Родовой быт славянских князей - Дмитрий Александрович Боровков

это сделать, так как и Нестор ничего не говорит об этом в своей летописи[187]; мы замечаем только факт. У Владимира было 12 сыновей. Старшие между ними были: Вышеслав, Изяслав, Святополк, Мстислав, рожденный от Рогнеды, и Ярослав.

(Нестор исчисляет сыновей Владимира в двух местах: под г. 6488 и 6496 (Лавр. С. 34 и 52). Ср. Карамзин. Т. 1. С. 202 и 220). Оба места при определении числа сыновей Владимировых и порядка старшинства их должны быть принимаемы в соображение. Вышеслав прямо называется у Нестора старейшим. Старшинство Ярослава пред прочими братьями, кроме Вышеслава, Изяслава, Мстислава, рожденного от одной с ним матери, знаменитой Рогнеды, и Святополка, видно не только из того порядка, в каком у Нестора во втором исчислении поименованы сыновья Владимировы, но, между прочим, и из того, что по смерти Вышеслава Новгород был отдан Владимиром Ярославу (Лавр. С. 52, г. 6496). Старшинство Святополка по отношению к Ярославу не подлежит никакому сомнению, так как Святополк родился в 980 или 981 г. (Лавр. С. 33, г. 6488), а Ярослав был уже третьим сыном Владимира от Рогнеды (Лавр. С. 34, г. 6488), которую Владимир взял себе в жены в 980 г. (Лавр. С. 32, г. 6488). Против этого решительного доказательства ничего не значат ни то обстоятельство, что во втором Несторовом исчислении сыновей Владимировых Ярослав по списку Лаврентьевскому ставится выше Святополка, впрочем не согласно с чтением других списков, которые дают истинное место обоим братьям (см. Лавр. С. 52. варианты под лит. к); ни число лет всей жизни Ярослава, показанное в Несторовой летописи (Лавр. С. 70, г. 6562), впрочем, несогласное с известием о времени вступления Владимира в брак с Рогнедою (см. Лавр. С. 32, г. 6488). Но спрашивается: был ли Святополк действительный сын Владимира? Карамзин (Т. 1. С. 203, 220. 230; Т. 2. С. 1. 2) и Эверс (Das ӓlteste Recht der Russen. S. 113.ff und 231.ff или в русском переводе Платонова с. 128 и след., и с. 269 и след.) почитают Святополка сыном Ярославовым [правильно: Ярополковым. – Примеч. сост.] и только племянником Владимира, которого будто бы он только усыновил. Поводом к такому взгляду было следующее место из летописи Несторовой: «Володимер же залеже жену братьню грекиню, и бе непраздна, от нея же родися Святополк. От греховьнаго бо корене плод зол бывает. Понеже бе была мати его черницею, а второе, Володимер залеже ю не по браку; прелюбодейчищь бысть убо, тем и отец его не любяше, бе бо от двою отцю, от Ярополка и от Володимера». Лавр. С. 33, г. 6488. Барон Розенкамф (Обозрение Кормчей книги в историческом виде. М., 1829. С. 225 и след. примеч.) справедливо опровергал такое мнение. Действительно, слова «бе непраздна» у Нестора не означают того, чтобы мать Святополка была уже прежде беременна, но могут значить только, что она сделалась беременною от Владимира. Смысл, в каком летописец называет Святополка сыном не только Владимира, но и вместе Ярополка, он сам же объясняет: Святополк был сын жены Ярополка, рожденный ею, или Владимиром от нее, по мнению Нестора, в прелюбодеянии. Везде между тем в описании Нестора Святополк представляется как истинный и действительный сын Владимира, и таким он был в глазах самого Владимира, в глазах своих братьев, в своих собственных. Так и в вышеприведенном месте говорится: «тем и отец его не любяше». В исчислении Нестором сыновей Владимира (Лавр. С. 34, г. 6188 и с. 52, г. 6496) Святополк два раза поименовывается между ими. По смерти Владимира Святополк занял киевский престол, и летописец так говорит об этом (Лавр. С. 55, г. 6523): «Святополк же седе Кыеве по отци своем». Когда дружина предлагала Борису занять престол киевский, то он отвечал (Лавр, там же): «Не буди мне възняти рукы на брата своего старейшего, аще и отец ми умре, то сь мне буди в отца место». Святополк сам называет Бориса, сына Владимирова, своим братом (Лавр., там же): «Шедше убейте братца моего Бориса». В другом месте он говорит (Лавр. С. 60, г. 6543: «яко избью всю братью и приму власть Руськую един». Ярослав объявляет новгородцам (Лавр. С. 61, г. 6523): «Отец мой умер, а Святополк седит Кыеве, избивая братью свою». Летописец заключает историю Святополка следующими словами (Лавр. С. 63, г. 6527): «Се же Святополк новый Авимелех, иже ся бе родил от прелюбодеянья, иже изби братью свою сыны Гедеоны; тако и сь бысть». После сего для нас нет никакого основания смотреть на Святополка как на племянника только Владимира, а не как на истинного его сына[188].)

Владимир в тереме Рогнеды. Рисунок XIX в.

Вышеслав и Мстислав, сын Рогнедин, умерли еще при жизни Владимира, не оставив потомства[189]. Изяслав, родоначальник князей полоцких, получивши для себя в удел земли деда своего по матери, умер также прежде своего отца, еще в 1001 году[190]. Но он оставил после себя двух сыновей, – Брячислава и Всеслава. Только первый из них пережил Владимира[191]. Но, не говоря о других законных причинах к устранению потомства Изяславова от киевского престола, которые могут открыться только при соображении всех случаев преемства великокняжеской власти, – по обычаям того времени, ясно высказавшимся в последующих распрях потомков Владимировых из-за киевского престола, внук умершего великого князя никаким образом не был вправе состязаться, при равенстве всех других обстоятельств, с непосредственными его сыновьями, своими дядями. Брячислав тем менее мог вступить в такое состязание, что он в год смерти своего деда был еще очень молод, имея тогда не более 18 лет от роду. И так из пяти старших сыновей Владимира лица трех самых старших совершенно неважны для решения вопроса, кому по смерти его должен был принадлежать или достаться киевский престол; внимание наше должно обратиться на Святополка и Ярослава. Между сыновьями Владимира, остававшимися во время кончины его в живых, Святополк был старшим; потом следовал Ярослав. Святополк по смерти отца тотчас сел на киевском престоле[192]. Он занял его по праву, которое было вполне признаваемо его братьями. Когда дружина Владимирова, бывшая в походе против печенегов с Борисом, предложила этому сыну Владимирову свои услуги к занятию престола отцовского; то он отверг такое предложение, объявивши, что он не может поднять рук на брата своего старейшего, который должен быть для него вторым отцом[193]. Но это предложение дружины умершего великого князя показывает, что одного права старейшинства Святополку было