Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

по три месяца, сменяя друг друга, так что возле короля всегда находилось не менее 30 человек, вооруженных кроме булав луками и полными стрел колчанами. Двое из них постоянно находились в дверях, еще четверо несли караул во время королевской трапезы. Массарии обладали привилегией иммунитета, подобно герольдам, и причинить им вред означало поднять руку на самого короля.

В правление Людовика IX к массариям добавилось несколько отрядов пехотинцев. Счета королевского отеля за 1234 г. зафиксировали появление арбалетчиков (balistarii, arbalétriers) во главе с начальником (magister balistarii, maître des arbalétriers), которые в количестве двух или трех дюжин сопровождали королевский кортеж.

Иногда в дни мира и всегда во время войны король окружал себя наемными рыцарями. Но в XI–XII вв. Капетинги довольствовались лишь горсткой оруженосцев, рыцарей и наемных сержантов. Вильгельм из Нанжи (ум. 1301) в «Анналах правления Людовика Святого» перечисляет 130 рыцарей королевского отеля (chevaliers de l'Ostel le Roy) из самых знаменитых фамилий Франции, которые сопровождали короля в его путешествии в Тунис. Юридически же «гвардия отеля» была учреждена в 1271 г.

Конюшенный граф сохранял относительно скромное положение при дворе вплоть до середины XI в. Со времени Генриха I (1031–1060) на передний план выступают военные функции, прежде всего защита домена, и конюшенный граф превращается в коннетабля, оставив лошадей и повозки на попечение маршала. В конце столетия коннетабль входит в число четырех великих официалов короны, хотя до середины XII в. занимает среди них последнее место. Скупые сведения о первых известных нам коннетаблях показывают, что на эту должность выдвигались королевские вассалы довольно низкого ранга, иногда простые рыцари, чьи владения находились близ границы с враждебной тогда Нормандией.

Значение должности коннетабля постепенно возрастало в течение XII в., т. к. коннетабли стали частичным противовесом честолюбивым сенешалам, претендуя на командование войском королевского домена. Уже в начале правления Людовика VII (1137–1180) Матье I, сир де Монморанси (1138–1160), исполнял военные функции в походе как «держащий место короля» (locum tenens Regis; lieutenant de roi), т. e. его заместитель, и являлся главным военным советником. После упразднения должности сенешала в XIII в. коннетабль стал неоспоримым главой армии во время войны; с середины столетия за ним закрепилась привилегия возглавлять авангард армии под командованием короля.

В начале XIV в. регистр Парижской счетной палаты зафиксировал следующие прерогативы коннетабля: «Он находится над всеми, кто отправляется в ост, кроме персоны короля; и все герцоги, бароны, графы, рыцари, оруженосцы, солдаты, как конные, так и пешие, какого бы сословия они ни были, должны ему повиноваться; маршалы оста подчиняются ему и не могут, и не должны ни выступать в поход, ни давать сражения, если оно не вынуждено, ни созывать бана без разрешения короля или коннетабля; коннетабль должен отдавать приказы о сражении, выступлении в поход и обо всех расположениях войска; всякий раз, когда армия переходит с одного места на другое, коннетабль должен находиться слева от короля и идти перед воинами рядом с начальником арбалетчиков, и в той же "баталии" должны находиться маршалы; король, если он участвует в осте, не должен выступать в поход без приказа и совета коннетабля; коннетабль имеет ото всех солдат, пеших и конных, которые получают жалованье от короля, право на однодневную плату с тех пор, как они приняты на службу»[11]. Кроме этой платы, согласно старинному обычаю, по большим праздникам в подарок от короля коннетабль получал плащи. Во время боевых действии он имел право на свою часть в военной добыче.

Кроме военных коннетабль обладал и судебными правами (audienda constabularii Francie), которые первоначально, по-видимому, распространялись только на людей его собственного отеля и слуг, а также на королевских массариев. Во время оста его юрисдикции подлежали все участники похода. В отличие от многих других должность коннетабля никогда не превращалась в синекуру, в почетный титул. Она всегда подразумевала если не военные дарования, то испытанную преданность, боевой опыт и безусловную личную храбрость в сражении. И не один коннетабль доказал это на поле боя. Во второй половине XIV в., начиная со знаменитого Бертрана дю Геклена (1370–1380), коннетабли станут первыми лицами государства после короля и принцев крови.

Должность маршала, который занимался главным образом королевской конюшней (в конце XI в. marschalcie — конюшня), считалась невысокой в XI и даже в XII в.; он числился среди служителей (servientes) где-то на уровне виночерпия, повара, сокольничего, подписями которых обычно завершались списки свидетелей в королевских дипломах. Подъем маршальской должности отмечается с правления Филиппа Августа, наставником которого в воинской науке был рыцарь Робер Клеман, сир дю Мец-ан-Гатинэ (ум. 1181), из старинного рода маршалов, насчитывавшего к тому времени более 100 лет наследственного маршалата. Три его сына также занимали этот пост; для старшего из них Альберика (ум. 191) в 1185 г. была создана должность маршала короля (mariscalcus Regis; maréchal du roi). B 1223 r. должность маршала перестала передаваться по наследству. С этого времени маршал получал свою должность только милостью короля, но традиционно сохранял ее пожизненно, даже если из-за ран, болезней или старости не мог водить войско в поход. Ни длительный плен, ни тюремное заключение не лишали маршала его звания. Только немногие экстраординарные случаи заставляли нарушить этот порядок.

В 1270 г., отправляясь в Тунисский поход, Людовик IX (1226–1270) назначил двух походных маршалов (maréchal de Vosi), а при Филиппе IV впервые появился маршал Франции (mariscalcus Franciae; maréchal de France). В число обязанностей маршала входил надзор за дисциплиной в армии и за исполнением наказаний; внешним символом его власти тогда была простая палка, которая со временем превратится в маршальский жезл. Именно из требований поддержания дисциплины в армии, главным образом в наемных отрядах, а также из необходимости регулировать споры между военными из-за жалованья, добычи и выкупа пленных возникла юстиция маршалов, которая отчасти переплеталась с правосудием коннетабля. Впервые маршальская курия (curia marescallorum) упоминается в тексте 1327 г., в котором говорится о том, что правосудие маршалов ограничено временем оста, что естественно, т. к. в эту эпоху не было постоянных наемных частей, кроме королевской охраны.

С созданием королевской гвардии (la garde du roi) в последней четверти XIII в. к ней перешли функции охраны королевской персоны. Начальник арбалетчиков получил новое поле деятельности. Объем его полномочий и количество воинов под его началом значительно увеличились. Теперь ему подчинялись пешие и конные арбалетчики, лучники и пехотинцы, т. е. все те, кто не входил в рыцарские «компании», а также инженеры, саперы, «артиллеристы», обслуживавшие военные машины, и обозники. Со временем начальника арбалетчиков вытеснит начальник артиллерии (magister artilliatoris maître de l'artillerie), и полностью исчерпавшая себя должность будет упразднена Франциском I.

Еще одна