Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

Он выгреб всё содержимое из карманов своих старых вещей и выложил его на поросший мхом пень на опушке леса вместе с аккуратно сложенной одеждой: носовой платок, мобильник, который он теперь боялся включать, и наличные деньги, одолженные у Дэнни. Затем он переоделся в форму и попытался представить, как выглядит со стороны. Уж точно не похож на тех бравых солдатиков, за которыми он когда-то бегал.

Он убрал деньги в карман и на секунду задумался, не зашвырнуть ли этот проклятый телефон подальше в кусты. Но затем покачал головой, спрятал аппарат во внутренний карман кителя и присел на кучу своих старых вещей, принявшись аккуратно разминать распухшую лодыжку. К счастью, отек постепенно спадал. Значит, его прыжок с крыши фургона Джампера обошелся без перелома. Он пару раз согнул и разогнул ногу в суставе, пытаясь заставить мозг работать ясно.

Они упоминали дату — шестое октября, и всё указывало на то, что для них это было неким символом. В каком-то самом дальнем, заброшенном уголке его измученной памяти зашевелилось воспоминание: он ведь точно знал, что означает эта дата. Оно так и рвалось наружу, готовое вот-вот всплыть в сознании.

За ним приехал военный джип, и они больше трех часов тащились черепашьим шагом по лесным тропам и объездным улочкам. За всё это время они с водителем не проронили ни слова. По дороге молчаливый шофер протянул ему удостоверение личности. Джон прочитал его с дурным предчувствием: «Тони Кларк, майор, 54 года, медслужба». Неужели они всерьез думают, что он сможет выдать себя за этого майора Кларка, если у него потребуют документы? Он же совершенно на него не похож! Эти люди просто психи.

Он уже открыл было рот, чтобы высказать свои возражения, но водитель опередил его, молча указав на небольшую коробку, лежавшую на сиденье между ними. Джон открыл ее и уставился на содержимое, которому наверняка позавидовал бы любой актер театра комедии, привыкший к быстрым переодеваниям. Он вздохнул и развернул зеркало заднего вида к себе. Оставалось надеяться, что парик подойдет по размеру, а накладные усы не отвалятся в самый неподходящий момент.

Его высадили неподалеку от Стантон-Парка, откуда он пешком направился к центру Вашингтона. Небо стремительно затягивало тучами, и первые тяжелые капли дождя ложились на плечи его новенького кителя. По дороге встречавшиеся солдаты то и дело отдавали ему честь, и он небрежно козырял в ответ. Дело было нехитрое.

Когда он поравнялся с канадским посольством, документы у него по-прежнему никто не проверил. Джон молил бога, чтобы так продолжалось и дальше — и главное, чтобы на пути ему не попался кто-нибудь, кому срочно понадобится его «врачебная» помощь. В нынешней ситуации такой сценарий исключать было нельзя. Атмосфера в городе была гнетущей, зловещей. Воздух буквально был пропитан насилием. Прохожие двигались торопливо, испуганно оглядываясь по сторонам. Всё вокруг живо напоминало диктаторские режимы, где вся власть принадлежит людям с автоматами. По улицам с грохотом носились бронетранспортеры. Кое-где на дорогах была натянута колючая проволока, а спецназовцы с автоматами наперевес грубо заворачивали пешеходов обратно. В остальном же стояла мертвая, звенящая тишина. Точно перед самым рассветом на передовой, когда солдаты в окопах ждут команды идти в атаку на нейтральную полосу.

Когда он наконец добрался до Маркет-Сквер, ливень разошелся не на шутку, и его накладные усы уже несколько раз едва не отвалились от сырости. Он сверился с часами: до встречи оставалось еще не меньше полутора часов. «Подожду Догги внутри», — решил он. Китель неприятно лип к телу от влаги. Слегка прихрамывая, он вошел в кирпичное здание, где находилась чайная «Чаизм», и вежливо кивнул менеджеру — парню мексиканского происхождения по имени Роберто. Джон всегда любил это место, здесь было очень уютно.

— Устричный бургер и улун[78] «Одинокий куст», пожалуйста, — сделал он заказ и уселся на высокий табурет у окна. Отсюда открывался отличный вид на жилой комплекс «Резиденс», где жил Уэсли Бэрфут. Интересно, не потому ли Догги выбрала это место для встречи? Неужели Уэсли тоже в этом замешан?

Он сделал пару укусов и огляделся. За тиковой стойкой двое молодых мексиканцев в черных бейсболках и с первыми пушками усов добродушно толкали друг друга в бок. Судя по всему, братья. Джон невольно залюбовался их широкими плечами и по привычке расправил грудь.

«Ха! — мысленно усмехнулся он, отводя взгляд. — Тоже мне, размечтался, дурак. Думаешь, они на тебя посмотрят? Плевать им на тебя, даже несмотря на твой шикарный черный парик и усы покрупнее их собственных».

Помимо него и персонала, в чайной было всего три посетителя. Трое молчаливых белых мужчин лет сорока в светло-голубых рубашках сидели за одним столом, перед каждым стояла чашка. «На любителей чая они совсем не похожи», — подумал он и снова посмотрел в окно, на кафе «Атлантик» на противоположной стороне улицы. За залитыми дождем стеклами он сумел разглядеть несколько смутных силуэтов — люди сидели у окон и пристально всматривались в улицу. Они до боли напоминали парней, сидевших в четырех метрах от него. Джон перевел взгляд дальше по улице, на въезд в подземный паркинг здания «Лансбург». Под вывеской «Ограничение по высоте 6 футов 8 дюймов» стоял темно-синий автомобиль, полностью блокируя проезд. «Наверное, сейчас уедут», — подумал он и опустил глаза в меню. Он не был здесь пару лет, но цены остались прежними. «Хорошее место», — подумал он и снова поднял голову. Из машины у подземного паркинга вышел мужчина. На вид лет сорока, в сером костюме и... светло-голубойй рубашке, которая мгновенно темнела под дождем. Опять точно такая же рубашка.

Джон медленно повернул голову и посмотрел на троицу за столом. С тех пор как он вошел, они не пошевелились ни на миллиметр. Он поерзал на стуле, пытаясь получше разглядеть силуэты в кафе «Атлантик». Те тоже застыли на своих местах.

И тут его осенило. Он отодвинул тарелку, поднялся и не торопясь прошел мимо троих мужчин к стальной лестнице, ведущей вниз, к туалетам. Они даже не повернули головы в его сторону. Вообще никак не отреагировали.

Не глядя на маленький декоративный пруд с карпами кои у подножия лестницы, он прошел прямиком в туалетную комнату.

«Что-то здесь не так, определенно не так», — думал он, глядя на дно массивной раковины. «Что, если включить мобильник и набрать Дэнни?» Он покачал головой, пытаясь отогнать эту мысль.

«Но разве у меня есть выбор? — размышлял он дальше.