Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

стране Авраам провел именно среди хеттов. Сам он говорил об этом так: «Я у вас пришелец, но и старожил» (Быт. 23: 4). Со своей стороны хетты воспринимали древних евреев уже не просто как ближайших союзников, а как часть своего народа. Когда умерла Сарра, жена патриарха, хетты предложили Аврааму лучшую из своих гробниц, причем совершенно безвозмездно. Однако Авраам настоял на покупке знаменитой пещеры Махпела под Хевроном, чтобы она считалась его полной собственностью и стала усыпальницей для членов его семьи и потомков. «И похоронили его… в пещере Махпела, на поле Эфрона, сына Цохара-хетта, которое перед Мамрэ» (Быт. 25: 10–11). Там же в Мамрэ, в Хевроне (бывший Кирьят-Арба), закончил свои дни и сын Авраама, Исаак. Эта гробница стала усыпальницей всех трех библейских патриархов и их жен.

Хетты были первым народом Ханаана, с которым стал родниться Эсав (Исав), любимый сын патриарха Исаака и внук Авраама. Вот как свидетельствует об этом Книга Бытие: «Когда Эсаву было сорок лет, взял он в жены Иехудит, дочь Беэрихетта, а также Босмат, дочь Элонахетта» (Быт. 26: 34). Правда, в другом месте та же Босмат названа дочерью Ишмаэля, зато Ада, опять-таки жена Эсава, упомянута в качестве дочери Элонахетта.

Возвращение древних евреев из Египта хетты восприняли неоднозначно. Они отнеслись враждебно к трем северным племенам из «дома Иосифа», которые оказались в положении хабиру в XIII–XV вв. до и. э. в Ханаане. Но и позднее, в начале XII в. до н. э., когда лидер северных племен Иисус Навин добивался гегемонии в Ханаане, хетты и их земли не были завоеваны. С другой стороны, хетты возобновили союз с южным племенем Иехуда, которое вернулось в Ханаан в середине XII в. до н. э. Весь район Хеврона, за исключением Девира, сдался без боя Калеву, тогдашнему главе племени Иехуда. Калев даже не пытался штурмовать сам город Хеврон, а просто «выгнал оттуда Шейшая, Ахимана и Талмая из рода Анакова». То есть хетты открыли ворота города, не оказав никакого сопротивления своим давним союзникам, а они, со своей стороны, никого не тронули, просто сменили правителей (Нав. 15: 13–14). Это хороший пример того, что население Ханаана менялось не за счет уничтожения и изгнания побежденных, а путем смешения и ассимиляции победителей и побежденных. Лишь один город Девир (бывший Кирьят-Сефер) оказал сопротивление. Возможно, его население состояло не из хеттов, а из ханаанеев или перизеев, не имевших союзных отношений с южными племенами. Но и Девир был в конце концов захвачен Отниэлем, племянником Калева и будущим судьей племени Иехуда. И опять-таки его население не было перебито или изгнано.

Хеттский Хеврон достался кеназитам Калева – эдомитянскому племени, которое присоединилось к колену Иехуда после исхода его из Египта. Влияние кеназитов и их вождя Калева было столь велико, что еще до завоевания Южного Ханаана они завладели реальной властью в этом племени. Родовитый богач Навал, с которым столкнулся будущий царь Давид, как раз представлял потомков кеназитов из Хеврона, в то время как сам Давид происходил из иудейской аристократии, осевшей в Эфрате (Вифлееме) и оттесненной кеназитами на второй план.

Область Хеврона стала центром расселения колена Иехуда, а город Хеврон столицей Иудеи и резиденцией царя Давида до того времени, пока он не завоевал Иерусалим. Многие хетты стали преданными слугами и приближенными царя. Хет Урия, воин Давида, у которого царь забрал к себе его жену Бат Шеву, был именно из таких хеттов-семитов из района Хеврона. Несмотря на то что в районе Хеврона поселилось три различных племени – хетты, кеназиты (эдомитяне) и иудеи, все они представляли собой один и тот же западно-семитский этнос аморейского происхождения, говоривший на одном и том же языке. Неудивительно, что уже к IX–VIII вв. до н. э. все эти три группы настолько смешались друг с другом, что среди сплошного иудейского населения Хеврона нельзя было найти следов ни хеттов, ни кеназитов. Что касается рефаим, коренных, изначальных жителей этих мест, то они были полностью ассимилированы хеттами еще до возвращения древних евреев из Египта.

Хотя хетты-семиты исчезли, став плотью и кровью иудейского народа, их имя продолжало жить в библейских книгах. Но это были уже другие хетты, не семиты, а индоевропейцы, выходцы из Малой Азии, которые служили в качестве наемников при дворах иудейских и израильских царей, а также в их армиях. Под «хеттами» уже подразумевались вообще чужеземные наемники, которыми могли быть не только сами хетты, но и любые выходцы из Анатолии и Северной Сирии, например палайцы, лувийцы или даже хурриты. Под именем хеттов, а позднее «киттим», могли скрываться даже ахейские греки.

Хетты, которые вобрали в себя и первоначальных жителей Хеврона, были не просто союзниками и соседями древних евреев, они стали одним из предков иудейского народа, одним из его корней, уходящих вглубь истории Ханаана.

Йевусеи

Иевусеи представляли собой западных семитов аморейского происхождения, проживавших исключительно в Иерусалиме и прилегавших к нему районах. По своей численности и занимаемой территории они явно уступали как ханаанеям, так и другим аморейским народам Ханаана. По имени этого народа Иерусалим нередко называли Иевусом – городом йевусеев. Он был не только главным, но и единственным городом йевусеев. Впервые название йевусейского Иерусалима упомянуто в текстах древнеегипетских проклятий XX в. до и. э. В этих текстах древние египтяне называли врагов фараона и пытались с помощью магии повредить им. Из этого следует, что йевусейский Иерусалим возник не менее четырех тысяч лет назад и уже успел чем-то насолить египтянам. Тексты проклятий содержат даже имена двух правителей неприятного им города: Shas'an и Y'qar'am.

Йевусеи были очень близки к соседним с ними хеттам Хеврона, и очень возможно, что и те и другие представляли собой изначально один и тот же аморейский народ, разделившийся по каким-то политическим или династическим причинам. Во всяком случае, на это указывают слова пророка Иезекиэля: «Иерусалим… отец твой был амореем, а твоя мать из хеттов» (16: 3). Впрочем, Иерусалим или Иевус во времена библейского патриарха Авраама был больше известен под именем Шалем (или Урушаламу), названного так в честь местного языческого бога – его покровителя. Лишь много позднее, когда город перешел в руки царя Давида – убежденного яхвиста и монотеиста, его название поправили: он стал Иерушалаймом, «городом мира».

Иевусеи, будучи небольшим народом, нуждались в сильных союзниках, которые могли бы защитить их, и таковыми для них стали древние евреи. Книга Бытие сообщает, что во времена патриарха Авраама Ханаан подвергся нападению коалиции сирийских правителей, которые, разграбив южноханаанские города, пытались уйти с добычей в Сирию. Однако люди Авраама вместе со