Последний кризис капитализма. Идеи современной экономики - Михаил Леонидович Хазин

отличает капитализм от феодализма. И, поскольку любые институты требуют для своего существования как денежных, так и людских ресурсов, раз появившись, капитализм был вынужден свою модель развития углублять и воспроизводить. Следовательно, этот факт не мог не повлиять на развитие всей мировой экономики, что мы и увидим в следующих главах.

Глава 5

Добавленная стоимость

Понятие воспроизводственного контура позволяет объяснить еще один чрезвычайно важный момент, который в либеральной экономической теории тщательно затушевывается. Причем здесь тонкость примерно того же порядка, что и в случае стоимости. Речь идет о феномене добавленной стоимости. Что это такое с точки зрения экономикс?

Формальное определение предельно простое: это рыночная стоимость продукции, произведенной фирмой, за вычетом понесенных затрат вне фирмы (стоимости приобретенных у поставщиков сырья, материалов, услуг). Иными словами, это чисто финансовый, даже бухгалтерский термин. Такая ситуация понятна, поскольку, с одной стороны, экономикс – это теория, созданная с явным упором в финансовую сторону вопросов. А с другой – это термин, который прямо используется в налоговой политике (НДС, налог на добавленную стоимость).

А теперь давайте посмотрим на ситуацию с точки зрения концепции воспроизводственного контура. Он расширяется в рамках текущих рынков, если на следующем экономическом цикле произведено больше, чем на текущем. Да, в разных отраслях и технологиях у таких циклов разный период, да, на следующем цикле вводятся новые технологии, а какие-то старые исчезают, но, теоретически, все это может так или иначе учитываться.

И если это учесть, то можно сформулировать понятие добавленной стоимости в рамках воспроизводственного контура – это тот объем продукции, на который увеличится совокупный объем производства на следующем экономическом цикле. Который можно фиксировать, например, за год. Или за пять лет, как это было в СССР.

Считать ее можно и в текущих ценах, это не принципиально, главное, что сравниваются объемы производства. Отметим, что при таком подходе говорить об эмиссии не приходится, при расчете воспроизводственного контура учитываются не финансовые активы, а рост курсовой стоимости акций в ВВП. Кто-то скажет: «Но курсовая стоимость акций не входит в ВВП!» И будет не совсем прав. Поскольку акции выступают залоговым активом, то есть участвуют в инвестиционном процессе. Разумеется, это влияние не прямое, но оно есть. И, соответственно, добавленная стоимость может быть и отрицательной, если совокупное производство за учитываемый период снижалось.

А вот дальше можно сделать следующий шаг в развитии идеи и предположить, что добавленная стоимость может быть и у отрасли, и у конкретного предприятия. Но не в смысле финансовом, а в смысле реального производства. И здесь можно привести один пример отличия воспроизводственного подхода от либерального.

Где-то в 2010 или 2011 году, сейчас уже точно не помню, я присутствовал на пленарном заседании Астанинского экономического форума, на котором выступал какой-то значимый эксперт, не то из Мирового банка, не то из МВФ. И он очень долго объяснял участникам (которых во Дворце независимости было несколько тысяч человек), что такое экономический рост и как его нужно интерпретировать в том или ином случае. С учетом недавнего кризиса это было вполне актуально.

В какой-то момент в зале поднялся один пожилой человек в традиционной одежде кочевника-пастуха. Я с такими ситуациями сталкивался много раз и сразу понял, что он может оказаться достаточно серьезным и даже влиятельным лицом, в тюркской среде принято прикидываться при первой встрече простым и даже немножко диковатым. А вот лектор этого явно не понял.

«Пастух» спросил, как ему с точки зрения сказанного докладчиком интерпретировать такую ситуацию: в прошлом году у него было 200 баранов, а в этом 220, лучше он стал жить или хуже? И получил в ответ достаточно длинное рассуждение на тему о том, что все зависит от рыночной конъюнктуры, от цены на мясо, на шерсть, на молодых барашков и т. д. и т. п. От стоимости услуг ветеринара, аренды пастбищ (или налога на землю) и… В общем, долго он говорил.

В ответ на это «пастух» ответил, что у него несколько иной подход. Что он, собственно, руководитель (или владелец? Не помню уже сейчас) большого сельхозпредприятия (бывшего колхоза). И баранов у него не 200, а 200 000 (цифра условная, но масштаб я более или менее отразил). И для него, если в этом году у него 220 000 баранов, а в прошлом было 200 000, это означает, что все, как в прошлом году, но есть только дополнительно 20 000 баранов. Которых можно и стричь, и продать, и забить на мясо…

Отметим, что оба участника целую кучу моментов оставили за скобками. А именно долю природной ренты в содержании стада, другие сферы деятельности сельхозпредприятия (которые могут приносить как прибыль, так и убытки) и т. д. Но различия между их подходами принципиальны и здесь их нужно обсудить. Поскольку это разница между финансовым и экономическим подходами.

Первый, в соответствии с классической концепцией добавленной стоимости, вообще не волнует результат деятельности предприятия. Если владелец баранов их всех продаст на мясо, то у него образуется большая прибыль и он заплатит налоги. Как НДС, так и, позже, на прибыль. А в рамках его хозяйства процесс может быть как закончен (деньги проедены, барашков больше нет), так и воспроизведен с нуля. Например, куплены новые барашки. Или куры. Или страусы. Собственно, фермы по откорму, например, бройлеров именно так и работают,

Но можно привести и другой пример. Имеется индивидуальное частное хозяйство, которое содержит кур. Они клюют траву и все, что попадается в земле, и фактически их обслуживание ничего хозяевам не стоит. Но они несут яйца, и их иногда можно резать на мясо. И вдруг приезжают ветеринары, объявляют эпидемию куриной чумы, забивают всех кур и увозят тушки. А за каждую курицу платят фиксированную сумму.

Теоретически на эти деньги можно купить новых цыплят, но какое-то время владельцам хозяйства придется тяжело: мяса нет, яиц нет, а деньги потрачены на цыплят. Да и компенсация часто недостаточна для того, чтобы компенсировать убытки полностью… Куры хотя бы быстро взрослеют, а у коровы, скажем, только беременность длится 9 месяцев. И все это время ее нужно кормить… Так что молока в такой ситуации не будет долго.

Иными словами, приравнивать работающее хозяйство к деньгам нельзя, поскольку хозяйство само себя воспроизводит, а деньги – нет. Ну, или делают это гораздо медленнее, чем куры и барашки. А бывают ситуации, когда просто остановить производство (скажем, завод) нельзя, поскольку оборудование при этом будет требовать как минимум капитального ремонта, а может и вообще утратить свою стоимость (разбежится трудовой коллектив).

Именно в этом состоит экономический подход, который прежде всего оценивает