Два капитала. Как экономика втягивает Россию в войну. 10 лет спустя - Семен Сергеевич Уралов

Заключение. Историческая Россия и конфликт капиталов

«В истории феодальных и капиталистических государств сплошь и рядом наблюдается, что, когда правящие классы начинают понимать, что время работает против них, они чересчур торопятся с военным наступлением и именно этим ускоряют свой конец».

Евгений Тарле, «Очерки истории колониальной политики»

«Реальная альтернатива западнизму может возникнуть только заново. Причем, она не может возникнуть сама по себе, стихийно. Она может возникнуть только как результат сознательно-волевой деятельности людей. И началом этой деятельности должно стать создание новой идеологии. Подчеркиваю: именно новой.

Допустим, что новое идеологическое учение создано. А станет ли оно фактически действующей идеологией, зависит от множества факторов, лежащих вне этого учения. Вот некоторые из этих факторов. Появятся ли люди, которые захотят иметь рассматриваемое учение в качестве основы для своей идеологии?»

Александр Зиновьев, «Идеология партии будущего»

К мировому конфликту дело шло давно. Если быть точным – с момента падения Берлинской стены. То, как Горбачев беспомощно вывел западную группу войск из Центральной Европы и закрыл проект «Совет Экономической Взаимопомощи», поставило на повестку дня вопрос: «как далеко будет отступать Россия? Либо будет медленно скукоживаться аж до полной деградации и расчленения, как это произошло с Югославией и сейчас происходит с Украиной, либо начнет огрызаться, тогда конфликт станет явным. Билет на мировую войну был выписан в Крыму, а именно – в тот день, когда Крым и Севастополь были субъектами РФ. Потому что расширяться РФ никто не разрешал, это находится за пределами статус-кво. Можно было создать еще одну непризнанную республику, можно было провести рейдерский захват с помощью банковского и биржевого капитала, но прирастать территорией нельзя, поэтому билет на войну выписан. Сейчас вопрос в том, будет это война экономическая или перейдет в горячую фазу.

Также открытый вопрос: какую войну вести России сподручнее – экономическую или полноценную? И ответа ждут граждане от своих вождей, и не только в России, потому что втягивать в войну будут в первую очередь соседей – небольшие рынки намного проще банкротить и захватывать. Даже сорокамиллионный рынок слишком мал, чтобы сопротивляться, как мы можем видеть на примере Украины. Коллапс государства на Украине запустил процессы слома государственного устройства у соседей. Сейчас главный вопрос в том, куда пойдет эта волна деструктива – на Восток или на Запад.

Задумка финансового капитала – инвестировать в цветные революции, чтобы потом, в ситуации краха и войны, забрать остатки хозяйства по дешевке или вообще за долги. Если Россия остановит импорт украинского хаоса, то он начнет расползаться на Запад.

Черная дыра, поглощающая ялтинское мироустройство, похоже, втягивает в себя Чехию и Венгрию. Наивные младоевропейцы думали, что если они построят музеи советской оккупации и станут европеестее самих европейцев, то это спасет их от поглощения.

Государства центральной Европы сейчас попадают в такую же зону нестабильности, как и Россия, только вот у вассалов НАТО и ЕС нет ни боеспособной армии, ни суверенной монетарной и хозяйственной политики. О промышленности и вовсе говорить не приходится: она либо принадлежит германским корпорациям, либо уничтожена по причине конкуренции, как венгерский «Икарус», чешская «Шкода» или верфи Гданьска.

Конец ялтинского мироустройства сопровождается кризисом государственности, когда заклинивают основные государственные функции: полиция, здравоохранение, правосудие, валютное регулирование и т. д. В таких условиях к власти можно привести аферистов, которые за 3–4 года доведут экономику до банкротства, потом небольшой политический кризис, переворот – и можно забирать хозяйство за долги.

В принципе финансовому капиталу все равно, кого «рейдерить» – русских, венгров или чехов, поэтому если РФ выстоит, то украинский кризис погребет Центральную и Восточную Европу. Тогда, кстати, смогут нажиться и российские банки и корпорации, но учитывая, где они предпочитают хранить свои средства, толку для России от совместной игры с биржевыми падальщиками не будет.

Поэтому вопрос войны уже не стоит на повестке дня – она идет де-факто. Чем раньше правители России поймут, что их принесли в жертву, тем быстрее смогут подготовиться к полноценной войне. Потому что экономическая война, как показывает опыт Первой мировой, всего за месяц после выстрелов в Сараево выходит в горячую фазу – и тогда придется расплачиваться за выписанный входной билет миллионами жизней.

Причем самым большим соблазном будет соблазн поживиться на этой войне, мол, российский финансовый капитал может начать собственный проект колонизации. В случае если победит такой подход, то Россия может быть втянута в глобальную авантюру как зачинщик мирового конфликта. Вот тогда ее может ждать судьба Австро-Венгрии, которую сто лет назад обанкротили в ходе войны и расчленили на небольшие национальные государства, а всего-то хотелось венскому правящему классу подчинить себе торговые пути на Балканах и подправить бюджет.

Втягивание России в мировую войну происходит постепенно. За те годы, что мне довелось заниматься исследованием интеграционных и дезинтеграционных процессов в Евразии, я пришел к главному выводу: против России и союзников ведется системная и методичная игра в раскол и провокацию Смуты. Смута в данном случае имеет собирательное значение – набор действий, направленных на экономический кризис, раскол в обществе и коллапс государственности. На уровне схемы и Февральская революция, и перестройка, и Лжедмитрии с польскими интервентами – это все одна и та же Смута, только реализованная в разные исторические периоды и в разных политических условиях.

Причем «работают» с нами столь неприкрыто и откровенно, что в похожих проектах в разных уголках большой России замечены одни и те же люди: менеджер USAID может вести одни и те же программы по «свободе слова» в Бишкеке и Одессе, полевики цветных революций из Тбилиси и Белграда обучают подопечных в Киеве, Кишиневе и Оше. Химическая империя украинского олигарха Фирташа растянулась до Таджикистана, а молдавский аферист Стати «обул» государство в Казахстане почти на миллиард долларов и безнаказанно ушел под юрисдикцию Евросоюза с румынским паспортом.

В постсоюзном политическом пространстве все так взаимосвязано между собой, что не увидеть эти связи может только слепой либо человек, упорно нежелающий политически и экономически интересоваться Евразией, когда у гражданина нет мотивации и Брюссель с Варшавой волнуют его больше, чем политика Астаны, Минска и Душанбе.

Итак, можно констатировать: проект по инфицированию России и союзников вирусом Смуты вышел на завершающую стадию. Процессы ускорились еще и потому, что система мировой торговли, с помощью которой США удается жить в долг более двадцати лет, уже не может обеспечить бесконтрольную эмиссию доллара, мировая торговля зашла в тупик из-за отсутствия реального платежного средства. Экономический мир находится в ситуации лопнувшей биржи, просто кредиторы еще не начали массово требовать платить по векселям.

Единственным выходом является мировая война – так финансовый капитал уже дважды выходил из кризиса. Идея отказа