Иран и его соседи в XX веке - Алекс Каплан

через порт в секторе Газа. Таким образом, борьба между Израилем и Египтом, если смотреть на события того времени через призму реальной политики, должна была стать самой ожесточенной, поскольку двум странам предстоял очень сложный палестинский передел. Для Израиля он был особенно важным, потому как на кону оказались практически вся южная часть страны, выход в Индийский океан и безопасность границ, поскольку Каир намеревался провести границу в Ашдоде, в тех самых 50 километрах от Тель-Авива, чтобы держать Израиль всегда на военном крючке.

Карта Израиля 1953 года. На карте видно, что, окажись южная часть страны в египетских руках, Каир получил бы выход к Иордании, а Израиль потерял бы выход к Красному морю.

Совсем по-иному складывались отношения между Израилем и Хашимитами. Они были тайными и дружественными. Дружественные – не совсем, наверное, правильное слово, чтобы объяснить суть этих отношений. Израиль и Трансиордания были крайне важны и нужны друг другу. Прошлое и географию было ведь не изменить, а это значило, что они были частью единой Палестины совсем еще недавно, четверть века назад, когда их поделили на две части англичане. Все эти годы король Абдалла об этом не забывал, а наоборот, ожидал того момента, когда придет его время. Тогда, в начале 20-х гг., Лондон поступил с ним и всей его семьей несправедливо. Лично ему достался никому не нужный на то время кусок пустыни на восточном берегу реки Иордан, хотя и очень большой, на котором проживало от силы 200 тысяч человек. Здесь не имелось никаких городов, здесь не имелось почти ничего, кроме бедуинов, феллахов и Арабского легиона, состоявшего на службе Великобритании. Весной 1948 года король Абдалла со своей недавно еще никому не нужной пустыней обладал на Ближнем Востоке поистине золотой акцией. Иордания обладает такой акцией по сегодняшний день, поскольку в результате возникновения государства Израиль она оказалась в самом эпицентре крупнейшего геополитического противостояния второй половины 20-го века. Нефть, всяческие межарабские конфликты и многое другое только добавили Иордании геополитического веса на международной политической сцене, поскольку Хашимитское королевство географически оказалось в самом центре Ближнего Востока. Теперь, через так много лет, Хашимиты могут наконец благодарить англичан за выданную им в 1921 году обширную территорию, включая дополнительный коридор, соединивший королевство с Ираком и отрезавший Аравийский полуостров от остального Арабского мира. Однако выход короля Абдаллы на мировую политическую сцену без появления на этой сцене Израиля был бы невозможен, так же, как было бы, скорее всего, невозможно и создание государства Израиль без участия в этом деле короля Абдаллы. Однако взаимодействовать двум сторонам в столь сложном деле, как помочь друг другу стать на ноги, приходилось предельно осторожно. Вокруг бушевали такие ужасные человеческие страсти, что малейшая утечка информации о сотрудничестве или подозрительные действия любой из сторон могли привести к непоправимым последствиям. А посему потоки встречной пропаганды на самых высоких тонах лились, без остановки, навстречу друг другу, перевозбуждая и без того крайне уже возбужденных людей. Однако иного выхода у стоящих на противоположных берегах реки Иордан врагов-партнеров просто не было. Чтобы прикрыть свои действия, требовалось обливать оппонента самой отборной грязью, дабы собственным гражданам и в голову не пришло, что с этим оппонентом имеют место договоренности. Израилю безумно с партнером на другом берегу Иордана повезло, других таких умеренных и грамотных политических лидеров в Арабском мире на тот момент времени не было. В Сирийской республике вообще не было никакого лидера, в Египетском королевстве правил сумасшедший монархический недоросль. Единственной арабской политической фигурой такого же масштаба, как король Абдалла, в те годы был король Саудовской Аравии Ибн-Сауд, но ему было в еврейском вопросе куда сложнее, чем Абдалле, ведь Саудовская Аравия была ваххабитским государством.

До 1948 года король Абдалла был повелителем пустыни, люди и города в его королевстве появились лишь после раздела Палестины с Израилем.

Население Трансиордании накануне войны с Израилем составляло приблизительно 400 тысяч человек. Через год у короля Абдаллы уже было почти полтора миллиона подданных. Кроме этого, по меркам того времени совершенно фантастического демографического достижения, ему удались не менее внушительные территориальные завоевания. Трансиордания аннексировала обширные и самые важные территории на Западном берегу реки Иордан. По большому счету Абдалле досталась практически вся Святая земля, ему достался Иерусалим (Старый город), ему достались Вифлеем, Иерихон, Хеврон. Ему досталась арабская часть Палестины, которая должна была стать независимым арабским государством со всеми ее городами, экономикой и развитым сельским хозяйством, поскольку здесь было много плодородной земли. Если до начала войны в 1948 году король Абдалла правил, по сути своей, пустынным, ничего не значащим полугосударством с крошечным населением без единого города и без какой-либо экономики, то уже в 1949 году он стоял во главе страны, сравнимой по своему статусу, территории, населению и объему экономики с Сирией. Во многом новая Иордания (так королевство переименовали в 1950 году) на тот момент времени даже опережала Сирию. Хашимитское королевство было единым, стабильным и сильным в военном плане государством, чего нельзя было сказать о Сирии. А ведь именно возглавить Сирию, как самое главное арабское государство, расположенное в сердце Ближнего Востока, было изначальной мечтой клана Хашимитов. Никого из того клана уже не было в живых летом 1948 года, кроме короля Абдаллы, но именно ему удалось в конце концов создать великое, единое, могучее по меркам того времени арабское государство.

Война в 1948 году между Израилем и Трансиорданией была довольно странной в свете всего вышесказанного. Первой странностью оказался Арабский легион. С одной стороны, именно он являлся трансиорданской армией, однако, с другой стороны, он представлял собой подразделение британских наемников, нечто вроде французского Иностранного легиона. Великобритания не объявляла войны Израилю, мало того, даже косвенное ее участие в боевых действиях могло стать причиной колоссального международного скандала. Все офицеры Арабского легиона были англичанами. Участвовать в боевых действиях, потеряв вдруг весь офицерский состав, не сможет ни одна воинская часть в мире. Поступить решили вроде бы хитро. Утром парадным строем Арабский легион отправился на войну без английских офицеров, а те ночью тайно догнали свои части уже на марше, где их никто не видел. Скрыть, однако, такой трансиорданский секрет Полишинеля в крошечной Палестине, где каждый житель знает не то что каждого другого жителя, но каждого осла в округе, было, естественно, невозможно. По какому-то странному стечению непонятных обстоятельств, израильтяне не стали раздувать из британской офицерской хитрости международного скандала, хотя их