Из Петербурга в Карелию - Дмитрий Григорьев

Никольскому монастырю, по преданию, основанному после победы князя Александра Ярославича. Согласно монастырской летописи, обитель была возведена в 1241 году в память о погибших в Невской битве православных воинах. Их могилы находятся на холме «Победище» на выезде из Ладоги. Во время шведского разорения Валаамского монастыря сюда были перевезены две главные его святыни – мощи преподобных Сергия и Германа. В монастыре расположены Никольский собор XII века, храм Святителя Иоанна Златоуста, построенный архитектором Алексеем Горностаевым в 1860–1873 годах. Также сохранилась шатровая колокольня XVII века. В советское время монастырь пребывал в запустении, но с 2002 года началось его возрождение. Если продолжать движение вдоль Волхова, можно доехать аж до самого Новгорода, но вернемся на Мурманскую трассу.

Никольский монастырь

Глава 45. О диораме «Прорыв блокады Ленинграда»

Далее остается лететь по Мурманской трассе в сторону Петербурга, но все же стоит съехать с нее перед мостом через Неву, чтобы посетить музей-диораму «Прорыв блокады Ленинграда» и экспозицию военной техники под открытым небом. Я видел только диораму; трехмерную панораму, открывшуюся в 2018 году, посетить не удалось. Билеты надо покупать на сайте музея, заранее. Диорама размером сорок на восемь метров представляет события боев операции «Искра» в январе 1943 года, закончившейся прорывом блокады. До этого были три неудачные Синявинские операции, в которых наши войска понесли огромные потери. И мне даже нет необходимости посещать трехмерную панораму – все мое детство (родители получили участок в садоводстве неподалеку от Синявинских высот) прошло в этих местах, и я, как и большинство местных пацанов, изучал руками родную историю, копаясь в здешних лесах. Это трудно себе представить: в каждом клочке земли – железо, железо и кости.

Солнечные батальоны

рассредоточились среди молодых берез,

спрятался снег на дне воронок,

в траншеях укрылись остатки льда.

Наступление неизбежно,

колеи на дороге полны воды,

в землю вгоняя старых листьев железо,

повсюду весна оставляет следы,

они тянутся по торфяным болотам

до самого входа в бывший ад,

где под сизой травой залегла пехота,

и в ягодах клюквы кровь солдат.

Далее можно было бы проехать тридцать километров по 41К-128 в сторону Шлиссельбурга, взять катер и посетить крепость Орешек в устье Невы, но нас уже ждет следующий, гораздо более длинный маршрут – через Карелию к Белому морю.

Маршрут 2. До самого Белого моря

Глава 1. Об особенностях маршрута и водопаде Юканкоски

Наш второй маршрут по Центральной и Северной Карелии частично совпадает с первым – мы проезжаем Приозерск, Сортавалу, но в поселке Леппясилта, что в переводе с финского означает Ольховый мост, не сворачиваем направо, на Питкяранту, а продолжаем движение по А-121. Маршрут № 2 предназначен для тех, кому по душе походный образ жизни: ночевки в палатках, готовка на примусе или костре, поиски «правильных» стоянок и прочие испытания, которые на самом деле весьма приятны. Впрочем, с каждым годом даже в глухих местах появляется все больше туристских баз и гостевых домов. Вашим «железным коням» также предстоит нелегкий труд: их ждут разбитые дороги и очень плохой бензин (лучше взять в каждую машину двадцатилитровую канистру). Маршрут проходим на обычной легковой машине, за исключением некоторых особенно сложных мест, куда можно не заезжать, а пройти пешком.

Если на 319-м километре А-121 вы повернете налево (сразу за стоянкой для отдыха) и проедете по грунтовой дороге три с половиной километра, то окажетесь на берегах озера Руокоярви, где когда-то стояла одноименная деревня. Здесь в XIX веке жили известные рунопевцы Леонтий Мёлкянен и Никита Рииконен, кантелист Григорий Сирго, плакальщица Агафья Мёлкянен, знахарка Леонтия. Теперь вокруг озера лишь леса да поля – деревня исчезла зимой 1940 года.

Продолжив движение, через пять километров вы приедете к Юканкоски, самому высокому водопаду в Южной Карелии. Точнее, к двум водопадам на двух рукавах реки Кулисмайоки. Высота правого – 18 метров, левого – 11 метров.

Водопад Юканкоски

Свое финское имя водопад получил от названия хутора, располагавшегося рядом. Юка – имя собственное, а коски – пороги. А название Белые мосты связано с тем, что через рукава реки были перекинуты мосты из белого камня. Остатки этих мостов и фундамент хутора еще можно обнаружить.

Юканкоски красив в любое время, но в межсезонье, весной, когда он полноводен и голосист, не всякая машина к нему подъедет. Впрочем, дорога к нему с годами становится лучше: водопад, еще в прошлом веке мало кому известный, превратился в туристический объект. Не удивлюсь, что через некоторое время за его посещение начнут брать деньги.

Чтобы любители новых застроек в живописных местах не разрушили эту красоту, в 1999 году территория вокруг водопада (87,9 га) была объявлена гидрологическим памятником природы.

Глава 2. О Зимней войне в Карелии, о еще одной «Долине смерти» и Кресте скорби

Крест скорби

Но продолжим путь по А-121. На 326-м километре – развилка с указателем «Прямо – Пряжа, 144 км, направо – Питкяранта, 14 км, налево – Суоярви, 83 км». Нам нужно налево, но стоит свернуть в сторону Питкяранты и проехать двести метров до Креста скорби, памятника погибшим финским и советским воинам в Зимней войне.

Нам придется снова вернуться к событиям Советско-финской, или Зимней, войны. Здесь, как и на Карельском перешейке, ожидаемое советскими высшими командирами быстрое наступление было столь же быстро остановлено. 8-я и 9-я армии увязли в лесах. Даже небольшой мобильный отряд финских лыжников мог блокировать движущуюся по дороге колонну и нанести значительный ущерб. Именно в этой войне для борьбы с бронетехникой финны стали применять бутылки с зажигательной смесью, которые назвали «коктейль Молотова». Это простое оружие было придумано рабочей группой под руководством капитана Куйтиннена в отдельной саперной роте. К водочной бутылке со смесью приматывался бенгальский огонь с двумя спичками (на случай, если одна не загорится). При разбивании бутылки огонь поджигал разлившееся содержимое.

Один мой приятель прислал мне фотографию письма своего двоюродного деда, воевавшего на Карельском фронте. Этот документ, не тронутый цензурой, ярче, чем любое сухое описание проблем, с которыми столкнулись советские войска.

Письмо простого солдата

Многие