Из Петербурга в Карелию - Дмитрий Григорьев

в 1832 году установили стелу). И уже 22 августа 1703 года здесь родился первенец Балтийского флота – двадцативосьмипушечный фрегат «Штандарт». А 8 сентября созданная в Лодейном Поле первая эскадра Балтийского флота вышла в Ладогу. Командовал «Штандартом» Петр Михайлов, то есть сам царь.

Верфь с 1705 года постепенно начала сворачивать обороты, а затем приходить в упадок. Это было связано с непокорным нравом Ладоги, в которой тонули многие суда, и с тем, что в Петербурге появилась своя верфь. Запустение продолжалось до 1785 года, когда Екатерина Великая издала указ «на левом берегу Свири при Олонецкой казенной верфи, именуемой Лодейным Полем, устроить город, к которому и округу приписать по способности, и в нем установить те места, кои должны быть на основании учреждений наших, по свойству жителей». Строительство притормозилось при Павле I и возобновилось при Александре I.

Россия нуждалась в военном флоте, и верфь стали приводить в порядок. Начался выпуск кораблей: двадцать транспортов, две плавучие батареи, четыре шхуны, десять шлюпов, два фрегата, сто восемьдесят девять гребных канонерских лодок, одиннадцать галиотов, два брига и шесть катеров.

Корабли, выпущенные в Лодейном Поле, прославились во многих сражениях и морских экспедициях: так, знаменитый мореход Василий Головнин на шлюпе «Диана» совершил свое кругосветное путешествие в 1807–1809 годах, а на шлюпе «Мирный» в 1819–1821 годах адмирал Михаил Лазарев и Фаддей Беллинсгаузен участвовали в открытии Антарктиды. Беллинсгаузен так писал о корабле: «Приятно было видеть, что шлюп наш в шторм, при чрезвычайно сильном и неправильном волнении так крепок, что малая течь, которую мы обыкновенно имели, стоя в тихий вечер на якоре, то есть по два дюйма в сутки, нисколько не прибавилась»[47].

В 1830 году верфь в Лодейном Поле была закрыта навсегда. В 1839 году город насчитывал всего семьсот шестьдесят пять жителей, которые работали лоцманами на порогах, лесорубами, хлебопеками, углежогами… Сейчас город является транспортным узлом, и в нем, как и в те далекие времена, есть пекарни и лесообрабатывающие предприятия.

Введено-Оятский женский монастырь (фото Майи Шереметевой)

Следующая крупная река, которую пересекает трасса, – это Оять. Свернув за мостом налево, на 41К-133, через четыре километра вы приедете к Введено-Оятскому женскому монастырю. Точная дата его основания неизвестна, но известно, что в XV веке он уже существовал. Толчком для строительства монастырей в этом регионе послужило чудесное событие, случившееся семикратно, – явление Тихвинской иконы Божией Матери. По преданию, она была написана апостолом и евангелистом Лукой. Из Иерусалима в V веке образ перенесли в Константинополь, где для него возвели храм, а в 1383 году икона исчезла.

Но при этом появилась на Ладоге. Сначала ее увидели рыбаки: в лучезарном свете икона двигалась над водой. Она достигла берега и там растворилась в сиянии. На этом месте построили часовню. Она также являлась рыбаку в деревне Имоченицы, что находится на Ояти в двух десятках километров от монастыря, ее видели на горе, рядом с Тихвином, еще в нескольких местах. Икона остановила свое перемещение на берегу реки Тихвинки, где впоследствии был построен Тихвинский Богородичный Успенский монастырь.

Раз уж зашла речь об Имоченицах, добавлю, что это – родные места художника Василия Поленова. Здесь им было написано более тридцати картин, среди них «Имоченцы зимой», «Река Оять», «Горелый лес», «Северная изба», «Усадьба в Имоченицах» а также портреты сказителя Никиты Богданова и мальчика Вахромея. Имение художника посещали Илья Репин, Иван Шишкин, Николай Рерих и другие известные живописцы.

Но вернемся вниз по течению, к монастырю. Он тесно связан с именем преподобного Александра Свирского – ведь село Мандеры, где жили его родители, Стефан и Васса, находилось через реку. Их похоронили в монастыре, рядом друг с другом. А в 2000 году они были канонизированы.

Долгое время обитель была деревянной, каменная застройка началась в XIX веке. Монастырь рос и процветал вплоть до Октябрьской революции. Через некоторое время после нее он прекратил свое существование, и на его месте образовалась коммуна «Пролетариат». Вся братия покинула обитель, и только один человек, иеромонах Николай (Сергиевский), вошел в коммуну как работник, при этом не изменив собственной вере и убеждениям. Пока это было возможно, он проводил богослужения и ухаживал за храмами. В 1931 году его расстреляли. О подвиге отца Николая, об истории монастыря и о том, как в 1993 году началось его возрождение, можно узнать на официальном сайте обители[48].

Свернув налево с трассы сразу за рекой Пашой и проехав пять километров, вы окажетесь в поселке Надкопанье с каменной пятипрестольной церковью (1822–1828), полностью отреставрированной и ослепляющей белизной своих стен. А еще через десяток километров по дороге вдоль Паши – деревня Свирица, стоящая на семи островах. Ее заслуженно называют провинциальной Венецией – жители предпочитают передвигаться между домами не пешком, а на лодках.

Если в Сясьстрое свернуть налево (можно до моста через реку Сясь, можно после), то через двадцать километров дорога приведет в поселок Колчаново, где находится детский пульмонологический санаторий. Центральное здание санатория – деревянный дом купца Михаила Шарапова, построенный примерно в 1865 году и напоминающий замок, – достойно того, чтобы сделать этот небольшой крюк. К сожалению, я не нашел имени архитектора, построившего это чудо. Есть в поселке и две церкви – Рождества Христова (1792), пребывающая в руинах, и Тихвинской Иконы Божией Матери, построенная в 1854 году архитектором Александром Андреевым по проекту Константина Тона. Десять лет тому назад она тоже была в руинах, но сейчас, говорят, возрождается.

Глава 44. О Новой Ладоге и Старой Ладоге

Сразу за Волховом – развязка и съезд на дорогу вдоль берега реки: направо, вниз по течению, три километра – к Новой Ладоге, налево – семь километров – к Старой Ладоге.

Новая Ладога была основана в 1704 году по указу Петра I. Рядом с Николо-Медведским монастырем XIV века была построена судостроительная верфь, размещен гарнизон. В новый город переселили многих жителей соседнего города Ладога (именно с этой поры Ладога стала Старой и из города превратилась в село). В Новой Ладоге начали рыть Ладожский канал. Впоследствии, в 1861–1866 годах, неподалеку от первого провели более глубокий канал – Новоладожский. По этим каналам суда могли пройти, минуя Ладожское озеро с его опасными штормами.

Еще Новая Ладога известна тем, что в годы блокады была частью Дороги жизни. В городе есть что посмотреть: это и валы монастыря, и церковь Климента Римского и Петра Александрийского XVIII века (в XIX веке под руководством архитектора Константина Фортунатова была возведена колокольня), и