Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

В этот момент зазвонил лежавший на столе смартфон. Соболев оглянулся, взял аппарат, а когда обернулся к дедку попрощаться, того уже и след простыл – как не было! Вадим даже головой потряс – наваждение или был всё-таки странный посетитель?.. Решил, что был. Ну, дал слово – держи. Надо будет через паспортный стол пробить этого Боровикова, а ещё заглянуть в городской архив и узнать, где же в родном с детства городе находится – или находился – Смолянин бугор?..

Тут ему пришлось тряхнуть головой вторично, потому что смартфон в его руке монотонно бубнил: «Вадька, Вадька, ответь… Вадька, что случилось?.. Где ты там?.. Вадька, ответь, поганец этакий!..»

Звонил старый приятель, владелец популярного в Усть-Манске ресторана «Мана» Василий Воронин, он же – Ворон, он же – Забияка. Оказалось, что Соболев, нажав кнопку ответа, уже в течение минуты молчал, не откликаясь на призывы.

– Привет, Ворон, – смущённо проговорил Вадим наконец. – Извини, задумался…

– Здорово, Соболь! – радостно загудел в трубку ресторатор. – Я уж подумал, разговаривать не хочешь… Как дела, дружище?

– Какие там дела, Вася! Так – делишки… Лето – мёртвый сезон для сыщика.

– А того алковора из «Потапыча» поймал?

– Поймал… Господин Потапов лично бутылку сорокалетнего «Кутузова» подарил. Так что будет нам что на мой день рождения испробовать!..

Воронин завистливо вздохнул и громко почмокал в трубку. Потом ещё раз вздохнул. Но уже выжидательно. Соболев уловил эту эманацию.

– Что-то случилось, Забияка?

– Да как тебе сказать… Был тут намедни один инцидент…

– Рассказывай, Вася. Интриган из тебя, как из собачьего хвоста сито!..

– Ладно. Дело было так. Возвращаюсь я вчера вечером с дачи. Ну, учитывая воскресные пробки, решил проехать не по Иркутскому тракту, а через Бактин. Крюк, конечно, изрядный, зато без нервов. И вот еду себе потихоньку, закат почти угас, на улицах, считай, никого, тихо – всё-таки окраина… Вдруг на перекрёстке Станиславского и Демьяна Бедного прямо под колёса мне кидается парнишка, молодой такой, подросток. Растрёпанный весь, глаза круглые. Чуть не на капот прыгнул. И орёт, мол, спасите-помогите!..

– Ага. И ты, добрый самаритянин, подобрал несчастного?

– Конечно!.. А он мало что не в себе, сиганул на заднее сиденье и кричит: «Ходу, дяденька, ходу!» – Воронин вдруг замолчал и задышал в трубку.

– В чём дело? – насторожился Соболев. – Что с тобой, Вася?

Воронин глухо и неразборчиво выругался, потом что-то уронил с лязгом и пробормотал скороговоркой:

– Я тебе позже перезвоню, Вадька… Дело срочное!..

Соболев озадаченно посмотрел на замолчавший смартфон. Он не помнил, чтобы Забияка хоть раз сам прерывал разговор, который начал. Всегда приходилось останавливать его «словоизвержение», иногда даже грубо, потому что поговорить Василий любил. Ох как любил!.. И вот на тебе: сам отключился!

Вадим посидел с минуту, ожидая повторного вызова, затем глянул на часы и решил пойти пообедать. В бизнес-центре в цокольном этаже обреталось превосходное уютное кафе, имевшее, правда, претенциозное название – «Муха-цокотуха». Но кормили тут вкусно и просто, по-домашнему, а мух никогда не водилось и в помине.

Воронин перезвонил, едва Соболев приступил к десерту, состоявшему из крепкого чая с чабрецом и рогульки с изюмом.

– Извини, Вадим, – проговорил он слегка запыхавшимся голосом, будто только что с пробежки. – На чём я остановился?..

– На испуганном мальчишке у тебя в машине…

– Ага!.. Так вот. Я его спрашиваю, мол, в чём дело? А он знай себе базлает – поехали скорей! Ну, я вижу: парень не в себе, спорить и допытываться сейчас бесполезно. Включаю скорость и тут вижу, что перед машиной откуда ни возьмись стоит женщина. Только что никого не было, весь квартал пустой, и – на тебе! Будто с неба свалилась!.. Мальчишка её тоже увидел и давай орать пуще прежнего. Под сиденье заднее забился и вопит. А баба эта – высокая такая, стройная брюнетка. Одета, правда, не по моде. Платье на ней красивое, но… старинное какое-то… Стоит она, значит, и смотрит – пристально так, нехорошо.

– Откуда же она всё-таки появилась? – сумел вклиниться в словесный поток Соболев. Ему уже стало интересно. Васька был горазд сочинять, но он никогда не сочинял на пустом месте. То есть все его «случаи» всегда имели реальную подоплёку. И здесь тоже наклёвывалось нечто необычное. Тем более что происходил этот «случай» примерно в том же районе, где находился «дом на отшибе» деда Шишка.

– Не знаю, Вадя, не заметил! Но взгляд её мне очень не понравился. Я и дал по газам. Объехал её и втопил педаль. Глянул в зеркало – а на дороге опять никого! Ну, отъехал я подальше, пару-тройку кварталов, остановился, вытащил парня наружу и спрашиваю, мол, выкладывай, что случилось, а то сейчас в полицию сдам. Мне, мол, только наркоши в машине не хватало!.. И тут он мне такое рассказал!.. – Воронин подавил нервный смешок. – В пору роман мистический писать. Парень на голубом глазу заявил, что баба эта красивая – демон. Или дух какой-то. Или даже оживший призрак!.. Мол, он, парнишка, шёл домой от своей девчонки, которая как раз живёт на Станиславского. Вдруг во дворе одного дома, что в конце улицы, как зашипит, как загудит!.. Парень, конечно, остановился поглазеть и видит – над тем домом зарево красное. Думал, пожар начался, быстренько набрал 112, сообщил. Но зарево быстро погасло, и тогда мальчишка испугался, что привлекут за ложный вызов, тиканул оттуда. И тут ему навстречу та самая баба в красном платье, будто из воздуха вышла!.. Парень, конечно, растерялся, а она схватила его за плечо, словно кипятком ошпарила, и тогда мальчик включил режим самосохранения…

– Ты проверил у него плечо?

– Обижаете, господин сыщик! Проверил. Очень похоже на ожог от… человеческой пятерни! – Воронин не сдержался и захихикал. – Соболь, это явно по твоей части. Ты же у нас любишь всякую чертовщину?

Вадим задумался. История «красной дамы» удивительным образом ассоциировалась у него в голове с рассказом странного деда Шишка. И если окажется, что дом, где живёт Шишок, и дом, над которым полыхало загадочное зарево, и откуда вроде бы появилась женщина в красном, способная рукой нанести тяжёлый ожог, одно и то же место… Соболев почувствовал знакомое покалывание в кончиках пальцев, верный признак того, что дело наклёвывается нешуточное! Неужели глупый отпуск заканчивается?!

– Что молчишь, Соболь? – В голосе Воронина прозвучала лёгкая досада. – Не убедил?.. Тогда вот тебе ещё! Эта баба в красном полчаса назад объявилась в моём ресторане и устроила на кухне маленький тарарам!

– Неужели?! А что именно устроила?

– Спалила в печи все круассаны! Кучу народа без