От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

Именем Лжедмитрия он собрал под свои знамена большое войско, объединив всех недовольных порядками в Московском государстве: в своих «листах» он призывал «боярским холопам побивати своих бояр», обещая «и жены их и вотчины и поместья».

Армия мятежников в конце 1606 г. подошла к Москве и заняла позиции у Коломенского и Загорья. Там они устроили укрепленный «острог»: поставили несколько сотен саней «в два и три ряда одни на другие, и плотно набили сеном и соломою, и несколько раз полили водою, так что все смерзлось, как камень».

Решающее сражение развернулось 2 декабря 1606 г. у деревни Котлы, царскими войсками предводительствовали Михаил Скопин-Шуйский и Иван Колычев. Болотников сражался «как лев», но из-за измены был разбит и отступил к Коломенскому. Войска царя Василия Шуйского осадили острог и три дня «по острогу их биши, разбита же острога их не могоша». Только после стрельбы «огненными ядрами» удалось взять укрепление. Болотников отошел к Серпухову, а позднее к Туле, где был окончательно разбит, схвачен в плен и сослан в Каргополь.

В 1775 г. у Котлов выстроили триумфальные ворота, через которые должен был проехать победитель турок фельдмаршал П.А. Румянцев-Задунайский. Императрица Екатерина II задумала пышно отпраздновать Кючук-Кайнарджийский мир, знаменовавший победу в долгой и разорительной Русско-турецкой войне. По словам очевидца, по Серпуховской дороге «на довольное расстояние друг от друга воздвигнуты небольшие пирамиды, украшенныя вверху картинами, изображающими разныя победы сего славнаго полководца. Все сии картины были транспарантныя или прозрачныя, дабы, в случае прибытия его в ночное время, могли оне освещены быть огнями… Пирамиды сии украшали дорогу на несколько верст длиною, и по конец всех, в последнем к Москве селении, в Котлах, при самом съезде под гору, построены были небольшия деревянныя, и по обыкновению, раскрашенныя и расписанныя, триумфальныя ворота».

В 1869 г. в Верхних Котлах, которые назывались также по церкви селом Никольским, Поклонной горой, и Казином, насчитывалось 256 жителей, 29 деревянных домов и один каменный. Нижние Котлы тогда же были более оживленным местом, если судить по тому, что в деревне были две лавки, постоялый двор, две харчевни и еще питейный дом, при 276 жителях.

Недалеко от Нижних Котлов в 1892 г. поселился знаменитый художник В.В. Верещагин, задумавший создать серию картин из истории Отечественной войны 1812 г.: «…я выбрал именно Москву, потому что здесь завязан был узел нашествия на Россию двунадесяти языков, здесь разыгралась самая страшная картина великой трагедии двенадцатого года. Я чувствовал необходимость быть возможно чаще в стенах Кремля, для того, чтобы восстановлять себе картину нашествия, чтобы проникнуться тем чувством, которое дало бы мне возможность сказать правду о данном событии, правду, неприкрашенную, но такую, которая действовала бы неотразимо на чувство русского человека…», – писал он Стасову.

Верещагин поселился далеко от города, в сельской местности: поскольку предпочитал места уединенные, где ему никто бы не мешал, и, страдая приступами малярии, подхваченной им в тропических странах, выбирал сухие, хорошо проветриваемые места. Художник снял в нескольких верстах от деревни Нижние Котлы на высоком холме над Москвой-рекой участок земли в две с половиной десятины и построил на нем из мачтовой северной сосны просторный дом-мастерскую. Здесь были написаны почти все картины по истории 1812 г., художник привозил в эту мастерскую множество этюдов из путешествий, и отсюда он отправился в 1904 г. в свою последнюю поездку, на театр военных действий Русско-японской войны, с которой уже не вернулся. Крейсер «Петропавловск», на котором находились адмирал С.О. Макаров и В.В. Верещагин, подорвался на мине и затонул.

Дом же в Нижних Котлах не сохранился: его продали на слом хозяину мебельной фабрики.

Покровское

Речка Городня все еще видна в этих местах: совсем рядом с церковью пруд, из которого вытекает она, петляя в неширокой долине, потом на ее пути находятся знаменитые пруды – Верхний и Нижний Царицынские и Борисовский, – и дальше она впадает в Москву-реку несколько выше села Бесед.

На этой реке стояло одноименное село Городня, получившее второе название после постройки Покровской церкви – Покровское. Первое упоминание о ней есть в писцовой книге 1627–1628 гг.: «древяна клетцки, строение монастырское», – тогда село принадлежало Новоспасскому монастырю. В другой книге село записано как находящееся на речке Сухая Городенка; во многих описях скрупулезно описывалось, сколько было дворов, кому они принадлежали и кто жил в селе – монастырский старец, служители, крестьяне.

К 1722 г. монастырь построил каменную церковь: на четверике воздвигли восьмерик с угловыми колонками и красивой формы наличниками, характерными для более раннего периода развития архитектуры, для так называемого московского барокко (Покровская ул., 24).

Село Покровское было большим: еще в середине XIX в. в нем насчитывалось 93 двора и 535 жителей. Ныне и следов его нет, только старые яблони еще видны кое-где. В советское время церковь закрыли, в ней угнездился гальванический цех завода местной промышленности, от испарений которого кирпич превращался в пыль. После передачи церкви патриархии она долгое время восстанавливалась, теперь же в обновленном здании проходят службы.

Царицыно

Царицыно – одна из самых необыкновенных усадеб в Москве, да и, можно сказать, во всей России. Удивляют и привлекают странная судьба ее, не разгаданная до сих пор загадка, связанная с ее строительством, сам облик огромной усадьбы, романтический и несколько таинственный, похожей на музей бестолковых и безудержных затей XVIII в., богатого на выдумки, фантазии и капризы, неоднократные попытки достроить ее, медленное, на протяжении двух сотен лет, угасание…

История того места, где теперь находится Царицыно, а называлось оно Черной Грязью, начинается с давних времен, когда его населяли славянские племена вятичей – тут находятся их курганы, датируемые XI–XII вв. Эти земли, которые «тянули», то есть входили в состав села Коломенского, были великокняжескими и царскими, по крайней мере, со времени Ивана Калиты. В духовной грамоте Ивана Калиты, датируемой 1339 г., он завещает Коломенское младшему сыну Андрею, а от него село переходит к его сыну, знаменитому в русской истории сподвижнику Дмитрия Донского князю Серпуховскому и Боровскому Владимиру Андреевичу, прозванному Храбрым. После кончины князя, в 1410 г., Коломенское со всеми деревнями и землями стало владением его вдовы, княгини Елены Ольгердовны, завещавшей всю усадьбу великому князю Василию Васильевичу.

Собственно, сведения о Черной Грязи появляются только в конце XVI столетия, когда проводится тщательная опись и писцы фиксируют «пустошь Черногрязную», в составе дворцового села Коломенского. Еще со времени одного из первых авторов, писавших об этих местах, Н. Иванчина-Писарева, повелось считать, что земли тут принадлежали Борису Годунову и его сестре Ирине. Годунов устраивает пруд в русле