догги Роджерс была там же. Она просто помнила наш адрес, только и всего.

Розали попыталась незаметно пнуть Денниса носком туфли, но тот не реагировал. «Сейчас начнется стрельба», — с ужасом поняла она. Еще секунда, и прольется кровь. Она пнула его еще раз, сильнее, но без толку — его рука уже полностью ушла под комод.

— Значит, и этого человека вы тоже знаете, миссис Ли? — спросил Джефф, указывая на снимок уставшего Т. Перкинса на фоне гигантского портрета председателя Мао на площади Тяньаньмэнь.

— Да, он тоже выиграл ту поездку. Нас тогда было трое победителей. Он очень славный и вежливый человек. — Розали изо всей силы наступила каблуком на бедро Денниса, заставив его вздрогнуть. Его тело вытянулось на полу струной, и копы вот-вот должны были это заметить.

Второй агент кивнул:

— Сегодня ночью шериф Т. Перкинс отправил сообщение на мобильный Догги Роджерс. Вы не знаете, откуда у него этот номер?

—