Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев

этот счет были сняты в 1990-е годы. Именно телевидение, даже в большей степени, чем алкоголь, стало амортизатором недовольства населения. Для десятков миллионов людей виртуальная действительность оттеснила на второй план проблемы реальной жизни. Для одних это были «мыльные» сериалы, как импортные, так и собственного изготовления, для других – детективы и боевики, как собственного, так и голливудского производства, для третьих – эротические шоу, четвертым были интересны разборки среди власть имущих, и здесь свою роль играли знаменитые «Куклы». Всем были интересны спорт и новости. Весь мир входил вместе с телевизором в наш дом, и этот факт сам по себе был способен отвлечь людей и снизить уровень социального и политического напряжения в обществе. Телевидение в гораздо большей степени, чем печать, радио, кино в кинотеатрах, а также другие средства массовой коммуникации, позволило использовать новые и ранее неизвестные способы воздействия на общественное сознание и даже манипуляции общественным мнением. При опросе москвичей, проведенном осенью 1997 года Российским независимым институтом социальных и национальных проблем (РНИСиНП), на вопрос о том, какие события последних месяцев привлекли их наибольшее внимание, 48,9 процента респондентов назвали гибель принцессы Дианы, 42,7 процента москвичей отметили решение о деноминации рубля, 33,1 процента считали самым важным событием последних месяцев празднование 850-летия Москвы, а 36 процентов назвали публичные казни в Чечне, о которых можно было узнать только благодаря телевидению[646]. Никто не подвергал сомнению роль телевидения, которое предпочитало концентрировать внимание зрителей либо на «картинках» сугубо утилитарных, либо на событиях, не касающихся прямо жителей России, но вызывающих в любом случае сильные эмоции. Но именно такое навязываемое массам распределение интересов совпадало и с требованиями римских плебеев «хлеба и зрелищ».

Землю и свободу торговли – рабочим и служащим!

Еще в 1980-е годы власти страны смогли оценить важность такого амортизатора социального напряжения, как огородничество и садоводство. Уже к началу 1986 года число горожан-огородников увеличилось в стране почти до 10 миллионов. Отмена ограничений по устройству и строительству на садово-огородных участках дала сильный толчок к их развитию. Весной 1991 года Верховный Совет РСФСР принял закон, разрешающий оформление всех дачных и садово-огородных участков как частную собственность граждан. Выделение таких участков населению производилось местными сельсоветами бесплатно. К концу 1995 года число садовых и огородных участков или наделов, принадлежавших рабочим, служащим и пенсионерам, превысило 30 миллионов. Это означало, что небольшой земельный участок в пригороде получила практически каждая городская семья или, во всяком случае, все те, кто этого хотел. В эти же годы рядом указов Б. Ельцина владельцам пригородных участков были предоставлены различные льготы, в том числе и по проезду на пригородном транспорте.

Небольшой сад или огород в пригородной зоне выполнял сразу несколько функций. Для одних это была полезная смена труда, отдых и даже увлечение. Для других – важная прибавка к семейному столу и бюджету. По подсчетам экспертов, с каждых шести соток в средней полосе России собиралось в 1990-е годы около 540 кг картофеля и овощей и до 250 кг фруктов в год[647]. Общая стоимость этой продукции по рыночным ценам 1997 года почти в два раза превышала размер средней годовой пенсии того же года. Доля продукции личного хозяйства в объеме совокупного дохода городской семьи составляла в среднем около 20 процентов, уменьшаясь у жителей крупных и более обеспеченных городов и увеличиваясь до 50 процентов в маленьких и бедных провинциальных городах. Огороды и сады имели огромное значение для выживания нескольких десятков наукоградов и разного рода небольших закрытых спецгородов в Московской области, Горьковской (ныне – Нижегородской), Саратовской и Калужской областях.

Превращение, хотя бы временное и частичное, рабочих и служащих в мельчайших собственников земли изменяло в чем-то существенном и психологию городского жителя. Весной, летом и осенью миллионы горожан устремлялись в выходные и праздничные дни на свои огороды, затрудняя проведение выборов и любых других политических кампаний. В любом случае люди получили какие-то реальные жизненные блага и возможность работать на себя и свою семью.

Еще в конце января 1992 года, стремясь разрядить стремительно нараставший протест против быстрого роста цен, Борис Ельцин издал, по совету Егора Гайдара, указ о полной свободе торговли. В первые месяцы действия этого указа в стране можно было продавать и покупать что угодно и где угодно; всякий контроль за уличной торговлей был временно снят. Позднее уличная торговля была упорядочена, появились лотки, ларьки и лавочки, навесы и прилавки. В городах были выделены места для больших вещевых и продуктовых рынков и ярмарок, появилась система оптовых и розничных рынков. В рынки были превращены почти все стадионы, включая «Лужники», «Динамо» и «Олимпийский» стадион в Москве. Позже торговля передвинулась на площади перед станциями метро, в подземные переходы, на улицы и площади вокруг вокзалов, в пригородные поезда. Меняя формы, такая торговля продолжалась до конца 1990-х годов. Обедневшие интеллигенты продавали книги из своих библиотек, пенсионеры нанимались продавать сигареты, булочки и водку. В электричках продавались детективы, шоколад, носки и перчатки, любые домашние мелочи. На вещевых рынках можно было купить всё.

Для приобретения товаров были фактически открыты границы со всеми соседними странами. Миллионы граждан России от 25 до 50 лет включились в «челночную» торговлю – они везли товары из Турции и Китая, из Арабских Эмиратов и из Италии, Польши и Японии. Аэрофлот предоставлял «челнокам» специальные рейсы, все таможенные правила были упрощены. Громадная сеть мелких магазинчиков и ларьков, а также огромных вещевых и продуктовых рынков – все это не только приблизило товар к покупателю и безмерно расширило ассортимент, но также дало на много лет оплачиваемую работу не менее чем 12–15 миллионов человек, главным образом из молодежи и пенсионеров. Только к концу 1990-х годов государство начало постепенно укрупнять и реформировать системы розничной и оптовой торговли, регистрировать бизнес и взимать налоги с доходов.

Теневая экономика и малый и мельчайший бизнес

Теневая экономика существует почти во всех странах мира, хотя ее масштабы в Германии, Великобритании или Швейцарии много меньше, чем в Испании, Италии и Греции. Под теневой экономикой мы понимаем, конечно же, не криминальную экономику; это не контрабанда и не торговля наркотиками или людьми, это не рэкет и не пиратство. Люди, занятые в теневой экономике, ведут вполне легитимный бизнес, но они, как правило, не отчитываются в своих доходах и не платят налоги. Теневые структуры есть и у вполне открытого и легального бизнеса, иначе зачем нужно было бы им платить часть заработной платы многим сотрудникам в конвертах.

Теневая экономика существовала в СССР во все времена, и ее наибольшее развитие пришлось на времена Брежнева. Когда ему говорили о низком уровне доходов рабочих