Второй шанс. Опозоренная невеста злодея - Дита Терми

Дворец тем временем гудел, как растревоженный улей. Сегодня король давал торжественный дневной обед в узком кругу высшей знати – официальное закрепление нашей с Кайраном помолвки.

Перед самым началом приёма я зашла в дамскую туалетную комнату поправить причёску. Там пахло дорогими духами, пудрой и розовой водой. Я стояла у огромного зеркала в золочёной раме, когда дверь скрипнула, и в комнату впорхнула Селина. Она выглядела ослепительно в своём нежно-голубом платье, но её глаза лихорадочно блестели.

– Арианна, дорогая! – проворковала она, подходя к соседнему зеркалу и делая вид, что поправляет и без того идеальный локон. – Ты сегодня такая бледная. Волнуешься перед обедом? Всё-таки сидеть рядом с этим... гм... с Его Высочеством...

Я ничего не ответила, лишь молча потянулась за шпилькой, не сводя взгляда с её отражения... и тут мой отточенный годами выживания в прошлой жизни инстинкт сработал на опережение. Заметил то, что прежняя наивная Арианна никогда бы не увидела.

Селина сделала вид, что роняет свой кружевной платок, наклонилась и, выпрямляясь, невероятно ловким скользящим движением взмахнула рукой над моей бархатной сумочкой, лежащей на банкетке. Крошечный стеклянный флакон беззвучно блеснул между её пальцев, исчезая в складках моей сумки.

Внутри меня всё заледенело.

Интрига была до тошноты классической, но оттого не менее смертоносной. Она подбросила мне яд. Зачем?.. Чтобы обвинить в покушении. Скорее всего, на самого короля, раз уж сегодня празднуют помолвку, которая Люциану поперёк горла...

Но как она собиралась устроить обыск моих вещей прямо посреди приёма? Никто не станет рыться в сумочке будущей принцессы без веского повода!

Значит, нужен повод. Хаос, суматоха, какой-нибудь случайный скандал... Проще всего подобный фокус при дворе провернуть с едой или напитками, поэтому я готова была поставить свою жизнь на то, что прямо сейчас в кубке с моим приветственным вином, который ждёт меня в зале, плещется какая-нибудь гадость. Слабительное или рвотное... словом, то, что опозорило бы меня на глазах у всего двора в очередной раз, а пока я бы задыхалась от спазмов и служанки хлопотали бы вокруг, расшнуровывая мне корсет и роняя мои вещи, Селина «случайно» нашла бы флакон с ядом.

Два зайца одним выстрелом: и позор, и государственное преступление.

– Действительно, немного волнуюсь, – равнодушно произнесла я, отворачиваясь от зеркала. – Пойду, пожалуй, выпью воды перед началом.

Подхватив сумочку, я на ходу незаметно нащупала подброшенный флакон и украдкой переложила его в глубокий потайной карман плаща, висевшего на крючке у двери. Выйдя в аванзал, где на серебряных подносах уже стояли кубки для гостей, я безошибочно вычислила свой – он стоял чуть с краю, рядом с бокалом Селины, украшенным её любимой голубой лентой.

Я огляделась. Коридор был пуст, слуги суетились в главном зале. Улучив момент, я просто переставила бокалы местами без единого лишнего движения. Затем развернулась и пошла к огромным двустворчатым дверям обеденного зала.

Когда я вошла, Кайран уже был там.

Он стоял у высокого окна, скрестив руки на груди, и выглядел так, словно вообще не ложился спать. После вчерашнего эмоционального срыва и той бури, что мы пережили в его покоях, принц казался ещё более мрачным, напряжённым и пугающе спокойным. Настоящая сжатая пружина. Но стоило мне переступить порог, как его чёрные бездонные глаза мгновенно прикипели ко мне.

Взгляд ощущался физически – тяжёлый, горячий и собственнический. Кайран пристально оглядел меня с ног до головы, задержавшись на высоком воротнике моего платья, и в его глазах мелькнуло что-то очень тёмное и довольное.

Он подошёл ко мне почти мгновенно, не сказав ни слова, но занял позицию чуть впереди и сбоку, отсекая меня от остального зала. Его живая Тьма сегодня была похожа на ревнивого сторожевого пса и плотным туманом стелилась вокруг наших стульев, не подпуская никого близко.

Но дураки при дворе не переведутся никогда.

Двое молодых графов – кажется, Варис и Окхилл, – ведомые желанием выслужиться перед семьёй Лансер или просто привлечь моё внимание, решительно направились к нам. На их лицах сияли приторные светские улыбки, а в руках они держали бокалы.

– Леди Арианна, позвольте выразить наше глубочайшее восхищение вашей красотой и поздравить с... – начал Варис, протягивая руку, чтобы перехватить мою ладонь для поцелуя.

Он не успел договорить.

Кайран не пошевелился и даже не повысил голос. Он просто перевёл тяжелый взгляд на графа, и Тьма у его ног, угрожающе зашипев, метнулась вперёд тонким ледяным хлыстом. В ту же секунду напиток в хрустальных бокалах обоих кавалеров буквально покрылся коркой льда, издав тихий треск.

Графы побледнели так, что веснушки на носу Окхилла стали похожи на брызги грязи.

– Ещё один шаг в сторону моей невесты, граф, – тихо, почти ласково уронил Кайран, и от этого тона у меня по спине пробежал сладкий озноб, – и вам больше не понадобятся ноги.

Кавалеры заикнулись, попятились, наступая друг другу на сапоги, и в ужасе растворились в толпе гостей.

Я едва сдержала улыбку, чувствуя, как по телу разливается горячая волна от этой грубой властной защиты. Кайран даже не посмотрел им вслед. Он чуть наклонился ко мне, и его плечо едва ощутимо коснулось моего.

Но на этом испытания не закончились.

Люциан, явно взбешённый тем, что я всё утро ускользаю от его внимания, решил сменить тактику и сыграть роль заботливого брата. Он подошёл к нашему столу с такой притворно-милой, безупречной улыбкой, что мне захотелось плеснуть ему в лицо чем-нибудь.

– Арианна, дорогая, ты просто обязана попробовать эти тарталетки с фазаном, – проворковал он, беря со стола серебряное блюдо и делая шаг ко мне, явно намереваясь наклониться к самому уху, чтобы прошептать очередную ядовитую гадость или попытаться снова уговорить меня расторгнуть помолвку.

Кайран отреагировал молниеносно.

Это было похоже на бросок хищника. В долю секунды он оказался между мной и братом, физически отрезая Люциана от меня. Его широкая спина в чёрном мундире полностью перекрыла мне обзор, а пространство вокруг старшего принца потемнело так резко, словно в зале разом задули половину свечей.

– Тронешь её хоть взглядом, и я вырву тебе глаза, – процедил Кайран. Тьма вокруг него взвилась, обволакивая сапоги Люциана. – Подойдёшь ближе, чем на три шага – сломаю ноги. Она моя. Запомни