Грязное золото - Джеймс Уиллард Шульц

Потом, увидев нас, он удивленно взмахнул руками и произнес:

– Как, вы уже здесь? Вас не уничтожил какой-нибудь военный отряд? Письмо мое получили? Да? Ну, я не думаю, что вы видели эту троицу – они были здесь, когда шли обратно на прииски через два дня после того, как Беллари и Берд ушли…

– Что! Ты говоришь, что Беллари и Берд были здесь? а потом и эти трое мерзавцев? – воскликнул Картер.

– Так а почему бы этим двум вашим людям тут не оказаться, раз уж их не убили по пути? Ведь это вы их послали, или нет! Так…

– Никто их никуда не посылал! – снова крикнул Картер. – эти двое украли наш золотой песок, убили молодую женщину и ребенка Три Бизона, и ввергли нас в бесконечные неприятности. Да мы ведь чуть с голоду не померли! Вот чёрт! А ты теперь спрашиваешь, зачем мы здесь. Так вот, мы хотим поймать этих двух чертей, вот зачем…

– Ладно, ладно, Картер, успокойся, остынь, и обсудим, что теперь делать, – спокойно произнес агент, и вовремя, потому что Картер уже весь трясся, его голос дрожал, и вел он себя как капризный ребенок, хотя всегда был храбрым и сильным мужчиной.

– Дайте мне разобраться, – продолжил агент. – Это было пять – нет, шесть дней назад, Беллари и этот его дружок, Берд, прибыли сюда и сказали, что ты послал их за припасами – им нужно было десять фунтов табака, триста патронов для винтовки Генри, четыре галлона виски, десять упаковок бисера, десять ярдов материи, несколько иголок, ножницы, нитки. Вы, конечно, знаете, что я обычно спиртное не продаю, но я поверил, что это для вас, и я дал им четыре галлона…

– Вот черт! – перебил его Картер. – В их положении напиваться рискованно!

– Несомненно. Когда они пришли, было уже темно, но они сказали, что сильно торопятся вернуться к вам, боятся, что могут попасть в метель, и настояли, чтобы я отпустил им товар немедленно. На следующее утро, еще до рассвета, они разбудили Шукетта и уговорили его выпустить их за ворота….

– Так что никто не видел, что они пошли на запад, – сказал я.

– Несомненно. Ладно, дайте договорить. Так вот, через два дня после того, как они ушли, появились эти трое и попросили разрешения занять на ночь комнату для индейцев. Они сказали, что передумали насчет капканов – это слишком опасно, там вокруг много военных отрядов, и они едва спаслись от одного из них, и вернулись назад, едва увидев реку Устричных Раковин. Я поговорил с ними кратко, как только мог, потому что для меня эти люди были невыносимы. Они ничего не говорили о тебе или твоем отряде. Ушли они на следующее утро, когда я еще спал.

– Но я уверен, что они вызнали у кого-то из твоих людей, что Беллари и Берд были здесь. Ты сам видишь, они гонятся за ними и нашим золотым песком, – сказал Картер.

– Очень может быть! Поэтому они и пошли в ваш лагерь и узнали о краже. Как же правильно я о них подумал! – И добавил, обратившись ко мне: – Фрэнк, спустись вниз и пригласи сюда работников.

Скоро все они собрались, и на вопросы агента сказали, что некоторые из них разговаривали с одним из этих трёех, которого звали Билл, Этот Билл сказал им, что очень жалеет о том, что он и его товарищи не смогли добраться до лагеря трапперов на реке Устричных Раковин, потому что опасались военных отрядов. На это Севьер Биллиду заметил, что двое из отряда Картера, Беллари и еще один, были в форте два дня назад, и взяли много товаров. Нет, этот Билл не спрашивал, когда ушли эти двое: казалось, его это совсем не волнует.

Тут в разговор нетерпеливо вмешался Три Бизона:

– Кажется, вы считаете, что я и Ахкайя – неразумные дети, и не хотите сказать нам, о чём вы говорите?

– Мы тоже должны всё знать, – сказал Биллиду, Картер кивнул мне, и я кратко на языке черноногих рассказал обо всём, что мы узнали о Длинных Волосах и Курчавом, и о трёх негодяях. Тогда Три Бизона сказал, что теперь его очередь говорить, и он сам расскажет Длинным Ножам обо всём, что перенёс он по вине Длинных Волос и Курчавого, которые оказались настоящими пёсьими мордами. И он все рассказал – так подробно и эмоционально, что агент и работники не могли удержаться от восклицаний, и, когда рассказа был закончен, сказали, что только смерть станет должным наказанием для этих негодяев, и что за всё, что они натворили, смерть их должна быть долгой и мучительной.

Работники вышли, сказав, что расседлают и разгрузят наших лошадей, отведут их в конюшню, а наши вещи отнесут в гостевую комнату; мы тем временем отдали должное прекрасному ужину, который приготовила его жена из племени гро-вантров. Во время ужина мы продолжили разговор о Беллари и Берде. Агент, как и мы, считал, что они направляются к берегу, и посоветовал нам поторопиться, потому что в любой день могут начаться бураны, которые закроют перевалы в горах. Некоторые погонщики, прибывшие из Ольхового ущелья, говорили ему, что высоко в горах снега уже много.

Картер сказал, что не понимает, что собрались эти двое делать с товарами, которые выманили у агента. С виски понятно – они сами любители выпить. Но для чего им десять фунтов табака и всякие женские штучки? На это я сказал, что за пару галлонов виски и другие товары они смогут достать свежих лошадей в любом индейском лагере. Им это крайне нужно, потому что на каменистых тропах, по которым они собираются пойти, лошади быстро сбивают копыта.

Агент сказал, что попросит своего кузнеца, Джона Вренна, утром подковать наших лошадей. Потом он сказал нам, что в долине Колючей Груши открыто еще две золотые россыпи, прямо на тропе Муллан, которая проходит от форта Бентон к Уалла Уалла и дальше к побережью. Одну россыпь назвали Сильвер Сити, другую – ущелье Последнего Шанса. В одном из этих мест мы непременно должны услышать о Беллари с Бердом, если те действительно направляются к побережью. До Сильвер Сити отсюда полторы сотни миль, ущелье Последнего Шанса на двадцать миль дальше, недалеко от перевала Врата Дьявола в Скалистых горах. Ни я, ни Картер ничего не знали о тропе Муллан – для нас это было