Красная земля. Египетские пустыни в эпоху Древнего царства - Максим Александрович Лебедев

по берегам Меридова озера (или даже где-то ближе) должны были расти деревья, поэтому недостатка в топливе, вероятно, в Умм эль-Саване не было. А вот появление гнейса (и еще гранодиорита) объяснить сложнее. Тем более что из этих материалов были найдены не только орудия, но также небольшие блоки и даже заготовки. Так, из гнейса была сделана крупная грубая болванка (предположительно каменного сосуда или ступки) диаметром около 30 см[826]. Э. Блоксэм полагает, что на севере Фаюма находился крупный специализированный центр по обработке камня. Связанные с ним рабочие могли быть профессионалами, которых регулярно привлекали к экспедициям за пределы оазиса. Если так, то появление на севере Фаюма заготовок и орудий из редких пород камня могло быть связано с перемещениями специализированной рабочей силы[827].

Керамический материал позволяет уверенно датировать разработку каменоломен Умм эль-Савана Древним царством, причем пик этой активности, судя по имеющимся данным, пришелся на III и IV династии. Популярность гипсовых сосудов при I–II династиях позволило Б. Г. Астон предположить, что добыча здесь могла начаться уже в Раннединастический период, однако керамики этого времени пока не найдено[828]. Отсутствие фиксируемой археологами раннединастической материальной культуры не доказывает, конечно, отсутствия в это время активности в каменоломнях, а может просто указывать на другие масштабы и источники снабжения, которые подразумевали, например, использование контейнеров преимущественно из органических материалов. Иными словами, датировка египетской активности в регионе требует дополнительного изучения.

Гипсит близ Телль эль-Амарны добывался в неглубоких ямах и мог использоваться только для изготовления растворов и штукатурок. Вблизи разработок обнаружены несколько групп небольших каменных построек (датировка большинства пока не ясна, но около некоторых структур встречается керамика Древнего царства)[829]. Судя по спутниковым снимкам, постройки не формируют поселений или лагерей с очевидным заранее продуманным планом; некоторые из структур многокомнатные, но большинство были, вероятно, простыми укрытиями от ветра и солнца. Месторождения расположены на расстоянии 2-10 км от Нильской долины, т. е. наиболее отдаленных разработок можно было достичь из поймы за пару часов.

Выходы базальта в Видан эль-Фарасе – это два потока олигоценовой лавы, отложившиеся и застывшие поверх более ранних песчаников и известняков. В них были устроены две каменоломни: восточная, длиной около 800 м вдоль выходов камня, и западная, длиной порядка 60 м. Особенность данного месторождения – большое количество трещин в базальте. С одной стороны, это значительно облегчало отделение блоков. С другой, создавало проблемы: добыть здесь крупные блоки (более 1 куб. м) было сложно[830]. Поскольку каменоломни Видан эль-Фараса были, вероятно, главным или даже единственным источником базальта для царских строительных проектов близ Мемфиса[831], именно с этой особенностью мог быть связан относительно небольшой средний объем отдельных базальтовых блоков в пирамидных комплексах Древнего царства – около четверти кубического метра.

Рядом с каменоломнями Видан эль-Фараса первыми исследователями были описаны порядка 160 каменных кругов, компактно расположенных на площади в 275 × 11 м. Долгое время эти круги считались либо руинами поселения, либо местом для хранения добытых блоков[832]. В настоящее время на поверхности видно чуть более двух десятков таких структур и современные разведки и раскопки первую версию не подтвердили: ни внутри, ни в их окрестностях не фиксируется какой-либо поселенческий материал вроде углей, золы, костей животных или керамики[833]. Вторая версия более вероятна, но и она требует дополнительной проверки и объяснения. Примерно в 500 м южнее на площади в 60 × 36 м расположена еще одна группа каменных кругов – на этот раз, видимо, действительно поселение. Вблизи этих конструкций была найдена печь и множество углей, а также многочисленная керамика IV и V династий. По оценкам Э. Блоксем и П. Сторемира, в этом лагере могли жить 20–25 человек[834]. Других подобных стоянок вблизи каменоломен пока не найдено, но даже если они где-то есть, средняя численность одновременно работавших в каменоломнях людей вряд ли превышала несколько десятков человек[835].

Каменоломни Видан эль-Фараса явно разрабатывались в интересах государства, поскольку только оно формировало крупный спрос на данный материал[836]. Это косвенно подтверждает и качественно сделанная дорога от каменоломен (илл. 16б), выходящая к берегу Меридова озера у поселения Каср эль-Сага (в конце этого пути находились также небольшие разработки кремня и гипса). Однако приходится констатировать, что при ожидаемом доминировании центральной администрации в разработке месторождений здесь пока не найдено ни зданий барачного типа, ни крупных складов, ни обломков печатей, ни наскальных надписей. Чем это может объясняться? Возможно, причина в малом числе занятых здесь рабочих, снабжение которых от поселений в районе Меридова озера (около 2 часов пути пешком) не требовало очень сложных логистических решений и учета, а потому могло быть доверено местной администрации. Но в травертиновых каменоломнях Хатнуба и Вади Забайда неподалеку от Нила, где должна была наблюдаться внешне похожая ситуация, присутствие центральной власти весьма наглядно. Видимо, в организации добычи и доставки базальта близ Фаюма и травертина в Среднем Египте имелась какая-то существенная разница, которая вряд ли объяснялась только твердостью породы и связанными с ней трудностями. Какую-то роль здесь, возможно, имело последующее распределение материалов: базальт был востребован преимущественно в государственных мастерских и основной его объем потреблялся очень ограниченным кругом лиц, а травертин был широко распространен и востребован в древнеегипетском обществе. Поэтому контроль за добычей и производством травертиновых изделий мог считаться более важной и сложной задачей для центральной администрации. В случае успеха он обеспечивал влияние бюрократических структур на потребление значительно более широкого круга лиц, в том числе в провинциях, увеличивая, таким образом, масштаб государства и его роль в жизни населения Нильской долины. Однако такое объяснение не выглядит вполне достаточным.

Важные и пока малоизученные поселения Древнего царства в Каср эль-Сага и на Ком IV были описаны Г. Катон-Томпсон и Э. В. Гарднер, которые отмечали, что оба памятника были тесно связаны с обработкой камня[837]. По приведенным свидетельствам камнерезного производства поселения напоминают другой современный им памятник – уже упоминавшийся производственный центр Шейх Саид в Среднем Египте. Только на Коме IV велась обработка не только местного камня, как это, по всей видимости, было в Шейх Саиде, но и привозного, о чем говорят, например, заготовки и готовые каменные сосуды из гнейса[838].

Определенную параллель каменоломням Видан эль-Фараса представляют каменоломни Вади Хаммамат. Там египтяне тоже добывали твердый камень, – прежде всего, граувакку, – но, в отличие от фаюмских месторождений, в Вади Хаммамат сохранилось множество надписей III тыс. до н. э. Не исключено, что это было связано со значительным удалением этих месторождений от Нильской долины