Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

будь что будет. До зверя два ружейных выстрела. Тот явно уходил. Но странно, почему так неуклюже бежит? Делает отчаянные прыжки, затем в прыжке всем корпусом поворачивается назад, чтобы посмотреть, не идет ли кто следом. Только тут Илкэни осенило, что он, оказывается, имеет дело с онаки[111]. Он даже повеселел: зачем тут шастал этот зверь? На оленей хотел напасть, что ли? То-то бедных оленей напугал. Илкэни задумал проучить наглеца. Резко оттолкнувшись, он бросился вдогонку за онаки. Коварный зверь почуял опасность и помчался изо всех сил. Илкэни прибавил бег. Снег не очень глубокий. Зато ямы то тут, то там. Бежать трудно. Но заставил себя прибавить. Чувствует, как шаг за шагом догоняет зверя. Тот кувыркается теперь по самой кромке снежного обрыва. Вниз спрыгнуть, видно, не решается, боязно. Склон довольно крутой. По самой кромке поверхность твердая. Чувствуется, что тут под снегом мелкие камешки. Илкэни побежал быстрее. Вот он уже почти настигает онаки, но тут же отшатнулся назад. В нос ему ударил тяжкий вонючий дух, юноша чуть не задохнулся. Тут же опомнившись, вновь догнал онаки и, замахнувшись, ударил ее палкой по спине. Зверь прогнулся, зарычал, но продолжал бежать. Илкэни обрушил несколько ударов куда попало. Тут росомаха перевернулась и упала навзничь, пытаясь впустить в ход задние лапы. Тонмэй не раз рассказывал сыну о такой повадке онаки. Илкэни нет резону кидаться на нее, потому вновь ударил палкой, пытаясь достать голову. Онаки увернулась от удара, вскочила проворно на ноги и дала деру по самой кромке обрыва. Внизу начинаются скальные склоны. Илкэни вновь нагнал зверя. После очередного удара палкой росомаха кубарем покатилась по склону. «Кажется, попал в голову и добил», – радостно подумал Илкэни. Онаки хитрый. Редко попадается на глаза человеку. Илкэни сегодня крупно повезло. Он догнал и добыл хитрую онаки. Оленям своим помог. Отец и мать порадуются за него. Пора возвращаться к оленям. О сильно вспотел, снял шапку. Над головой вьется пар. Илкэни горд за себя. День начался как нельзя удачно…

* * *

Пока Илкэни гонялся за онаки, олени, успокоенные, медленно подались вниз по склону. Шли не торопясь. Часто останавливались и копытили ягель. Онаки внесла сумятицу в их рассудок, потому давеча им стало не до ягеля. Теперь они наверстывают упущенное. Благо горный склон весь покрыт сочным ягелем. Олени привыкли каждое утро спускаться к людям, потому медленно, но шли и сегодня.

Илкэни догнал оленей на середине лесистого склона сопки. Не стал торопить понуканием. Олени почуяли человека. Вели себя спокойно. Спускались медленно, по пути поедая белый ягель.

Когда Илкэни пригнал оленей к илуму, окончательно рассвело. Отец и мать вышли навстречу. Сестра только выглянула.

– Что-то задержался дольше времени, – негромко бросил отец.

– Я тоже начала тревожиться. Всякие мысли лезли на ум, – улыбнулась мать.

– Из-за онаки задержался, – ответил юноша.

– Онаки?! – удивленно вскинул брови отец. – Что она делала?

– Кружила вокруг оленей.

– Аринка[112]… – выругался отец. – А дальше что было?

– Стала убегать от меня.

– А ты?

– Погнался и, догнав, ударил несколько раз палкой.

– Молодец. Не растерялся… – засмеялся отец, – поймал старого учага по кличке Нимат за шею и оседлал его.

В это время мать подманила солью дойных важенок. Оленухи тесно обступили женщину и теребили за рукав, прося соли. У Нелтэк свои дойные оленухи.

– Илкэни, возьми Тосапана[113]. На нем поедешь, – распорядился отец.

Юноша подошел к рослому оленю и надел недоуздок. Повел его за собой и привязал к дереву недалеко от илуму. Закрепил седло, подтянул подпругу. У этого оленя на лбу белая отметина, оттого и такая кличка.

Мать с дочерью быстро подоили важенок и тут же отпустили их.

– Жажда не замучила? – спросила мать у сына, ставя плоский стол перед мужчинами. Сейчас самая пора почаевничать.

– Есть немного. После беготни за онаки захотелось водички, – улыбнулся юноша.

– Неспроста тебе попалась онаки, – проговорил отец, присаживаясь к столу. – Меня она избегает.

– А тебя, ама, все звери сторонятся, потому что ты сильный, – к разговору подключилась Нелтэк.

– Это ты зря, дочка, так все звери убегут от меня, и я перестану их добывать, – шуткой отзывается отец.

– Я заметил, что олени озираются. Это меня и смутило, – заговорил Илкэни.

– Немудрено испугаться. А ты сам не испугался? – спросил отец.

– Еще как испугался, – честно признался Илкэни.

– Наверное, подумал о хвостатом?

– Да, было и такое, – улыбнулся Илкэни.

– Еще чего не хватало! – перепугалась мать при мысли о волке.

– Но я больше боялся абага, – признался юноша.

– Еще бы. Кто не боится его, коли он не залег в берлогу. Такой зверь страшен. – Отец перестал улыбаться. Он на миг представил себе голодного медведя, и ему стало страшно за сына.

– Дух Гольца и тут помогает, оберегая нас от встречи с абага, – прошептала мать.

– А дальше как было? – спрашивает отец.

– Иду, значит. Внимательно всматриваюсь в следы на снегу. И вдруг, о ужас, увидел следы абага.

– Да ты что?! – воскликнул отец, откидываясь назад.

– Страшно-то как! – подала голос сидевшая рядом Нелтэк.

– Ок-сиэ![114] – Мать побледнела.

– Но следы почему-то маленькие. Подумал, не медвежонок ли?

– Вот оно что… – громко засмеялся отец. Он уже понял, что к чему.

– Потом увидел его самого. Еще темновато было. Сначала показался большим. Смотрю, какая-то темная масса бежит от меня.

– В темноте даже мышонок кажется большим. Далеко было?

– Примерно на два ружейных выстрела.

– Не так далеко. А ты что?

– Погнался за ним.

– Не подумал, что у него клыки и он сильный зверь? – спросила мать.

– Некогда было об этом думать, эне.

– Ишь, какой бесстрашный! – мать только для виду пожурила сына. Сама на седьмом небе от радости – сын невредим, вот сидит перед нею.

– И догнал онаки? – спросила сестра Нелтэк.

– Она же не так быстро бежит. Куда денется на коротких ногах? – вопросом на вопрос ответил Илкэни.

– Бывает так, что иногда и собака не догоняет, – заметил отец.

– Неужели? Что-то не верится, – смуглое лицо сына озарилось улыбкой.

– Долго гнался? – спросил отец.

– По-моему, не очень.

– Так и ударил палкой?

– А что делать оставалось, коли погнался и догнал…

– Онаки как себя повела, когда ты набежал на нее?

– Рычала.

– Это опасно. Не правда ли, ама? – Нелтэк повернулась к отцу.

– Потом даже перевернулась на спину, а потом вскочила и помчалась дальше.

– Это ее хитрость. Если собака настигает и кидается на нее, она задними лапами и острыми когтями рвет живот, отшвыривает, глубокие наносит раны. Опытная собака сразу бросаться не станет.

– Когда второй или третий раз настиг ее, так завоняла,