Путеводитель по Шекспиру. Греческие, Римские и Итальянские пьесы - Айзек Азимов

«…Ирландской крысой…»

Розалинда очень довольна стихами, но притворяется равнодушной и говорит:

Такими рифмами меня не заклинали со времен Пифагора, с тех пор, как я была ирландской крысой…

Акт III, сцена 2, строки 175–176

Речь идет об учении Пифагора о переселении душ (см. в гл. 18: «Поверить с Пифагором…»). Согласно этому учению, душа Розалинды могла когда-то обитать в теле ирландской крысы.

Но при чем тут заклинание рифмами? Кельтские барды Уэльса и Ирландии умели вплетать в свои импровизированные стихи замысловатые проклятия. С помощью таких песнопений они выманивали и убивали крыс и других вредителей. Поэтому ирландских крыс чаще всего «заклинали рифмами».

«…Рот Гаргантюа…»

Селия знает автора стихов и в конце концов признается, что это Орландо. Возбужденная Розалинда задает кузине тысячу вопросов и хочет получить ответы на все сразу. На что Селия со смехом отвечает:

Тогда одолжи мне рот Гаргантюа…

Акт III, сцена 2, строка 223

Гаргантюа – фольклорный гигант, поначалу воплощение обжорства (его имя – производное от испанского garganta, то есть глотка). Однако мировую славу этому герою принес одноименный сатирический роман Франсуа Рабле, впервые вышедший в 1535 г.

«…Деревом Юпитера…»

Селия говорит, что видела Орландо под дубом, и Розалинда быстро отвечает:

Это дерево можно назвать деревом Юпитера, раз оно дает такие плоды!

Акт III, сцена 2, строки 234–235

Дуб действительно посвящен Юпитеру. Наиболее древним греческим оракулом был Додонский дуб, росший в Эпире, в 200 милях (320 км) к северо-западу от Афин. К его ветвям подвешивали пластинки и другие предметы из меди; когда дул сильный ветер, они ударялись друг о друга. Эти звуки толковали жрецы святилища, выдавая их за предсказания.

Розалинда, переодетая мальчиком, находит Орландо и убеждает его, что тот, кто желает стать настоящим влюбленным, должен тренироваться. Она сыграет роль Розалинды и позволит Орландо поухаживать за ней. (Возможно, Шекспиру доставляла удовольствие возможность изображать откровенно гомосексуальные сцены в пристойной форме.)

«…Почтенного Овидия…»

Тем временем Оселок тоже влюбляется. Предмет его страсти – пастушка Одри. Он говорит ей:

Я здесь, с тобой и твоими козами похож на самого причудливого из поэтов – на почтенного Овидия среди готов.

Акт III, сцена 3, строки 6–8

Овидий попал в опалу у римского императора Августа (см. в гл. 12: «…Обратно в Рим»). Возможно, причиной этого стали его эротические поэмы, мешавшие Августу бороться за нравственность римлян. Впрочем, есть и другая версия: Овидий помог беспутной внучке Августа Юлии осуществить какую-то особенно бесстыдную интригу.

В результате Овидия сослали в черноморский город Томи (нынешняя Констанца в Румынии). Тогда это был настоящий медвежий угол, глухая окраина империи, населенная темными крестьянами и удаленная от Рима на 800 миль (1300 км). Там Овидий провел последние девять лет своей жизни, посылая слезные письма римской родне с просьбами убедить императора смягчить наказание. Но все было тщетно.

Тогда обитателями Томи были не готы, но два века спустя это германское племя из Балтики действительно достигло берегов Дуная. Таким образом, Оселок всего лишь поторопил события.

Происходит тройная игра слов: Оселок не только обыгрывает созвучие goats («козы») и Goths («готы»), но и называет Овидия «причудливым» (capricious) – слово производное от латинского caper («коза»).

«Пастух умерший…»

Еще одну влюбленную пару составляют Сильвий и Феба, условные пастух и пастушка из пасторали. В данном случае Сильвий влюблен в Фебу, но Феба отвечает ему презрением.

Розалинда (в образе Ганимеда) хочет помочь несчастному влюбленному и бранит Фебу за жестокость. Однако это только подливает масла в огонь; к ужасу Розалинды, Феба тут же влюбляется в нее, поскольку она переодета юношей. Когда Розалинда уходит, Феба говорит:

Теперь, пастух умерший,

Мне смысл глубокий слов твоих открылся:

«Тот не любил, кто сразу не влюбился».

Акт III, сцена 5, строки 81–82

Это цитата из поэмы «Геро и Леандр» Кристофера Марло. Поэма была опубликована в 1598 г., примерно за год до написания «Как вам это понравится», но самого Марло убили в кабацкой драке еще в 1593 г. в возрасте двадцати девяти лет. Именно поэтому Феба говорит об «умершем пастухе».

«…Раздробили череп»

В соответствии с уговором Орландо ухаживает за Ганимедом, делая вид, что перед ним Розалинда (и не догадывается, что так оно и есть). Розалинда заставляет его признаваться в любви, притворяясь, будто она презирает это чувство. Девушка издевается над клятвами влюбленных умереть в случае отказа:

Троилу раздробили череп греческой палицей, а между тем он до этого делал все возможное, чтобы умереть…

Акт IV, сцена 1, строки 92–94

Троил, преданный своей возлюбленной (см. в гл. 4: «Тьфу, тьфу на нее!»), имел все основания умереть от любви, но прожил достаточно долго, чтобы погибнуть в битве. Однако его убило копье Ахилла, а вовсе не греческая палица.

Кроме того, Розалинда насмехается над историей Геро и Леандра (см. в гл. 16: «…Леандр»). Вот что она говорит о Леандре:

…добрый юноша отправился в Геллеспонт, только чтобы выкупаться, с ним случилась судорога, и он утонул, а глупые летописцы его времени все свалили на Геро из Сестоса.

Акт IV, сцена 1, строки 97–100

«…Трасоническая похвальба Цезаря…»

На сцене снова появляется старший брат Орландо Оливер. Герцог Фредерик, подозревающий, что его дочь и племянница сбежали с Орландо, приказал Оливеру найти Орландо, пригрозив в случае неудачи казнить его самого.

Оливер засыпает в лесу и едва не становится добычей голодной львицы. Увидев это, Орландо хочет бросить брата на произвол судьбы, но, не в силах справиться с собой, он бросается на львицу. Проснувшийся Оливер видит это, раскаивается и с тех пор становится другим человеком.

Он знакомится с Селией и Ганимедом и рассказывает им свою историю. Оливер и Селия влюбляются друг в друга с первого взгляда. Позже Розалинда/Ганимед сообщает об этом Орландо:

Ничего не могло быть внезапнее – разве что драка между двумя козлами или похвальба Цезаря: «Пришел, увидел, победил».

Акт V, сцена 2, строки 29–31

[В оригинале: «…трасоническая похвальба…» – Е. К.] Нарочито краткий отчет Цезаря о победе, одержанной им в Малой Азии (47 г. до н. э.), должен был отразить характер воина, поскольку воины предпочитают словам действия. Однако то, что Цезарь стремится передать максимум информации, используя минимум слогов,