Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

важная и почетная военная должность, появившаяся только в первой четверти XII в., сначала носила название знаменосца Святого Дионисия (signifer vexilli sancti Dionysii), с XIV в. — стража орифламы (garde de l'oriflamme). Именно летом 1124 г. знамя Св. Дионисия впервые было поднято с алтаря этого святого в аббатстве Сен-Дени перед началом большой войны с императором Генрихом V. Тогда его поднял сам король Людовик VI, но неизвестно, кто хранил и оберегал это знамя во время похода.

В течение ХII–ХIII вв. сложилась традиция, что это знамя, «данное Богом в великой тайне» и приносящее победу над врагом, поднималось только для защиты своей страны или для участия в крестовом походе, а не для набегов, мелких стычек и осад или для завоевания чужой страны и тем более не во время внутренних, гражданских воин. Оно развевалось над войском лишь в больших сражениях, считавшихся в эту эпоху чем-то вроде Божьего суда. За весь XII в. это имело место всего лишь четыре раза, в XIII в. — шесть или семь раз. По окончании похода орифламма всегда возвращалась на хранение в сокровищницу Сен-Дени. В сражении главной задачей стража орифламмы было уберечь доверенную ему святыню от врага — она всегда носилась перед всеми другими знаменами и была очень уязвима, — ибо захват противником орифламмы, так же как и королевского банньера, являлся зримым символом одержанной победы. Случалось, что орифламма погибала на поле боя вместе со своим стражем, как это произошло при Мансуре 8 февраля 1250 г. или при Монс-ан-Певель в 1304 г.

Вплоть до начала XIII в. Французское королевство, хотя и располагавшее приморским анклавом Монтрей-сюр-Мер, не обладало сколько-нибудь значительным участком морского побережья и не имело ни порта, ни флота. Это обстоятельство помешало Филиппу Августу после завоевания Нормандии захватить и Нормандские острова. Но, выйдя на морской простор, король принялся спешно создавать свой флот первые операции морских судов Франции имели место уже в 1216–1217 гг. Командовал ими знаменитый пират на французской службе Эсташ Ле Муэн (1211–1217).

До конца XIII в. флот французского короля был практически полностью арендованным, т. е. нужное количество кораблей на определенный срок нанималось у частных лиц-судовладельцев, обычно у генуэзцев и провансальцев. Именно таким был французский флот в двух крестовых походах Людовика IX и в Арагонском походе Филиппа III (1285). И первыми «флотоводцами», нанятыми в 1248 г., тоже были генуэзцы — Уго Леркари и Якопо ди Леванте.

Идею адмиралата как государственного института Людовик IX позаимствовал у своего младшего брата Карла д'Анжу, короля Иерусалима, Неаполя и Сицилии (1266–1285) и графа Прованского (1246–1285). В 1269 г. он принял ордонанс, устанавливавший для адмирала обязанность командовать королевскими кораблями без ограничения времени и предусматривавший регулярное жалованье.

Первоначально обязанности адмирала (admiratus, admiratus; старофранц. Amirail amirant от араб. emir al-bahr — господин моря; amiral) были скорее административно-финансовыми, нежели военными: он фрахтовал и покупал суда по поручению короля, снаряжал и вооружал их, снабжал продовольствием и водой, при необходимости организовывал ремонт и платил морякам жалованье. Для ведения счетов у адмирала имелся секретариат под началом клерка-капеллана. Кроме того, первые французские адмиралы обычно были хорошими штурманами и лоцманами, знавшими Средиземное море. В XIV в. появился и суд адмирала, аналогичный суду коннетабля и маршалов, он разбирал споры о жалованье, о взятой добыче и найме матросов. Первые назначения на должность адмирала производились, лишь когда планировался морской поход, по окончании его должность упразднялась. С середины 90-х гг. XIII в. она стала постоянной, но ее название варьировалось так же, как и регион оперативной деятельности, пока к 1330-м гг. не утвердился адмирал Франции (admiratus Regis; amiral de France). При Филиппе IV адмирал встал в один ряд с коннетаблем и маршалами. Пожалованные ему прерогативы получили весьма пышное внешнее выражение особую адмиральскую галеру с павильоном и фонарем на корме, почетный эскорт и особые трубные сигналы. Кроме того, адмирал имел право и на специальные знаки своего достоинства в дополнение к родовому гербу. Но все же до конца XV в. считалось, что война на море «плохо сочетается с благородством».

Местная власть

Вступление на королевский престол Гуго Капета стало вехой, официально обозначившей распад Западно-Франкского королевства на независимые территориальные владения-принципаты, во главе которых стояли герцоги и графы, давно превратившие должностные земельные пожалования в наследственную собственность. Королевский фиск сжался до размеров домена, основу которого около 1000 г. составляли два графства — Парижское и Орлеанское, соединенные узким перешейком. В XI–XII вв. основными агентами короля на местах были прево (praepositus, prévôt), которые стояли во главе королевских поместий. Фактически прево являлся домениальным должностным лицом, главной обязанностью которого был сбор доходов с порученной ему части домена. В его подчинении находились мэры (major, maire), иногда даже являвшиеся зависимыми людьми, которые собирали налоги и пошлины в отдельных деревнях. Прево осуществлял правосудие от имени короля на своей территории, но только в отношении сельского, неблагородного населения и не мог привлечь к суду даже самого мелкого рыцаря. Со временем из-под его власти вышли города, добившиеся коммунального самоуправления. Прево также мобилизовывал сельское ополчение в помощь королевскому войску.

До 1191 г. прево подчинялись королевскому сенешалу, который несколько раз в год совершал инспекторские поездки по домену, принимал от прево королевскую часть доходов, выслушивал жалобы на действия прево и от имени короля проводил заседания апелляционного суда на местах.

Социальное положение прево в XI–XII вв. было весьма скромным. Это должностное лицо назначалось королем по договору должностные обязанности и должностные владения либо давались в лен, либо продавались в аренду с торгов, но в любом случае прево стремился передать должность сыновьям и превратиться в наследственного вассала короны.

Кроме прево в администрацию короля входили интенданты, или консьержи (concierge — хранитель, защитник), королевских замков, отвечавшие только за саму крепость и ее гарнизон; лесничие (forestarías, forestier), которые охраняли заповедные леса и организовывали охоту; смотрители (vicanus, viatorius; voyer), исполнявшие функции наподобие полицейских в больших городах и на королевских дорогах, а также мытари — должностные лица на таможенных заставах, взимавшие дорожные и иные пошлины.

Рост королевского домена, ставший особенно заметным со времени правления Филиппа II Августа, практически не отразился на престиже должности королевского прево. В 1190 г., перед отправлением в крестовый поход, Филипп Август поручил управление делами на местах королевским прево и бальи (bajulus, bailivius; bailli от baille — опека, покровительство), которые должны были представлять отсутствующему государю донесения на злоупотребления прево. Через два года после возвращения из Святой земли — Филипп Август уже направлял инструкции одним только бальи. Это новое должностное лицо, созданное по англо-нормандскому образцу, видимо, еще перед Третьим крестовым походом, произвело переворот в системе королевской администрации на местах.