Путешествие и приключения капитана Гаттераса. Найденыш с погибшей «Цинтии» - Андре Лори

встречал доброжелательный прием. Ему то и дело указывали на бывших офицеров, матросов и служащих «Компании канадских судовладельцев». Иногда ему удавалось их найти, порою следы терялись. Но никто ему не мог ничего сообщить о последнем рейсе «Цинтии».

Ушло около двух недель на беспрерывные хождения и упорные поиски, пока наконец Эрику не посчастливилось получить справку, резко выделявшуюся по своей достоверности из массы неясных, часто противоречивых сведений, которыми он располагал до сих пор. Действительно, трудно было переоценить значение этого показания.

Выяснилось, что некий матрос по имени Патрик О’Доноган уцелел после гибели «Цинтии» и с тех пор не раз бывал в Нью-Йорке. Утверждали, что Патрик О’Доноган во время последнего рейса «Цинтии» находился на борту в качестве младшего матроса. Он прислуживал капитану и, судя по всему, должен был знать пассажиров первого класса, обычно столующихся в кают-компании. Ведь ребенок, привязанный к спасательному кругу, несомненно относился к пассажирам первого класса. Об этом говорили все его вещи, такие изящные и богатые. А потому самым важным и не терпящим отлагательств делом и было сейчас отыскать Патрика О’Доногана!

Доктор и Бредежор пришли к этому решению, когда Эрик поделился с ними своей новостью, вернувшись к обеду в гостиницу на Пятой авеню. Впрочем, почти тотчас же беседа отклонилась в сторону, так как доктор постарался извлечь из сообщения Эрика новое подтверждение своей излюбленной теории.

– Если можно считать какое-нибудь имя ирландским, то это, несомненно, имя Патрика О’Доногана! Ведь недаром же я говорил, что судьба Эрика связана с Ирландией!

– Пока что я этого не усматриваю, – возразил ему, улыбаясь, Бредежор. – Ирландский матрос на борту?! Ну и что же! Гораздо труднее, мне кажется, найти американское судно, где не было бы среди экипажа ни одного выходца с Зеленого Эйре[76].

Теперь было о чем поспорить в ближайшие два-три часа, и друзья, разумеется, не упустили такой возможности. Что же до Эрика, то он сосредоточил с этого часа все свои усилия на достижении одной цели: найти во что бы то ни стало Патрика О’Доногана.

Хотя ему это и не удалось, но настойчивые поиски и расспросы помогли в конце концов встретить на гудзоновской набережной одного матроса, который не только лично знал О’Доногана, но и сумел сообщить о нем кое-какие подробности.

Патрик О’Доноган был действительно ирландцем, родом из Иннишгорна в графстве Корк. Судя по описанию, это был человек лет тридцати трех – тридцати пяти, среднего роста, рыжеволосый, черноглазый, с расплющенным после какого-то несчастного случая носом.

– Этого молодца легко узнать среди сотен других, – сказал матрос. – Я его хорошо помню, хотя и не видел уже семь или восемь лет.

– Вы встречали его обычно в Нью-Йорке?

– И в Нью-Йорке, и в других местах. Последний раз это наверняка было в Нью-Йорке.

– А не назовете ли вы кого-нибудь, кто мог бы сообщить, куда он делся?

– Ей-богу, нет… А впрочем, не знает ли о нем хозяин «Красного якоря» в Бруклине? Патрик О’Доноган всегда у него останавливался, когда бывал в Нью-Йорке. Это некий мистер Боул, бывший матрос. Уж если и он ничего не знает, то вряд ли тогда вам кто-нибудь скажет, где искать Патрика О’Доногана!

Эрик поспешил на катер, курсирующий по Ист-ривер, и уже через двадцать минут оказался в Бруклине.

У порога «Красного якоря» он увидел опрятно одетую старую женщину, усердно чистившую картофель.

– Мистер Боул дома, сударыня? – спросил Эрик, поклонившись с обычной для него вежливостью.

– Он дома, но только что лег вздремнуть на часок после обеда, – учтиво ответила хозяйка, окинув посетителя любопытным взглядом. – Если вы желаете ему что-нибудь сообщить, то скажите мне, я миссис Боул.

– В таком случае, сударыня, вы, конечно, замените мне вашего мужа. Я хотел бы выяснить, знаете ли вы матроса по имени Патрик О’Доноган, не находится ли он сейчас у вас и не укажете ли вы, где его можно найти?

– Патрик О’Доноган? Да, я знаю его. Но вот уже пять или шесть лет, как он больше здесь не показывался. И, по правде говоря, я затруднилась бы сказать, где он сейчас находится.

На лице Эрика отразилось такое глубокое разочарование, что, заметив это, старушка явно растрогалась.

– Значит, вам очень нужен Патрик О’Доноган, раз вы так огорчились, не найдя его у нас?

– Очень нужен, сударыня, – грустно ответил юноша. – Только он один может пролить свет на тайну, которую я всю жизнь тщетно пытаюсь раскрыть!

В течение трех недель, пока Эрик собирал повсюду сведения, он научился в какой-то степени разбираться в человеческих характерах. Почувствовав, что любопытство миссис Боул сильно задето, он счел себя вправе задать ей несколько вопросов.

Он спросил, не даст ли она ему стакан газированной воды, и, получив утвердительный ответ, вошел в помещение.

Юноша очутился в комнате с низким потолком, уставленной столами из полированного дерева и соломенными стульями. Здесь никого не было.

Это придало Эрику решимость продолжить разговор с хозяйкой, и он возобновил его, как только она вернулась из погреба с глиняным кувшином.

– Вы, наверное, думаете, сударыня: для чего ему понадобился Патрик О’Доноган? – спросил он, понизив голос – Так вот, Патрик О’Доноган, как утверждают, был очевидцем крушения «Цинтии», американского судна, затонувшего вот уже скоро семнадцать лет назад у берегов Норвегии. Я должен вам сразу же сказать, что это имеет ко мне прямое отношение, так как сразу же после гибели «Цинтии» я был подобран в море одним норвежским рыбаком. Он нашел меня совсем крошечным, месяцев девяти, не больше, в колыбели, привязанной к спасательному кругу «Цинтии». Я ищу О’Доногана, чтобы узнать у него что-либо о моей семье или хотя бы о моей родине!

Возглас удивления, вырвавшийся у миссис Боул, прервал объяснения Эрика.

– На спасательном круге, говорите вы? Вы были привязаны к спасательному кругу?

И, не дожидаясь ответа, она устремилась к лестнице.

– Боул! Боул! Спустись поскорее сюда! – крикнула она мужу. – На спасательном круге! Так вы, значит, ребенок, который был привязан к спасательному кругу? Кто бы мог подумать такое? – повторяла она, подойдя к Эрику, побледневшему от волнения и надежды.

Неужели наконец он узнает тайну, которую так упорно пытался разгадать?

На деревянной лестнице послышались тяжелые шаги. Появился маленький толстенький старичок с румяным лицом, обрамленным пышными седыми бакенбардами, и золотыми кольцами в ушах. На нем был синий грубошерстный костюм.

– Что?.. Что случилось? – спросил он, протирая глаза.

– А то, что ты нам нужен, – безапелляционно ответила миссис Боул. – Сядь и выслушай этого молодого человека, который повторит тебе то, что рассказал сейчас мне.

Мистер Боул беспрекословно повиновался. Эрик повторил ему все почти дословно.

И тогда лицо