Трампизм в Америке: полдень консерватора - Георгий Эминович Асатрян

Либеральный канон вездесущ. Он имеет влияние на социальные науки и их ответвления, включая международные отношения и политические науки. Так, либеральная теория утверждает, что роль личности в истории ушла в прошлое. Этот пережиток авторитарных времен не позволяет человечеству пойти вперед, двигаться к прогрессу и миру. Эпический стиль Томаса Карлайла в описании лидеров, культ героев и пруссианство признаны несостоятельными и вредными пережитками истории. Мужественность, или маскулинность, признаны проблемой, а не добродетелью. И очень важно, кто будет во главе Соединенных Штатов, какое у него физическое или интеллектуальное состояние. Главное, чтобы он был адептом или, говоря мягче, сторонником либерального канона.

Либеральный канон поставил во главу угла институты, которые всё и всех уравняют, решат насущные проблемы человечества. Они не отягощены бихевиористскими обузами, человеческим фактором, свойственным классическим реалистам. Институты – совершенны. Они безэмоциональны. Они приводят к экономической взаимозависимости и единообразию. И они дают результат, то есть экономическое развитие и мирное сосуществование. Геополитика как область знаний отменена и признана «ненаучной». Либеральный канон высмеивает упоминания подобных исследований и применения методов, которые можно связать с геополитикой, а классики этой мысли подлежат глумлению в научных трудах ведущих журналов на Западе. Однако мы видим, что не все так линейно, как это описывает либеральный канон. Всемогущие американские институты, сдержки и противовесы не сумели остановить трампизм. Они его существенно ограничили, но полностью остановить все же не смогли. Сколько бы он ни был ненавистен либеральной системе, именно Трамп начал определять политический вектор Соединенных Штатов. По крайней мере, пока.

Таким образом, трампизм – это во многом враг господствующей идеологии на Западе, либерального глобализма. Реализация программы трампизма есть в определенной степени поражение сторонников этой идеологии, потеря власти, низвержение их идолов и идеалов. Америка консерваторов есть антипод Америке либералов. Трамп стремится «переучредить» Америку, но для начала ему нужно разрушить либеральную Америку. А это задача не из самых простых. У некоторых наблюдателей есть сомнения, что ее в принципе можно назвать решаемой. После сокрушительного поражения на выборах либеральные глобалисты нашли свое убежище в европейских столицах. Бюрократия Европейского союза является наиболее отчетливым проявлением идей, стратегий и политики этого клана глобальных элит. Отступать они не намерены, Трампа и его соратников они ненавидят и презирают. Можно предположить, что вся каденция президента-революционера будет сопровождаться ожесточенным противостоянием с либеральной частью Америки и Запада. Фактически Соединенные Штаты оказались в ситуации, когда их внутренние политические и социальные процессы можно назвать холодной гражданской войной или противостоянием. В этой гражданской войне между попперовским «открытым обществом» и бёрковской «вечной «конституцией» определить победителя весьма сложно. Трамп может проиграть это противостояние. И тогда ему придется трансформировать свою внешнюю и внутреннюю политику, делать заявления иного характера, «подгонять» стратегию под принятые стандарты либерального канона. Однако сам факт этого столкновения – явление позитивное для укрепляющейся многополярности и интересов России.

Сценарии будущего не предопределены. Они не детерминированы. Вполне возможно сближение трампизма и либерального канона. Парадоксально, но две противоречащие друг другу идеологии вполне могут сойтись. На основе общих эгоистических интересов, экономики и геополитики, трампизм может взять во временные попутчики либеральных глобалистов. При этом наиболее оптимальным сценарием для трампистов может быть экономическая и финансовая выгода от этой временной кооперации. Следовательно, сближение Европейского союза и отдельных стран Европы с трампистами, на мой взгляд, полностью отрицать нельзя. Следует также учитывать, что хозяин Овального кабинета – человек эмоциональный. При всем своем отрицательном и скептическом отношении к евробюрократии и агентам либеральных сетей, Трампа вполне могут убедить в целесообразности и экономической выгоде тех или иных действий, той или иной политической линии.

При этом либерализм складывался и укреплялся в Америке не сразу. Точнее говоря, он складывался параллельно совершенно другому канону – консервативному. Дэниел Бурстин увидел специфику американского политического гения в привычке ничтоже сумняшеся принимать за отправную точку собственные убеждения и интересы, никогда не подвергая их сомнению. Луи Харц показал, что американские государственные институты неизбежно должны отличаться от европейских, так как формировались вне зависимости от старых феодальных порядков, которые в Европе пришлось устранять путем революционного переворота.

Герберт Кроули – в либеральной Америке персона совершенно уникальная, если не сказать центровая. Большой интеллектуал родился в самом центре американского либерального мира – в боро Манхэттен. Умер он достаточно рано, – ему был всего 61 год – на другом конце страны – в калифорнийской Санта-Барбаре, тоже центре либерализма. Примечательно и то, что Западное побережье в те годы только набирало обороты. Экономика и население Калифорнии росли как на дрожжах, а символический центр американского либерализма плавно перемещался с Восточного побережья на Западное. Герберт Кроули писал: «Лучшее будущее, которое я предлагаю построить американцам, есть не что иное, как идея, которая должна в определенных существенных отношениях освободить их от их прошлого»[60]. Это совершенно замечательный пример ультралиберального подхода. И замечателен он тем, что откровенно и достаточно настоятельно предлагает ключевой тезис современного западного либерализма – отказаться от истории. А под этим тезисом можно понимать очень многое. История в данном контексте – это и религиозное наследие, и роль традиционных тезисов.

Трамп – человек спонтанный. Эмоции и настроение – его главные спутники. К встречам он тщательно не готовится. Точнее, он не утруждает себя структурой и деталями. По первой каденции от его «лучших друзей», демократических медиа, и, конечно, предателей и перебежчиков из его администрации хорошо известно, что много читать он не любит. Впрочем, это можно сказать о любом руководителе. Длинные тексты, обремененные смыслами и фактами доклады, записки с умными цифрами и статистикой – да какой руководитель любит это? Времени не хватает, каждая минута на счету. Большому руководителю нужно уметь делегировать. Экспертиза в разных областях – дело рук экспертов. Главе Белого дома нужны абсолютно короткие, сжатые донельзя записки с выводами и предложениями. По крайней мере, я не знаю ни одного большого руководителя, который любил бы длинные и заумные тексты. Кажется, пресса, аффилированная с партией «слонов», все-таки высосала из пальца очередной скандал. Демократам хотелось показать, что Белый дом возглавляет человек спонтанный, случайный, невдумчивый. В первую каденцию немалое количество членов администрации, которые были навязаны или рекомендованы людьми со стороны, уволились по собственному желанию или были уволены Трампом. Они активно сотрудничали с демократической, то есть оппозиционной, прессой, «сливая» различные истории, дискредитирующие Трампа.

Нельзя сказать, что в этом потоке сознания не было правды. Она была. И ее было, как оказалось позднее, немало. Но не было ее и много. Обиженные на Трампа сотрудники его администрации,