Исключение из правил - Ольга Владимировна Златогорская

class="p1">Мы нашли большой плоский камень, похожий на стол. Выложили на него хлеб и колбасу. Достали воду из карманов курток. Большую бутылку оставили на вечер.

Алиса огляделась и пробормотала:

– Интересно, откуда этот камень? Как с неба упал.

– Ледник притащил, – нарезая колбасу, ответил Марат.

У него в рюкзаке обнаружился хороший складной нож. Я с тоской вспомнил свой рюкзак, который я брал с собой в наши «путешествия». Мультитул, фонарик, термос. Ничего из этого в «исправленной реальности» у меня не было. Даже рюкзак и тот пришлось взять в Москву школьный, старый и потертый. Я вдруг понял, сколько хороших и дорогих вещей покупала мне бабушка. И не потому, что много зарабатывала. Отец зарабатывал больше. Просто он покупал себе новый гаджет, а меня предпочитал «не баловать». Один раз только ножик подарил…

Я думал, моя жизнь в Васильевске почти забылась. А сейчас вот вспомнил – и накатила обида.

Настроение стремительно портилось. Две памяти сплелись в одну. Я обижался на отца за то, что он ничего не хотел мне покупать и запрещал брать планшет – и одновременно с этим переживал, что он меня сдал бабушке и уехал на стройку. Выходило, что ни так, ни так мне с отцом не хорошо. Даже голова заболела.

Алиса дожевала свой бутерброд и спросила с легкой капризной ноткой:

– А почему вы «кока-колы» не купили? Или сока хотя бы? Вода и вода…

Марат невозмутимо ответил:

– По отчетам поискового отряда «ЛизаАлерт» основными причинами смерти в лесу являются переохлаждение и обезвоживание. Переохлаждение нам не грозит: разведем костер. А обезвоживание наступает как раз от «кока-колы» и соков.

Кажется, удивились все.

– Почему? – задал общий вопрос Геральт.

– Потому что эти напитки содержат лимонную кислоту. А она является мочегонным средством.

– Чего? – не поняла Алиса.

– По кустам будешь бегать, – мрачно пояснила Настя. – И пить хотеть еще больше.

– А-а-а… – с понимающим видом протянула Алиса.

– Ты еще не поняла, что Марат здесь самый умный? – ехидно осведомилась Настя. – Все, что он решает, верно.

Алиса заморгала:

– Я же не спорю… Я просто спросила… – В голосе у нее совсем не осталось капризных нот.

Марат пробормотал:

– Ладно, давайте собираться. Нам еще шесть километров идти.

Он сплющил пустые бутылки и убрал в рюкзак. Моя память снова раздвоилась: я-московский привычно собирал мусор. Я-из-Васильевска не понимал этой возни и просто забросил бы бутылки в кусты. Я помотал головой, чтобы утрясти две разные привычки.

Марат снова сказал:

– Пойдем.

Мы с Настей уже стояли. Марат начал медленно подниматься. Остальные продолжали сидеть. Я вдруг понял, что тоже не хочу никуда идти. Привалился бы к камню и смотрел бы на небо до конца времен. Вот как Алиса. Сидит, задрала голову вверх… Я увидел, что по щекам Алисы побежали крупные слезы. Совершенно не знаю, что делать, когда девчонки плачут.

Настя наклонилась над Алисой:

– Ты чего?

Алиса пробормотала:

– На ветку смотрю.

– И что? – нетерпеливо спросила Настя.

– И это просто ветка… Раньше я видела ее сразу как картину. И знала, как ее рисовать… А сейчас это ветка, и всё.

Настя распрямилась:

– Парни, Алису накрыло. Ей надо походить.

Марат смотрел куда-то в пространство. Стас закрыл глаза. Геральт не ответил.

Меня как будто бетонной плитой придавило. Я прилег на камень.

Настя обвела нас взглядом. Кажется, она растерялась.

– Тоха! – позвала она. – Ты в порядке?

– Нет, – с трудом выговорил я.

– Вставай! – потребовала Настя. – Похоже, накрыло всех. Приди в себя, скорее! Ты мне нужен.

Я зажмурился и попробовал подняться. Не получилось.

Настя схватила меня за шиворот и дернула вверх. Я даже удивился, сколько у нее сил, – она почти поставила меня на ноги. Оперся на камень и постарался выпрямиться.

Настя ударила меня ладонью по щеке – коротко и резко. Я скорее услышал звук, чем почувствовал боль. Открыл глаза. Настя ударила меня с другой стороны, тыльной стороной ладони. Стиснула зубы. Кажется, она готова бить еще.

– Хватит!.. – с трудом шевеля губами, сказал я.

Настя отпустила мой воротник. Тяжесть ослабла, я стоял. Серый туман поредел, в голове прояснялось. Я почувствовал, как горят щеки.

– Берем Марата, – распорядилась Настя. – Его надо первым в себя привести, он мозг.

Марат поднялся почти самостоятельно. Пошатнулся и хрипло произнес:

– Я в порядке… Поднимайте Геральта…

Мы прислонили Марата к камню. Он тяжело дышал, но смотрел осмысленно.

– Что за хрень! – пробормотал Марат.

Не слушая его, мы взялись за Геральта. Тот почти не мог стоять, как очень пьяный человек. Мы с трудом поволокли его по поляне. Он застонал:

– Бросьте… Нет смысла…

Мы, пыхтя, подтащили его к камню и усадили рядом с Маратом.

Стас лежал, свернувшись клубочком. Рядом с ним сидела Алиса. Она по-прежнему смотрела куда-то в листву деревьев.

– Марат, Геральт, не сидите как манекены! – рявкнула Настя. – Займитесь Алисой!

Они послушались. Медленно, как во сне, помогли встать Алисе. Вся троица, раскачиваясь, начала обход поляны.

Мы с Настей наклонились над Стасом. С ним пришлось повозиться – сначала посадить его, потом поднять. Парни уже привели обратно Алису, а мы все еще не закончили со Стасом.

– Дай я. – Геральт оттер Настю плечом.

Мы вместе кое-как привели Стаса в вертикальное положение.

Он ссутулился, закрыл лицо руками и еле слышно произнес:

– Не надо… Зачем это? Пустите…

Настя сказала:

– Двигайся, станет легче.

– Отвалите от меня…

– Щас я тебе отвалю! – агрессивно пообещала Настя. – Не унесешь. А вы чего встали? Волоките его.

Алиса прошептала:

– В этом нет смысла… Ты не поймешь…

– Куда уж мне! – закричала Настя. Она уперла руки в бока и наклонилась вперед. В такой позе она походила на атакующую кобру. – Я же никогда не была гениальной, способности свои не теряла! Надо же, трагедия: вдруг оказаться самыми обыкновенными! Привыкли быть звездными детками, конкурсы выигрывать и перед журналистами красоваться? Ах, жизнь закончена, теперь надо жить как все! А еще про Гарри Поттеров рассуждали, что все хотят быть особенными. А сами полдня обычной жизни не выдерживаете!

Я хотел сказать, что дело не в этом. Не от обычной жизни мы с ног падаем, а от того, как внезапно давит смертельная тоска. Но слова не находились, и я осторожно коснулся Настиного плеча.

Она резко обернулась:

– Ну ты еще скажи, что я не права!

Я не успел ответить.

– Права… – пробормотал Марат. – Вставайте… Идем…

Кажется, все привыкли его слушаться и начали подниматься. Я подхватил рюкзак Марата и закинул на плечо.

Со стороны мы выглядели, наверное, как компания пьяных подростков. Ноги сами понесли вниз по склону.

– Не туда! – хрипло сказал Марат. Он