Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

В это же время начинается подъем должности сенешала, к которому перешла часть обязанностей бездействовавшего графа-палатина. В отличие от эпохи Каролингов теперь сенешал обозначался по преимуществу словом dapifer. К концу XI в. он вышел на первый план, заняв в придворной иерархии место сразу за родственниками короля. Сенешал стал главой всех слуг во дворце и всех служащих (прево) в домене; последних он инспектировал по несколько раз в год. Из его обязанности заботиться о домене вытекала защита владений от внешних нападений и, следовательно, командование войском домена (princeps militiae regis) в то время, когда король командовал всем остом[8]. От графа-палатина к сенешалу перешли судебные функции: в отсутствие короля именно он председательствовал в курии, во время поездок по домену выслушивал жалобы на действия прево и от имени короля проводил на местах заседания апелляционного суда.

О вознаграждении за отправление сенешальской должности точных сведений нет. Однако можно предполагать, что сенешал получал определенные суммы из казны на покрытие расходов, вызванных его служебными поездками по домену для надзора и контроля королевских прево. При этом он, по всей вероятности, пользовался правом постоя и прокорма в королевских замках и аббатствах, в замках баронов. Как военачальнику ему должна была причитаться определенная доля в военной добыче, а как судье — часть от штрафов и конфискаций. И, наконец, королевские подарки, которыми государь награждал за верность и побуждал к ревностной службе, — ими могли быть не только драгоценные предметы или богатая одежда, но и доходы с определенных владений. Очень быстро сенешалы приобрели такую власть, что сам король едва не стал игрушкой в их руках. Филиппу I и Людовику VI потребовалось более двух десятилетий изнурительной борьбы со своими сенешалами — сначала из дома Рошфор-Монлери, потом с Гарландами, — чтобы подчинить их своей воле.

Последним сенешалом Франции, занимавшим должность с 1154 по 1191 г., был Тибо V, граф Блуа и Шартра. После его гибели в крестовом походе Филипп II Август никого не назначил на его место. Однако еще почти полтора века (последнее упоминание в документах в 1331 г.) в королевских дипломах отмечалось формальное существование должности сенешала формулой dapifero nullo.

В конце XII начале XIII в. обязанности сенешала, так же как ранее майордома и графа-палатина, были распылены: военная функция целиком перешла к коннетаблю, хозяйственная служба и управление дворцом — к должностным лицам более низкого ранга во главе с мэтром королевского отеля (magister hospitii Regis), административно-судебные — к бальи, но в местном масштабе.

Во второй половине XIII–XIV в. присоединяемые к короне земли принесут свои сенешальские должности (сенешал Шампани, сенешал Анжу, сенешал Нормандии и т. д.), которые так же, как королевский сенешал (т. е. сенешал Иль-де-Франса), превратятся в почетные титулы; реальная власть перейдет к губернаторам и наместникам короля.

Должность кравчего при Капетингах приобрела дополнительный вес — под его управление перешли все виноградники домена. А так как первоначальный домен короны находился в зоне виноградарства, то производство и продажа вина были важными статьями дохода. Эти функции преимущественно экономического характера привели кравчего к участию в финансовых делах королевства. В его подчинении находились начальники отдельных винных подвалов (sommelier) и виночерпии (pincerna, scancionarius; échanson), прислуживавшие гостям за столом.

Уже при Филиппе II Августе кравчий утратил ответственность за виноградники; из обязанностей ему остался лишь надзор за виночерпиями во время больших празднеств. Но кравчий по-прежнему был членом королевской курии и сохранял за собой вознаграждение за отправление должности он имел долю от доходов, приносимых торговлей вином, а также часть от пошлин на Сене. Иногда король доверял эту должность своим любимым советникам. Генрих IV де Сюлли, принесший королю оммаж за должность кравчего в апреле 1317 г., соединил ее с председательством в Счетной палате (1316–1334), и этот дуэт сохранился до конца существования должности кравчего, упраздненной Карлом VII в 1449 г.

Должность камерария всегда была в ряду наиболее важных, в середине XI в. на недолгий срок (около 1047–1070 гг.) она вышла на первый план. Но на рубеже XII XIII вв. обширное поле деятельности и ответственности камерария подверглось дроблению. В 1146 г., перед отправлением в крестовый поход, Людовик VII передал казну, за исключением своих личных драгоценностей, на хранение Ордену тамплиеров, где она оставалась полтора столетия.

В самом начале XIII в. от камерария отделился казначей (thesaurarius; trésorier), в ведении которого сосредоточились казна и регалии, переместившиеся из потайной комнатки рядом с королевской спальней в отдельное специализированное хранилище. Около 1187 г. казна была перенесена в Тампль, а в 1200 г. в башню Лувра. Королевские инсигнии, которыми пользовались во время коронации в Реймсе, заняли место в сокровищнице аббатства Сен-Дени. Первым казначеем Франции был финансовый советник Филиппа Августа, рыцарь-тамплиер Эмар (1202–1222), имевший ключи от всех семи королевских сундуков с сокровищами; и еще семь казначеев хранили по одному ключу. В самом дворце оставались лишь специальные ящики-кассы с наличными деньгами для текущих расходов, которые были укрыты в разных потаенных местах. В 1295 г. Филипп IV забрал казну у тамплиеров и доверил ее светскому финансовому агенту — хранителю казны (garde du Trésor). Сначала хранитель был один, и в 1299 г. его жалованье составляло 600 ливров в год; в начале XIV в. их стало несколько. В руках казначеев концентрировались все государственные финансы, они вели счета и сводили доходы с расходами. В начале XIV в. были предприняты первые попытки составлять перспективный годовой бюджет королевства.

Переход казны в руки особого хранителя сразу лишил веса должность камерария. Ему остались лишь украшения и драгоценности, золотая и серебряная посуда — все то, что в начале XIV в. перейдет в «серебряную» службу (argenterìa; argenterìe). Несмотря на эти перемены, должность камерария не исчезла, хотя уже с конца XII в. она фактически являлась почетным титулом, за которым не стояло ни обязанностей, ни политического влияния, хотя сохранялись традиционные прерогативы, например заседания в Королевской курии и значительное должностное вознаграждение. В начале XIV в. она стала наследственным почетным титулом в роду сеньоров, с 1327 г. герцогов де Бурбон, и сохранялась за ними вплоть до 1545 г., когда в октябре король Франциск I (1515–1547) упразднил саму должность и вернул короне связанные с ней владения.

Комнатные слуги (valetti camerae, valets de chambre), находившиеся в непосредственной близости к государю, постепенно приобретали все большее значение и в первой четверти XIII в. превратились в камергеров (camberlanus, chambellan). Последние под руководством мэтра королевского отеля полностью отвечали за личные покои короля, надзирали за переездами, обеспечивали безопасность и соблюдение протокола; с середины столетия к их обязанностям добавились и финансовые функции.