Ключ от кладовки - Арина Остромина

Не окажется ли тогда, что Тригорий бесполезен, что отец напрасно тратил на него драгоценное зелье? Тригорию так хотелось, чтобы отец им гордился, что он тайно договорился с лекарями о дополнительных дозах эликсира. Лекари боялись нарушить распоряжения царя, но Тригорий пригрозил откусить им головы. Поэтому им пришлось слушаться молодого царевича. А через две недели Тригорий тяжело заболел. Он не мог встать с постели, все три головы метались по подушке и стонали, мать сидела рядом и пыталась напоить водой хотя бы одну из голов, но они не разжимали зубов, и вода выплёскивалась на постель.

Царь вызвал главного лекаря и потребовал сказать правду. А когда он узнал про лишние инъекции, то велел казнить всех лекарей, включая главного.

Хорошо, что жена успела его остановить:

– Они ведь лучшие! Если их убить, другие точно не справятся.

Главный лекарь, придя в себя после пережитого ужаса, велел своим помощникам сделать царевичу переливание кро́ви: ввести Тригорию кровь его отца. Это помогло, уровень Силы в их крови́ сравнялся, и после этого царь запретил лекарям отступать от правил. Теперь он сам следил за дозировкой эликсира.

Шли годы и десятилетия, отец Тригория устал править Змеиным царством, да и власть над миром его больше не интересовала. Ему хотелось уйти на покой, уехать в свой секретный горный замок и предаваться там размышлениям о сути вещей. Он вызвал к себе Тригория и объявил, что больше не будет принимать эликсир.

– Послушай, сын! Я уже слишком слаб, чтобы стать владыкой целого мира.

– Но… Почему… Отец, ты ведь ещё не стар! – по очереди прошелестели головы Тригория.

– Не стар. Но ты ведь знаешь, нам всё реже привозят царских девчонок. Гонцы часто возвращаются без добычи. Запасов эликсира мало. На двоих может не хватить.

– Что же, теперь только мы будем его принимать? – спросила левая голова по имени Тригорий-Бедьян.

– Значит, это мы захватим весь мир! – обрадовалась правая голова по имени Тригорий-Злыдий.

И только средняя голова, по имени Тригорий-Лихонид, самая умная из трёх, догадалась, что надо поблагодарить отца за такой щедрый подарок.

Вскоре царь с женой распрощались с Тригорием и уехали в своё тайное убежище, оставив сына править городом. Тригорий больше не пытался увеличить дозу эликсира, но всё равно злился, что Сила прибывает слишком медленно. Он уже давно объявил своим подданным, что скоро станет владыкой мира и тогда все его верные слуги и даже простые горожане получат столько золота и богатства, сколько захотят. Они терпеливо ждали, но время шло, а ничего не менялось. Тригорий опасался, что если всё слишком затянется, то в царстве начнутся волнения. Поэтому он всегда держался очень уверенно, чтобы никто не заподозрил, что дела идут не так уж хорошо.

И однажды настал день, которого Тригорий так боялся. Старые запасы эликсира закончились, а сделать новые было не из чего.

Разъярённый Тригорий метался по дворцу, по лабиринтам пещер, выдолбленных в скалах. Много лет Тригорий ждал, когда его кровь наполнится Силой и он сможет покорить весь мир. Тригорий готовился к этому и заставлял придворного советника читать вслух старинные книги, где описывались ритуалы захвата мира.

Там говорилось, что великий царь, владеющий Властью и Силой в равной мере, должен со своей свитой являться в каждое из царств, вставать напротив местного царя и говорить ему в лицо волшебные слова: «Да уменьшится твоя Сила до твоей Власти!» – и после этого царь падёт на колени, коснётся лбом земли и навеки станет служить новому хозяину.

Тригорий давно выучил наизусть эту фразу. В мечтах он часто представлял этих мелких людских царишек, одного за другим, как они кланяются ему, а потом прислуживают. Тогда и девчонок воровать больше не придётся. В книгах написано, что если Сила выросла, то больше она не будет меняться. И эликсир не понадобится.

Но теперь, когда эликсира больше нет, все планы могут рухнуть! Тригорий пытал лекарей: что будет, если слишком рано перестать вводить эликсир? Начнёт ли уровень Силы падать или будет оставаться прежним? Лекари мялись, отводили глаза, но не могли ответить. Они не знали. Говорили, надо понаблюдать…

Злыдий шипел:

– Гнус-с-сные лекариш-ш-ки… Нес-с-сут чуш-ш-шь…

Бедьян ему поддакивал:

– Рас-с-с… пояс-с-са… лис-с-сь…

И только Лихонид сохранял трезвый ум. Он один понимал, что ругаться с лекарями нет смысла. Надо искать решение.

Оно пришло само. Весной во дворец приползла дежурная группа змей-шпионов, которые прочёсывали царство Лешего. Им удалось подслушать болтовню сорок. По обрывкам слов змеи поняли, что во дворце висит портрет кудрявой темноволосой девчонки, очень похожей на Лешего. Змеи пробрались в дом и сами убедились, что это правда. Портрет там действительно висит, а девчонка и в самом деле была похожа на царя.

Лихонид позвал главного лекаря:

– Давай считать. Ты про людские жизни больше меня знаешь. Тому царю сейчас лет шестьдесят. Может у него быть маленькая дочка?

– Может. Если у него есть молодая жена, – ответил лекарь.

– Жена была. Лет сорок назад. Потом куда-то делась, больше её никто не видел. Может, это её дочка?

– Ну, если только это старый портрет. Если у жены того царя и есть дочка, то она уже взрослая.

– Вот то-то и оно… – задумчиво сказал Лихонид. – Может, внучка?

– А это вполне возможно! Если сорок лет назад была жена, а у неё была дочка, то сейчас может быть и внучка. Нам такая подойдёт!

– А Сила у неё есть?

– Ну, вы же знаете, мой господин: если у Лешего была всего одна дочка и если эта девчонка – её старшая дочка, тогда да, – уверенно ответил лекарь.

Лихонид спросил остальные головы:

– А вы что думаете? Есть у неё Сила?

– Откуда нам знать, – буркнул Бедьян.

– Мы? Мы – как ты! – сказал Злыдий.

– Значит, идём её искать! – объявил Лихонид.

Тригорий понимал, что найти эту внучку, этот новый источник Силы, будет непросто. Она не живёт в царстве своего деда: он её где-то прячет. Сначала Тригорий хотел собрать целую армию, чтобы добраться до Лешего и жестоко пытать его до тех пор, пока он не выдаст девчонку. Но это требовало времени, а у Тригория не было сил ждать.

Поэтому он взял с собой только дворцовый Отборный Батальон – почти тысячу змей разных пород: ядовитых и не очень, толстых и тонких. С ними он спустился со Змеиных гор, пересёк Ничейную равнину – широкую