Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

они исполняли и ряд других важных функций: регистрировать и исполнять королевские эдикты и ордонансы, редактировать местные кутюмы, утверждать право домениальных неотчуждаемых владений и т. д. К концу XVI в. функции бальи (или сенешаля), который чаще всего принадлежал к родовому дворянству, свелись к тому, что он объявлял сбор местного дворянского ополчения (бан и арьер-бан) и сопровождал его к королевским капитанам, председательствовал на провинциальных собраниях, выбиравших депутатов на Генеральные штаты.

В подчинении у бальи находились президент бальяжа, гражданский лейтенант (эти должности часто совмещались), королевский лейтенант по уголовным делам, королевский лейтенант «короткой робы» (выполнявший полицейские функции), королевский прокурор, бальяжные советники, секретари суда и т. д. Как правило, эти чиновники также были местными уроженцами.

Эдикт 1552 г. придал примерно 60 бальяжам функции т. н. президиальных судов по гражданским и уголовным делам (présidiaux). Помимо продажи новых должностей, они должны были выступать апелляционными судами достаточно широкой компетенции. Целью этого нововведения было повышение доступности правосудия для населения и существенная разгрузка провинциальных парламентов.

Парламенты

Политическое могущество власти, обретение ею публично-правового характера зависели от реализации ею своего права высшей судебной инстанции. Именно поэтому период сословно-представительной монархии — это время превращения королевского суда в высшую судебную и апелляционную инстанцию. Парижский парламент стал главным судебным учреждением страны. Эволюция королевской курии, утверждение системы королевских судов в итоге определили оформление системы провинциальных парламентов. Функционирование этой особой системы наглядно демонстрирует, каким именно образом шел процесс складывания институтов власти и их функционирования. Полномочия центрального Парламента — Парижского (а именно туда поступали кассационные жалобы после рассмотрения судами сенешалей, бальи и прево) отчетливо демонстрируют, что Парламент являлся высшим институтом, воплощавшим сам принцип верховной власти.

Сам характер и объем компетенции Парламента свидетельствуют о том, что в рассматриваемое время окончательного разграничения функций государственного управления еще не произошло. Формально Парижский парламент это высший апелляционный суд, однако, как справедливо отмечает отечественный исследователь институтов власти сословно-представительной монархии С. К. Цатурова, одновременно он являлся «главным институтом реализации королевской власти».

Эволюция Парламента (возникшего в 1307 г.) в период сословно-представительной монархии была связана с предоставлением этому суду королевской властью все более широких полномочий. Королевский ордонанс 1345 г. устанавливал количество его советников и распределял их по трем палатам. Как передача ряда дел в исключительную компетенцию Парламента (cas royaux), так и право апелляции служили повышению его статуса, подчеркивали деятельность этих палат как самостоятельных органов королевской власти. Статус суда подчеркивался и тем, что определение Lèse-Majesté (оскорбление величества) касалось и должностных лиц: например, чиновник, выполнявший королевское поручение, считался не только представителем короля, но и носителем частицы монаршей власти. Парламент приобрел особое политическое значение благодаря своему особому праву регистрировать государственные акты. Именно с этим связана его функция контроля за другими субъектами правотворчества государства, включая самого короля: Парламент проверял законность содержания полученного для утверждения документа. Право ремонстрации (столь раздражавшее французских королей периода абсолютизма), т. е. право представлять королю заключение о несоответствии какого-либо королевского акта законам королевства (и, как следствие, отказ его утверждать и придавать законную силу), свидетельствует не только о могуществе данной судебной корпорации, но и о том, что она оценивала законодательную и административную политику короны: именно Парламент решал судьбы королевских указов. Этому еще более способствовала нерасчлененность судебно-административных функций короны.

Естественно, что соединение столь многих полномочий привело к закономерному решению — чтобы избежать волокиты в решении дел, помимо центрального Парижского парламента были созданы парламенты в провинциях: семь парламентских судов, т. н. независимых палат (король делегировал им право вершить правосудие, рассматривая апелляции). Процесс создания провинциальных парламентов бурно шел в XV в. и завершился уже в эпоху абсолютной монархии изданием указа Генриха II (1553) о создании восьмого по счету Парламента в Ренне для Бретани. Первым был создан Тулузский Парламент (для Лангедока) в 1443 г., вторым — Гренобльский (для Дофине) в 1453 г., третьим — Парламент в Бордо (для Аквитании) в 1453 г., затем в Дижоне (для Бургундии), в Руане (для Нормандии) в 1499 г. и Эксе (для Прованса) в 1501 г. В период аннексии Савойи и Пьемонта был создан Парламент в Шамбери (с 1536 по 1559 г.). Характерно, что Парламент в Дижоне был образован буквально по следам политических событий сразу же после гибели герцога Карла Смелого и возвращения бургундских владений короне в 1477 г. При этом сохранялись также старые герцогские и графские суды.

Юрисдикция Парижского парламента охватывала более трети территории королевства. Его судебные полномочия были весьма обширны, и противостоять ему могла только королевская воля. Превращение Парламента в ведущий институт королевской власти оказалось связано с превращением его в профессиональное учреждение уже в середине XIV в. Первоначально Парламент после сессии распускался, и король постоянно должен был набирать новых чиновников. Согласно ордонансам 1345 г. внутри Парламента оформляется группа профессионалов на постоянно действующей основе. К тому же Парламенту предоставлялось право самостоятельного отбора нужных ему людей. Сам состав палат определялся особой комиссией во главе с канцлером.

Институт парламентских чиновников становился все более многообразен, и каждая их группа имела свои полномочия. В XV в. Парламент состоял из трех палат: Верховной (Grand chambre), Следственной (chambre des enquêtes) и Палаты прошений (chambre des requêtes de Palais). К Парламенту также были добавлены восемь чиновников Палаты прошений короля (chambre des requêtes de l'Hôtel). Последняя дублировала, возможно, в целях контроля, Палату прошений парламента. Количество чиновников в Парламенте было к XV в. строго регламентировано. Во главе стояло четыре президента, 30 служащих Верховной палаты, 40 чиновников Следственной палаты; третья палата была самой малочисленной (в ней числилось всего восемь человек). К Парламенту относились и члены суда пэров (их было всего 12, из них шесть светских, шесть духовных): эта палата отвечала за осуществление суда над знатью, и хотя с течением времени стала архаизмом, просуществовала довольно долго. Указы короля принимали силу закона только после утверждения Палатой пэров.

Верховная палата выносила решения и приговоры, могла инициировать собрание всех должностных лиц Парламента для решения особо важных дел. Следственная палата, как явствует из самого названия, занималась расследованием дел и по его итогам выносила предварительное заключение, вносившееся на рассмотрение Верховной палаты. Палата прошений принимала, регистрировала и структурировала жалобы и апелляции от всех регионов. Первоначально гражданские дела не отделялись от уголовных, и только во второй половине XV в. появилась отдельная Палата уголовных дел (Chambre criminelle).

Важное значение приобретает институт парламентских секретарей. Особая группа секретарей отвечала за ведение протоколов. Если должность секретаря суда (greffier) сначала закрепляется за лицами, которые были обязаны вести протоколы заседаний, то с 1405 г. она становится прерогативой исключительно секретарей Парижского парламента. В XV в. имелось уже три секретаря с четко разделенными функциями: секретарь по гражданским