Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

И в то же время подсознание, а может, и сам дьявол рисовали самые радужные картины, как всем (и Чернову с невестой, и Сухаревым, и Зуеву, и самому Анатолию) станет хорошо, если он перестанет путаться у меня под ногами. Я быстро найду и освобожу Чернова. Потом мы перевезем имеющееся в наличии серебро и золото, куда он скажет (не исключено, куда я посоветую), и поделим его по-честному. На свою долю я щедро оделю всех, оплачу лечение Анатолия в лучшей поликлинике и все такое. И абсолютно все будут счастливы. Цель явно оправдывала средства.

Я собирался вывести приятеля из игры в «Эльдорадо». Он возвращался туда (когда возвращался) поздно ночью. Стоянка для машин освещалась одной тусклой лампочкой и практически не охранялась. Кафе и жилые домики находились достаточно далеко от нее. Из кафе чуть не всю ночь напролет гремела музыка. Выстрел из пистолета с глушителем (я обнаружил один в арсенале «оборотней») никто бы и не услышал.

Подозрение в покушении на Храмцова в первую очередь пало бы на людей Мясника – всем было известно о их вражде и постоянных стычках. Особенно если подбросить на место, которое я облюбовал для засады, окурки их любимых сигарет, пару-тройку стреляных из их пистолетов гильз, организовать там отпечатки их обуви и все такое. Обзавестись всем этим при их разгильдяйстве не составило бы труда.

Чтобы окончательно запутать всех, я решил накануне нападения помелькать в окрестностях «Эльдорадо» на черной «Волге» в прикиде одного из убитых мной «оборотней». Но… человек предполагает, а Господь располагает. Я не раз повторял это.

Утром 30 июня Гриша предложил мне пари: кто больше поймает крупной рыбы. Я согласился, намереваясь во время рыбалки перегнать «Волгу» поближе к «Эльдорадо». Расставшись с юношей на берегу Зеленой, я совершил марш-бросок к спрятанной в лесу машине, переоделся (хватило ума!) в камуфляж, выехал на дорогу и увидел впереди… синюю «Ниву».

Полагаю, до Анатолия дошли слухи о браконьерах на Трофимовой ферме (Тюрючок не делал из этого секрета) и он отправился на разведку. Ни раньше ни позже! Приемлемых вариантов у меня не было. Не выскакивать же из «Волги», срывая бороду, размахивая руками и крича во все горло: «Не стреляй! Это я, Валерий!»

Развернуться и попытаться скрыться – не умнее. По бездорожью от «Нивы» не уйдешь, плюс большая вероятность получить пулю в спину. Как на грех, я поленился надеть бронежилет – таскай его по жаре. Идиотская ситуация!

И все же я обрадовался ей. Говорят, ожидание праздника лучше самого праздника. Вот так и ожидание момента совершения преступления мучительнее самого преступления. Я обрадовался, что это ожидание закончилось, и ринулся навстречу «Ниве» и судьбе. Как в омут головой.

Подробности боестолкновения известны со слов Анатолия. От себя повторю: убивать приятеля я не собирался, стрелял по рукам, а когда он выпрыгнул из машины – и по ногам. Но чтобы он не заподозрил, что кто-то играет с ним в кошки-мышки, один раз чиркнул по щеке и всадил кучу пуль в область сердца – я не сомневался, что, в отличие от меня, Анатолий не поленился надеть бронежилет. Я рад, что не ошибся в своих предположениях и худо-бедно, но сделал, что задумал.

После этого я спрятал в лесу «Волгу» и сосредоточился на своих проблемах: пара пуль зацепила плечо и одна бедро. Хорошо хоть кости не задели. И эти проблемы нужно было срочно решать. Я не сомневался, что Анатолий может заподозрить в нападении и меня. Вид моих ран превратит подозрения в уверенность. Да и моим новым знакомым знать о них было ни к чему.

Я долго колдовал над своими ранами: благо аптечка, равно как и коллекция оружия и экипировка «оборотней», вызывала уважение. (Они основательно подготовились к визиту в Тихоновку, предусмотрели, казалось бы, все, но я не дал им возможности развернуться.) После этого я переоделся в свою одежду и отыскал заветный, из детства, залив. В нем я поймал двух щук. Третья разнесла в щепки мое удилище, оборвала леску – и я возвратился в лагерь.

Позже выяснилось, что старался я не зря. Анатолий, вопреки фактам и здравому смыслу (в чутье ему не откажешь), заподозрил почему-то именно меня. Даже обидно! Неужели он знал меня лучше, чем я самого себя?

Добравшись до лагеря, он устроил моим новым знакомым форменный допрос. И даже то обстоятельство, что я с Гришей был на рыбалке, поймал двух щук, не развеяли его подозрений. Как и то, что на него напала не малиновая «семерка», а черная «Волга».

И только разговор с теткой Варварой заставил Храмцова смириться с мыслью, что к покушению на его жизнь я не имею ни малейшего отношения. Ведь как-никак, а он тоже классный стрелок, выпустил в «Волгу» две обоймы. Если бы за затемненными стеклами скрывался я, то… вряд ли «вышагивал как гусь между грядками с лейкой в руке и ржал как конь».

На следующий после этой стычки день я заявил Тихоновичу, что хочу найти якобы потерянные часы, и отправился в лес к черной «Волге». Ее нужно было срочно спрятать более основательно – вчера не до того было. Перегоняя машину в надежное место, я столкнулся с Тюрючком, который на своем мотоцикле ехал на Трофимову ферму к друзьям-браконьерам. Шурик не мог разглядеть меня через тонированные стекла. Он съехал с дороги, пропустил меня и поехал дальше.

В лагере я похвалился якобы найденными часами перед Тихоновичем и отправился в райцентр – навестить в больнице Храмцова. Там я принялся разыгрывать роль преданного заботливого друга.

Пообещал ему содействие в ремонте «Нивы» и выполнил свое обещание. Но попутно, подготавливая машину к ремонту, я не просто отмыл салон от крови, но и наполнил этой кровью литровую банку и спрятал ее. На всякий случай! Подумал и наскреб отверткой в целлофановый пакет 2–3 грамма синей краски с покореженной дверцы. Опять же на всякий случай!

Позже, когда Леха отремонтировал «Ниву», я покатался на ней, проверяя качество ремонта. Неподалеку от «Эльдорадо» я даже съехал к реке по глинистому склону и оставил на нем более или менее четкий след от колес… Уже тогда я начал догадываться, что Боливар может и не выдержать двоих. Эта догадка неприятно поразила меня. Физическая боль отчасти заглушала недобрые предчувствия.

Обезопасив тыл, я занялся поиском Чернова на… зеленом «москвиче» застреленных мной «оборотней». Я упоминал об