Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

остались караулить у входа, а пленника посадили в угол. После этого Иван предупредил товарищей, что должен отлучиться по неотложному делу, и покинул их. Быстро и бесшумно он двинулся в сторону выхода из здания, где находился пост жандармов с пулеметом.

Он почти достиг своей цели, когда услышал негромко прозвучавший выстрел откуда-то с верхнего этажа.

Тогда, поняв, что счет пошел уже на секунды, Иван опрометью ринулся по коридору, точно несущаяся горилла, с оружием в обеих руках. Он вылетел из-за угла, оказавшись в десяти метрах от японцев. Часть жандармов уже нацелили в глубину коридора винтовки «арисака». Опережая их выстрелы, затрещал автомат в деснице Ивана – двумя очередями справа налево и обратно он срезал четверых врагов, заставив остальных шарахнуться и пригнуться. Затем, когда магазин опустел, он начал с левой руки быстро стрелять из маузера и вмиг уложил еще столько же жандармов, включая двоих пулеметчиков. Обойма оказалась неполной. Оставшиеся на ногах двое японцев с воплем «Банзай!» кинулись с примкнутыми штыками. Бросив автомат, Иван выхватил «намбу» из кармана и застрелил одного из них в упор, в то время как штык другого отбил левой рукой, почувствовал резь, и что-то горячее потекло по локтю. Этого японца он просто ударил по башке кулаком с зажатым в нем пистолетом и услышал противный хруст его черепа, прежде чем тот упал. Схватка окончилась за выбытием противника.

Кровь обильно текла из длинного глубокого пореза на руке, Иван взял жгуты и несколько индпакетов из подсумков убитых, перетянул и наскоро перевязал руку. Он понимал, что эти солдаты не последние и метроном стучит все быстрее. Иван проверил пулемет, снаряженый секционной лентой, снял его со станины и, присев на скамеечку у входа, положил себе на колени. Потом перезарядил автомат и повесил его на плечо здоровой руки. Так он подготовился к неминуемой атаке японцев, определенно где-то скапливавшихся после раздавшихся у главного здания выстрелов и автоматных очередей. В этот момент кто-то кашлянул над его ухом.

– Ты, Леон?

– Точно, Иван. – Сенегалец аккуратно присел рядом, перевесил автомат с плеча Ивана на свое.

– Выстрел наверху слышал?

– Наверное, это был охранник генерала.

– Сейчас как муравьи побегут из муравейника. А надо, чтобы они тут все остались и никто живой не сбежал. Таково наше задание. Наши как там?

– Ну, я всех, кто был там, человек пять, тихо положил, – а дальше ребята уже сами. Я ведь не взрывник. Кстати, у японцев там яблок горы лежат, они не жрут их, а кусают и сплевывают, чтобы бактерии в организм не проникли. Яблочный сок ведь кислый, губителен для бактерий. Не глупо придумано, да?

– Зашей… – Иван лениво протянул раненую руку товарищу. Откуда-то из рукава Леон выдернул хирургическую иглу с суровой ниткой. Нашел у старшего сержанта жандармов на поясе фляжку с саке и, обильно оросив рисовой водкой рану, принялся за дело, работая очень быстро. Иван, пока его шили наживую, даже не изменился в лице.

В это время изнутри послышался топот и из глубины коридора наконец побежала толпа вооруженных пистолетами японцев в жандармской или полевой форме и в белых халатах. Иван молниеносно привстал на колено, с болтающейся на руке иглой и с «гочкиссом» наперевес, и открыл кинжальный огонь. Пляшущий и плюющийся огнем в его могучих руках пулемет длинными грохочущими очередями сбил эту вопящую толпу, точно наткнувшуюся на стальную стену, устелил пол множеством трупов и заставил уцелевших в панике отступить и рассеяться. В замкнутом пространстве грохот пулемета был страшный, пули рикошетировали с визгом от кирпичных стен, чудом не задевая самого стрелка. Затем Иван, короткими очередями добивая ленту, погнал японцев по коридору вглубь, в сторону тюрьмы. Устрашенные, оставив десятки тел вдоль коридора, они разбежались по кабинетам, надеясь, что вскоре жандармы прибегут из жилого поселка и наведут тут полный японский порядок. Какая-то часть бежавших спряталась в тюрьме, запершись изнутри и чувствуя себя в безопасности за железной дверью. Немедленно последовавший там взрыв гранаты показал, что чумные китайцы, оставшиеся в запертой камере, рассчитались с частью своих мучителей, выкинув смертоносный снаряд через оставленную открытой «кормушку». Не откладывая далее, они запели «Интернационал» и, став в круг, обнявшись за плечи, вторую гранату взорвали посередине круга. Заглушенное двумя дверями пение знакомой мелодии и последовавший взрыв донеслись до стоящих среди опустевшего поля боя диверсантов.

Леон, бежавший следом за своим буйным пациентом, подал товарищу коробку с новой лентой. Пока сенегалец несколькими стежками закончил хирургическую работу и в конце зубами перекусил нитку, Иван одной рукой перезарядил пулемет и положил его на плечо. Затем они двинулись в обратном направлении, и Леон неизменно прикрывал спину товарища.

В эту минуту из отделения бактериологического производства выскочили, наконец, минеры, возглавляемые Колывановым. С ними была китаянка, а пленного не было.

– Ходу! Через пять минут рванет! – бросил Сергей товарищам, пробегая мимо. И они теперь все вместе побежали к выходу. Ван Линь пыхтел последним, таща оставшийся ящик со взрывчаткой. По дороге Сергей притормозил у железной двери арсенала, наклонился и, чиркнув спичкой, поджег уходящий внутрь шнур.

Глава 17

Побег

Однако группы, ушедшей отлавливать доктора Ишии, все еще не было.

– Где Сидора черти носят… – рявкнул Иван, которому, кажется, немного передалось волнение Сергея.

В это время послышался шорох шагов по лестнице, ведшей с верхнего этажа, Бобров и Жакерия прицелились туда автоматами. Но тут из лестничной коробки высунулась голова Кузнецова, и все облегченно вздохнули. Петр нес на плече какой-то тюк, из которого торчала штанина с лампасами. Следом шел очень высокий японец в пижамном кимоно, генеральской шинели и ботинках на босу ногу. Его усы, бородка и змеиный взгляд из-под очков были уже знакомы Ивану. Под глазом у японца налился кровоподтек. За ним, с пистолетом в руке, спустился Копыто, потом переводчик и последним хромал Крынка, видимо, слегка подстреленный в ногу и тоже вооруженный пистолетом.

– Добрый день, генерал! – сказал Иван.

– Не добри! – отрезал тот, без всякого сожаления оглядывая коридор, полный трупов своих подчиненных.

– Кто стрелял? – спросил Иван.

– У генерала под подушкой пистолет был, Виктор пулю в ногу получил, но вырубил его хуком, – сказал Исидор.

– Грамотеи, – скривил губу Иван. – Без шума не могли? Вперед, грузовик ищем! И на аэродром!

Они выскочили наружу. К зданию как раз подбегали многочисленные японские жандармы с винтовками «арисака».

– Пригнуться! – приказал своим Иван. Длинной очередью от пупа он повалил и заставил залечь жандармов. Вторую очередь он пустил по вышке у ворот, где охранники возились с пулеметом, и всех там