Легенда о Фэй. Том 2 - Priest P大

– Нет, – рассмеялся Се Юнь. – Я задал неуместный вопрос, и она всего-навсего пожелала меня убить.

Глаза Фэй распахнулись шире обычного.

– Что, думаешь, только ты это почувствовала? – Се Юнь невозмутимо сделал пару глотков чая и удовлетворенно вздохнул. – Гляди-ка, на заднем дворе подавали залежалый, а теперь свежего, аж собранного после дождя не пожалели. Какая же она все-таки… Разве я не говорил тебе? Именно труппа Летящих Перьев прославила имя Цянь Суйю. Я знаю госпожу Ничан не первый день. Если бы дело было только в деньгах, она бы уже давно ударила по столу и обсыпала меня ругательствами. К чему эта сдержанность?

Чжоу Фэй хлопала ресницами, не сразу уловив смысл сказанного.

– Представь, кто-то спрашивает тебя о том, о чем ты ни при каких обстоятельствах поведать не можешь, – терпеливо продолжил объяснять Се Юнь. – Что будешь делать? Впадешь в ярость и потребуешь не любопытничать? Сперва тебе этого и захочется, но, если подумать, лучше поскорее взять себя в руки и не разжигать чужое любопытство. Ежели ты достаточно хитра, то вовсе не выкажешь ни капли удивления. Будешь использовать неуклюжие уловки одну за другой, чтобы держать человека на крючке и заставить его думать, будто ты просто вымогаешь деньги, пока он сам не отступит. Верно?

– Но…

– Ничего страшного, – понизил голос Се Юнь. – Я спрашивал лишь для того, чтобы посмотреть, как она себя поведет. Сестрица, ни в коем случае не позволяй старшим, что твердят, будто хорошему человеку скрывать нечего, задурить тебе голову. Запомни: в этом мире полно историй, которые не расскажут просто так. Порой мало спросить, нужно научиться считывать душевное состояние людей… Тогда даже в попытках скрыть правду они откроют то, что тебе нужно. Ладно, хватит пустых слов. Знаю, сейчас тебе больше всего хочется узнать об Облачном ущелье.

Чжоу Фэй смутилась, но все же озабоченно кивнула. Несмотря на недавние смелые речи, уверенности в себе ей недоставало, и даже теперь она не могла успокоиться. «Не станут ли эти Странники от досады и гнева вредить Ли Янь?» – тревожилась она.

– Не переживай, они не посмеют, – сразу угадав ее опасения, невозмутимо сказал Се Юнь. – Раз уж господин Бай связан с этими людьми, ты должна понимать: некоторые Странники следуют темному пути, но это темный путь Южных земель. Они вездесущи и бессовестны, но в важных вопросах черту никогда не переходят. Это правило, и оно превыше всего. Нарушат его – и все двери, в которые они когда-либо стучались, захлопнутся перед ними. Этот Сюй не дурак, не станет из-за пустяка искать себе неприятностей. К тому же Облачное ущелье не такое уж зловещее место.

– Что это вообще такое? – спросила Чжоу Фэй.

– Обычная школа, – ответил Се Юнь. – По лицу и говору Ян Цзиня можно сразу догадаться, что он не с Центральной равнины. Последователи Облачного ущелья расположились на южных окраинах, где воздух насыщен ядовитыми испарениями, а земля богата растительностью. Боевые искусства в тех краях не в почете, зато там живет немало искусных лекарей. Это место еще называют Малой долиной травников…

– Значит, есть и Большая? – удивилась Чжоу Фэй.

– Великая. Была, – коротко ответил Се Юнь. – Теперь ее нет – стерта с лица земли. Но сейчас не об этом, не меняй тему. В семье, сама знаешь, не без урода. Время от времени появляется какой-нибудь безумец, который предпочитает не лечить людей, а травить их. И все же грань между целебными снадобьями и ядами тонка, так что это еще ничего. Лет двадцать назад родился в Облачном ущелье настоящий чудак. Полагаю, этот Ян Цзинь с трудом отличит женьшень от редьки, но зато помешан на искусстве меча и, как видно, способностями его природа не обделила, а главой школы он стал, судя по всему, просто поколотив остальных желающих.

Чжоу Фэй невольно увлеклась: она совсем не ожидала, что у этого куска каменного угля такая необычная история.

– Он уже давно странствует по цзянху, вызывая на бой каждого встречного. Ничего, кроме его клинка, для него не существует, но он еще никому не причинил зла. В последнее время боевые искусства на Центральной равнине пришли в упадок, так что он считается редким умельцем и метит в первые клинки Юга. Но тут вдруг объявилась ты и перешла ему дорогу. Конечно, он не мог с таким смириться.

– Я же не нарочно… – нахмурилась Фэй.

– Эх, разве бывает иначе? Разве мать советуется с животом, прежде чем разродиться? В общем, не переживай. С твоей сестрой все будет в порядке. Ему ведь нужна только слава. Раз уж ты не хочешь с ним сражаться, просто признай поражение – и дело с концом!

Чжоу Фэй задумалась, а Се Юнь немного помолчал, затем внезапно поднял голову и спросил:

– Погоди, неужели ты всерьез думаешь принять его вызов?

– Считаешь, не стоит? – Чжоу Фэй смущенно отвела взгляд.

– Пообещай не бить меня, и я скажу правду, – настороженно взглянул на нее Се Юнь.

«Да за кого он меня принимает?!» – подумала Фэй, смерив юношу презрительным взглядом. Но она догадывалась, какого совета от него ждать.

– «Тринадцать ударов Одинокого Гуся» Ян Цзиня, может, и не самая грозная атака в мире, но благодаря ей он уже заслужил звание мастера первой ступени. Говорят, два года назад даже глава школы Кунтун проиграл ему в схватке с одного удара. Тебе бы еще пару лет совершенствоваться, чтобы с ним сравняться, – откровенно заявил Се Юнь. – Послушай, жертвовать собой в горах, сражаясь с Повелителем Цинлуна, во имя чести – это я еще могу понять. А сейчас-то зачем? Ради пустой славы, ничтожной, как муравей, которая со временем станет обузой? Зачем за нее бороться?

Чжоу Фэй неуверенно кивнула. Се Юнь был прав: бессмысленно лезть в драку, тем более когда противник сильнее. Ей, как-никак, восемнадцать лет – почти взрослая. Какой бы вспыльчивой ни была, увлечь ее уже не так просто, как дурачка, что спит на холодной печи. Даже если кровь ее вскипала без причины, ее было легко остудить – достаточно объяснить все как есть. Се Юнь, наблюдая за выражением лица Фэй, понял: «разбойница» приняла его слова, но что-то все еще тревожило ее.

– Так в чем же дело? – спросил он.

Чжоу Фэй действительно терзали сомнения. Если бы на кону было только ее доброе имя, волноваться не о чем – молодым к унижениям не привыкать. В конце концов, ее невероятное мастерство, о котором все твердят, – просто слухи, и, если бы представилась возможность развеять их и снова считаться посредственностью, Фэй была бы даже рада. Вот только она заметила, что и господин Сюй, и Ян Цзинь, и даже госпожа