От крестьянок до цариц. Женщины в истории России - Лиз Грюэль-Апер

Этот текст, судя по всему, соответствует идеологии воинствующего христианства: злодеи тут, разумеется, волхвы.

Вера в силу сглаза иногда распространялась на мужчин и даже на представителей духовенства: в 1228 году, например, новгородцы прогнали своего владыку, которого посчитали виновным в том, что стояла слишком сильная жара; первого епископа Ростовского убили при попытке евангелизации населения; в 1227 году в Новгороде изгнали четырех волхвов[495]. Таким образом, богатых людей (в данном случае женщин, а также епископов) лишали имущества и даже убивали, обвиняя в колдовстве.

Вернемся к женским примерам: в XII веке в Галиции сожгли княгиню Настасью, жену князя Ярослава, обвинив ее в чародействе[496]. В конце XIII века женщин подвергали испытанию водой (социальный слой не указан): если они начинали тонуть, то, значит, не были ведьмами, и их спасали; если же они всплывали, значит, были ведьмами – их доставали из воды и сжигали. В XIX веке все еще можно было столкнуться с пережитками этих верований[497].

Княжеские семьи не оставались в стороне от подобных практик: по преданию, мать Всеслава Полоцкого родила сына с раной на голове; она обратилась за помощью к волхвам, которые велели ей не трогать ее. Предание объясняет этим фактом кровожадность, которую позже проявлял князь[498]. Подобные случаи происходили периодически.

Монахини и «летописицы»

Их существование относится к рассматриваемому периоду. Их набирали из знати и княжеских кругов. Те из этих женщин, которые оставили свой след в истории, были образованны, что было редкостью в то время.

Янка, дочь Всеволода, приняла постриг в совсем юном возрасте и позднее стала игуменьей. Отец построил ей церковь (начало XII века). Янка совершила поездку в Грецию[499] и вернулась оттуда с митрополитом Иоанном.

Ефросиния, княжна Полоцкая, еще до 12 лет выучилась чтению и письму, отвергла замужество, постриглась в монастырь и стала заниматься перепиской книг. Она учила других грамоте и основала собственный монастырь недалеко от Полоцка. Она состояла в переписке с византийским императором и патриархом и посетила святую землю.

Среди образованных мирянок стоит упомянуть Василису, дочь Тверского князя. Она вышла замуж за князя, умела читать и писать, изучала Ветхий и Новый завет[500].

Светлана Кайдаш[501] рассказывает историю двух сестер из образованной семьи, а именно – семьи князя Михаила Черниговского, где девочек учили читать и писать (начало XIII века). Жених старшей сестры неожиданно умер в самый день их свадьбы. Потрясенная этим событием, которое она расценила как предзнаменование, девушка постриглась в Суздальский монастырь, где приняла имя Ефросиния. В ее житии упоминается, что она хорошо знала античную литературу (Гомера, Платона, Виргилия и т. д.), а также изучала врачевание. В своем монастыре она занималась уходом за больными. Она стала святой и известна под именем Ефросиния Суздальская[502].

Ее сестра Мария вышла замуж за Василько, племянника великого князя Владимирского. Василько был ростовским князем, в браке с Марией родились двое сыновей. Дело происходило в начале XIII века, когда началось монголо-татарское нашествие. Соседние города пали. В 1237 году сожгли Рязань, князь был убит, а княгиня, спасаясь от врагов, бросилась с маленьким ребенком с башни. Затем был взят Владимир: князя не было, и княгиня со всей семьей заперлась в церкви. Церковь сожгли. В самом Ростове были замучены и убиты муж и отец княгини Марьи. Наша героиня осталась в живых, в одиночку воспитала детей, а затем постриглась в монастырь. По мнению Светланы Кайдаш, есть все основания предполагать, что ростовская летопись, описывающая трагические события того времени, была написана ею, печальной свидетельницей произошедшего. Таким образом, она являлась одной из немногих русских «летописиц» (они, как и было положено, оставались безымянными и назывались «летописцами»[503]). Еще одно «замалчивание» в истории? А есть ли другие примеры?

VII. ПРЕДАНИЯ И БЫЛИНЫ

Некоторые предания и большинство былин, хоть и зафиксированные в крестьянской среде в XIX веке, относятся, по признанию историков и фольклористов, к интересующей нас эпохе. Они являются ценным свидетельством мировоззрения того времени и предоставляют достаточно достоверный образ женщины. Так, Александр Добряков и Виталий Шульгин смело используют былины при рассмотрении женского вопроса в Средних веках.

Предания

В легендах речь идет о женщинах-воительницах. Серафим Шашков[504] пересказал выразительное предание о Перепетовом кургане. Перепет был князем. Он отправился на войну, оставив бразды правления жене, которая тоже была доблестным воином. Устав ждать его и опасаясь худшего, она увидела сон, предвещавший гибель ее мужа. После этого она взяла в руки оружие, вскочила на коня и отправилась в поход. Она скакала что было сил. Ей встретилось войско, которое она приняла за вражеское, и яростно расправилась с ним, не пощадив никого… и убила своего мужа, который возвращался с войны и нес ей добрую весть о своей победе. В отчаянии она лишила себя жизни прямо над его телом, и затем их вместе похоронили. Безусловно, это легенда, но не лишенная исторического обоснования. Так, Юрий Шевченко в своей недавней статье[505] описал Черную могилу, самый большой курган Чернигова и Юга России. Он датируется концом X века. В его центральной части находятся останки воина и воительницы в доспехах. На могиле были найдены следы тризны. По мнению археологов, основанном на количестве оружия и украшений, погребенные были важными фигурами. Быть может, это были князь и княгиня, погибшие в бою.

Впрочем, в Чернигове также существует легенда об основании города, изложенная в летописи, согласно которой княжна Черная, дочь князя Черного[506], боролась против христианизации города с оружием в руках. А недалеко от Черной могилы была возведена церковь. Возможно, эта легенда имеет под собой реальное основание.

В Восточной Волыни легенда о Перепете и его жене была переложена, и ее героями стали Ольга и Игорь[507]. Княгиня Ольга повела дружину на поиски мужа Игоря. Она повсюду жгла и убивала, но также создавала источники. Согласно другой версии, Игорь и Ольга искали друг друга, каждый со своим войском. Они встретились, но не узнали друг друга. Ольга убила Игоря и тут же повелела своей дружине возвести курган. Мы видим, насколько тесно иногда переплетаются предания и исторические факты[508].

Былины

Отчасти вымышленные события, о которых идет речь в былинах, по-прежнему относятся либо к эпохе правления князя Владимира, либо к расцвету Новгородской республики, иными словами – к домонгольской Руси. Ядро былин восходит к раннему средневековью.

Исследуя женский вопрос в домонгольский период, Александр Добряков посвящает главу IV «Женщине былин». Становится ясно, насколько важным автор считал подобное исследование для понимания менталитета того времени. Народное мировоззрение часто разрывалось между концепциями, все еще основанными на язычестве, и новой