Призрак с Лукьяновки - Елена Владимировна Мордовина

– Вот именно на этом месте хотели строить высотку. Здесь каждый день дежурили наши активисты. И не зря! В один прекрасный день приехали строители и стали устанавливать забор. Дежурный позвонил в офис твоей тети, Софийка, мы тут же всех обзвонили – и через час здесь уже была толпа. Так мы и не дали установить забор.

– И теперь здесь вот эти замечательные скульптуры, – Софийка кивнула головой в сторону Маленького Принца.

Рядом раскрыли рты веселые зайчики и котики. Как на приеме у стоматолога. Доброго стоматолога, которому не страшно показать зубы. Во рту у каждой зверушки была небольшая скамейка. И хотя у каждого наверняка был снимок на такой скамейке, они снова решили сфотографироваться, но уже все вместе.

Так что прогулка до фургончика с горячим шоколадом заняла довольно много времени.

В очереди к кофейной машине стояла одна тетенька с маленькой собачкой. Собачка, наверное, могла поместиться у нее в сумочке. Собачка тоже была одета по весенней моде – в жилетку с широким воротником. Она посмотрела на ребят и сердито гавкнула, видимо, охраняя свою хозяйку.

Как только они отошли, Игорь попросил приготовить каждому по стаканчику горячего шоколада и, как бы невзначай, спросил у продавца:

– Ну что, как обстановка?

– Пока все тихо.

– Хорошо, ребята, вы пейте шоколад и возвращайтесь домой – а то холодно, замерзли уже, наверное, а я поехал.

– Пока!

– Спасибо!

Игорь вскочил на велосипед и поехал в сторону Владимирской улицы.

– Молодцы, здорово у них получилось

– А я даже не знал, откуда взялись эти скульптуры. Думал, просто так.

– Ничего не бывает просто так. Нам тоже надо самим что-то делать.

– Да, кстати, а почему ты отошел от этого странного дома? – спросила Софийка, когда они шли обратно мимо развалин.

– Ты был такой бледный.

– Что-то почувствовал?

– Да, почувствовал, – Тёма сделал паузу, чтобы точнее сформулировать. – Скорее, понял. Теперь я знаю, где находится дом, который я искал. Как бы так объяснить? В общем, там тратится слишком много энергии, чтобы я мог и дальше оставаться в нашем мире.

– Как это?

– Мне всегда легко дается переход из одного измерения в другое, ну… вы сами видели. А тот дом… у меня было такое ощущение, что я не могу больше здесь оставаться, что вот-вот исчезну.

– Ничего себе!

Ребята притихли. Всегда сложно сказать что-нибудь, когда сталкиваешься с чем-то непонятным.

– Но все равно это очень добрый дом, – успокоил их Тёма. – И мне просто необходимо туда попасть.

– А ты не боишься?

Тёма улыбнулся и покачал головой.

Глава 13

Замелькали струны ограждений и клавиши ступеней – все закружилось и понеслось в бешеном темпе…

Он летел с невообразимой скоростью.

Стоило попасть в этот дом.

И вдруг лестницы прекратили кружить, изгибаться, взвинчиваться, искривляться странными изломами, сверкать витражами площадок и пугать безднами проемов.

Наконец-то он мог хоть что-то разобрать.

Это было похоже на театр, на маленькую театральную сцену, только расположена она была как будто внутри калейдоскопа. Когда заглядываешь в калейдоскоп, там можно увидеть зеркала – длинные тонкие зеркала, с помощью которых мы видим замечательные картинки. Так вот, здесь тоже были длинные тонкие зеркала, но все равно это казалось театром, хотя здесь не было плюшевых кулис и кресел, и запах был необычный – то ли как в театре, то ли как в конюшне. Пахло пудрой, свежим сеном, духами и мешками с зерном.

– Выйди отсюда вон!

Ему показалось, что кричат стены.

– Выйди вон и не смей никогда сюда приходить! Никому нельзя приходить!

По сцене метался седобородый старик и потрясал сухонькими кулачками. Его Сфера рассыпалась мелкими искрами. Казалось, он не видел вошедшего.

Откуда-то из-за зеркал выглянули коты.

– Я же сказал, никого сюда не приводить, никогда! Оставьте меня в покое! Все!

Послышались шорохи и грохот. Как будто к стенам отпрянули не два кота, а целый львиный прайд.

На секунду ему показалось, что здесь на самом деле очень много людей, только он их не видит.

– На него напал змей, – произнес один из котов.

– Змей? – поднял голову старик. – Кто ты, человек, на которого напал змей, подойди сюда.

Он даже не знал, как приблизиться к нему. Почему-то ему казалось, что он сам находится по ту сторону зеркал. Но он все-таки попробовал двигаться навстречу старику.

В зеркалах отражались огоньки – слепяще-белые, но как только он переводил взгляд, каждый огонек дробился и превращался в цепочку красных, синих, зеленых. Стоило ему приблизиться к старику, как огоньки вздрогнули, будто они со стариком очутились на корабле, который покачивался на волнах. А вдали колыхались береговые огни.

Вокруг звучала странная восточная музыка. А потом запел женский голос, очень грустный и вьющийся, как дымок ароматной палочки.

– Да ты совсем еще ребенок. Зачем ты сюда явился?

– Я ищу инженера Бессмертного.

Из-за спины старика взлетели вороны. Те же самые вороны в клетках, которые летали над ним во время битвы.

Старик закашлялся:

– Ищет он. Ходит тут. А ты не боишься попасть прямо в лапы макабрам? А если бы ты ошибся! Инженер Бессмертный! Инженер Бессмертный! Я – инженер Бессмертный.

Его Сфера заискрилась молниями:

– Чего тебе?

– Почему макабры хотят меня найти?

Женский голос стих, вороны умолкли – Сфера старинного дома наполнилась гнетущей, пугающей тишиной.

– Возможно, они что-то знают о тебе.

Старик еще раз взглянул на него, махнул рукой и направился к огромному рассохшемуся стулу, стоявшему у окна. Взгромоздившись на него, как на трон, он продолжал:

– Они обладают большими знаниями и могут заглядывать далеко в будущее, однако способность действовать у них весьма ограничена. Обычно они не могут выходить за пределы дома, в котором обитают. Поэтому будь осторожен, старайся не попадать в незнакомые места. Если ты попадешь к ним, тебе оттуда не выбраться.

– Я уже знаю место, где они обитают. Это Дом со змеями.

Старик снова заискрился:

– И никогда не торопись с выводами. В Доме со змеями выставлен их форпост – на случай, если я покину свое убежище и они смогут на меня наброситься. Но обитают они не здесь.

– И что, вы вообще не можете выходить?

– Стараюсь никогда этого не делать, – старик заерзал на стуле. – Я и так могу все видеть и вмешиваться во все, что происходит. Зачем мне выходить? А вот они в последнее время осмелели. Если бы