Я один вижу подсказки 16 - Никита Красавин

Звяньк! Звяньк!

Точил только с одной стороны. Так лезвие лучше держит угол, что нужно для рубки. Именно тогда на глаза мне попалась Травинка.

— Хозяин?

Её волосы были растрёпаны, очевидно, что она только что пришла из леса.

— Пойдёшь со мной!

— Куда?

— В лес!

При слове «лес» она обрадовалась ещё сильнее. Её всегда туда тянуло, она готова была часами там пропадать и тренироваться с мечом. Только сейчас вместо меча я протянул ей топор.

— Будешь помогать рубить!

— Поняла!

Через полчаса мы были уже в лесу. Я ходил и осматривал деревья, когда Травинка отвлекла:

— Так что именно нам нужно?

— Дуб для киля и шпангоутов, а сосна для обшивки, — я не знал, нужна ли ей эта информация, но всё равно объяснил. — Дуб твёрдый и влагостойкий. Сосна смолистая и хорошо держит воду снаружи.

Травинка слушала внимательно, хотя по лицу было видно: детали её интересуют меньше, чем сам процесс.

— Так что рубить?

— Подожди ты!

Прежде чем рубить, я обходил дерево кругом и осматривал ствол. Есть ли кривизна? Есть ли на нём дупла?

Тух! Тух!

Я стучал обухом топора, прислушиваясь к звуку. Хорошее дерево отвечает глухо и ровно, без пустот.

— Вот оно!

Когда я дал добро, Травинка сразу принялась за дело. Она была беспощадна к деревьям — настоящий древоруб.

ТУК!

Первый же удар — топор ушёл в ствол почти на треть. После второго удара дерево затрещало и упало. В лесу был слышен лишь низкий гул падения, треск ветвей и тяжёлый удар о землю.

— И всё?

— Да.

— Молодец!

Силища у хобгоблинши явно была богатырская. Дальше мы обрубили ветви, и это неприглядное, истерзанное бревно я положил в пространственный мир.

Таскать с собой, а тем более на себе, брёвна не хотелось. Так процесс и шёл: я выбирал, она валила, мы обрубали.

Когда стемнело и солнце почти скрылось за горизонтом, я сказал:

— На сегодня хватит.

— Мы можем ещё чуть-чуть.

— Нет. Слишком опасно. Давай лучше придём завтра.

— Хорошо.

Травинка явно была разочарована, что нужно уходить так быстро. На ещё зелёных щеках появился явный румянец — ей хотелось остаться. Но так как я был против, она отступила. Быть может, если бы я не сказал, что мы придём завтра, она бы расстроилась.

…

На следующий день мы снова пришли с утра, чтобы рубить деревья. Так как наша производительность была чудовищной, работали мы с той же силой.

Уже к вечеру второго дня мы заготовили дерево с небольшим запасом. Нам, может быть, не хватит на два корабля, но на полтора — точно. Поэтому я остановил Травинку:

— Хватит. Идём домой.

— Можно же ещё пару штук?

— Можно. А зачем?

— Ну, одну.

— Лес нужно беречь, — серьёзно сказал я. — Мы взяли то, что нужно. Идём домой.

Она вздохнула, но согласилась:

— Ладно.

В итоге второй этап был завершён, и нужно было начинать третий. Поэтому мы направились обратно домой.

…

Сам дом сейчас преобразился. Вместо одного поместья там стояло уже два. Но только не друг за другом. Второе поместье расположили поперёк. Если смотреть сверху, то образовался угол.

Сделали не просто так, а для того, чтобы появился уютный задний двор. Только я не пошёл туда, так как там всё обустраивали: убирали мусор и траву, делали дорожки.

Меня туда со своим «кораблём» не пустят. Хорошо, что места было предостаточно на берегу, где я, собственно, и вывалил из монеты скрытого мира все брёвна.

Они попадали с тяжёлым грохотом, сбиваясь друг с другом и поднимая пыль. Сама куча получилась внушительная — гора из неотёсанных, корявых, пахнущих смолой и сырой землёй брёвен.

Пришедший Скай смотрел на это молча. В его представлении они явно должны были выглядеть лучше. Он даже спросил:

— И из этого будет корабль?

— Именно.

— …

Скай не выглядел слишком убеждённым. Наклонил голову набок и всеми силами пытался увидеть в этой куче что-то красивое.

Но в этом и заключается весь смысл ремесленных навыков — брать грубые вещи и превращать их во что-то полезное.

Я приободрил их:

— Глаза боятся — руки делают.

— И что нам делать сейчас?

— Снять кору!

С нашими характеристиками и инструментами процесс не занял много времени. Каждый брал по бревну и своими методами аккуратно убирал кору.

Кто-то делал это с помощью своих рук — голых пальцев, буквально заменяя топор. Нужно понимать, что руки хобгоблинов сильно отличаются от рук обычных людей.

Их пальцы вгрызались в кору, аккуратно снимая её, словно кожуру с мандарина. Я же действовал примерно так же, так как процесс действительно был проще таким способом.

Затем топориками убирали лишние ветви и прочие наросты, отчего брёвна становились гладкими.

— Это куда?

— Сосну в одну кучу, а дуб — в другую.

Когда не осталось ни одного бревна с корой, образовались две кучи. Одна из дуба, другая из сосны. Уже сейчас они выглядели лучше, а их цвет стал более выразительным, напоминая золото.

— Всё? — спросила Травинка.

— О чём ты? Это только начало. Сейчас их нужно распилить.

— Да?

С распилом всё оказалось сложнее. Для начала мне нужно было сделать пилу.

Её я решил сделать не из обычного железа, а из чёрного. Чёрное железо — это уникальный ресурс со второго испытания. Оно прочное и надёжное.

Возможно, лишнее так заморачиваться, но у меня была хорошая печь, и мне нужна была хорошая пила, которая не сломается, если Травинка не рассчитает силы и дёрнет на себя слишком сильно.

Так появилась она — двуручная продольная пила. Длинная, с зубьями, которые брали дерево не поперёк, а вдоль волокон.

Когда она остыла, Травинка взяла её в руки и сказала:

— Большая.

— Такой и должна быть!

Тем временем Скай выкопал пильную яму. Она нужна для того, чтобы человек мог стоять внутри в полный рост и пилить снизу.

Первое бревно уложили на строительные козлы горизонтально, и я остановился.

— Начнём?

— Рано ещё!

Скай поднял голову.

— Сначала нужно стесать одну сторону. Выровнять. Если этого не сделать, то пила пойдёт криво. От кривых досок толку нет.

Работа была монотонной, но по-своему приятной. Топор ложился ровно, щепки летели в стороны, бревно медленно теряло округлость и приобретало плоскость.

Потом я натянул шнур с