История Казани. От эпохи волжских булгар до 1847 года - Николай Кириллович Баженов

завлекшего их далее, но потом, окруженные со всех сторон, были разбиты наголову. Израненный великий князь Василий взят в плен вместе с князем Михаилом Верейским и многими боярами, а снятые с великого князя золотые кресты посланы были к матери и супруге его в Москву, где воцарился ужас, потому что плен российского государя – дело небывалое. Впрочем, через несколько времени знаменитые пленники были освобождены.

Между тем как Махмет с детьми был в России, Казанским царством завладел Либей, князь Булгарский, но только ненадолго. Махмет отразил внутреннего врага, сначала скрывшегося, но впоследствии лишенного жизни Мамотяком, обагренным потом кровью отца и брата. Недолго просияла над Казанью звезда Махмета. Он и младший сын его Юсуп за любовь его отцом были зарезаны, а Мамотяк вступил на престол казанский. Чтобы судить о свойствах этого государя, довольно его поступков. Отношения Мамотяка к России не были миролюбивы. Едва только он принял бразды правления, как 700 человек татар осадили Устюг (1451), взяли с него окуп, но потонули в р. Ветлуге. После этого казанские татары вступили в муромские и владимирские владения, но были отражены сыном великого князя, отроком Иоанном.

Преемником ненавистного Мамотяка был Халиф-хан, но скоро явился новый соискатель казанского престола – Ибрагим-хан, пасынок царевича волжских улусов Касима, сына Уллу-Махмета. Он взошел на престол казанский в 1467 году.

Ибрагим не отвечал духу казанцев, и вельможи имели тайные сношения с Касимом, жившим в российском городе на берегу Оки. Он дан был ему в удел Василием Темным за верную службу и известен ныне под именем Касимова (Рязанской губернии).

Касим, соревнуя низвержению Ибрагима, обратился к Иоанну III. Иоанн Васильевич, замышлявший успокоить от вредных соседей восточные границы, двинул к Казани войско под начальством князей Патрикеева и Стриги-Оболенского. Касим, путеводительствуя русским, думал внезапно явиться под стенами Казани, но уже полчища Ибрагима стояли на берегу Волги, и русские обратились назад.

Встреча Касима и Ибрагима у Волги. Лицевой летописный свод

Казанцы узнали потом, что московская рать опустошает подвластные ей стороны черемисов, народа, обитавшего в глуши лесов на водах Ветлуги, Усты и Камы (1468–1469). Русские пробрались туда среди зимы, по глубоким снегам. Тогда в жилище дикарей россияне, предводительствуемые князем Семеном Романовичем, явили себя людьми самыми жестокосердными. Они опустошали земли огнем и мечом, скользившим по головам народа, без разбора пола и лет, кроме тех, которые предназначены были для плена, а скот, хлеб и все, что только не составляло предметов добычи, истреблялось огнем. Русские, воцарившие с пришествием своим к черемисам ужас, едва через их владения не дошли до Казани; но, довольные добычами и истреблением, почти без сопротивления им возвратились в Россию. Партии же казанцев грабили костромскую и муромскую стороны, но, разбитые Оболенским и Холмским, они бежали из России, а нижегородцы отплатили им опустошением на берегах Волги. Сам Иоанн вел на Казань рать, но, по обстоятельствам отложив это намерение, он тогда же отправил отряд в Кичменьгу, где татары грабили и жгли наши селения.

Казанская сторона потерпела опустошение от русских зимою, но с открытием весны снова отправилась к ней сильная рать, под предводительством Руно Московского и князя Ивана Звенца Устюжского. Русские, соединившись под Котельничем, вступили в Черемисскую землю. Они прошли до Камы, Тамлуги, Татарского Перевоза, а оттуда опять обратились к Каме, где добычею их были купеческие суда, и потом прошли к Белой Воложде. Россияне следы свои ознаменовали новыми истреблениями, убийством и по пути разбили небольшой татарский отряд, с чем и возвратились в Россию. Кроме этого нашествия, нижегородский воевода Ряполовский, командуя московскою дружиною, на Волге истребил отряд царских телохранителей и взял в плен татарского князя Хюзем-Бердея. Казанцы, в свою очередь, вошли в пределы Вятки, признавшей над собою их владычество. Победа эта могла быть легка еще и потому, что Вятка, бывшая в виде республики, покорена московским князем силою оружия и не имела расположения к государям, что скоро и обнаружилось.

Умер царевич Касим, и жена его (мать Ибрагима) отправилась в Казань, с тем чтобы склонить сына к преданности России. Между тем Иоанн, питая замыслы смирить Казань, не полагался на обещание матери Ибрагима, но приготовлял рать, и в мае 1469 г. она принеслась под Казань по Волге. Руно был предводителем войска. Он, отвергнув совет не подходить к Казани, явился под стенами ее. Прежде нежели заголубел восток рассветом, рать вышла из судов; но, едва только зарумянела заря утра, русские были уже в казанских предместьях. Они запылали в разных концах, и неприятельские мечи застали казанцев, объятых еще сном. Можно ли было ожидать пощады от русских, так долго не щадимых, но озлобленных татарами, притом нехристианами, оскорблявшими русскую святыню. Засверкали очи мщения, ужас царствовал, и кровь лилась! Русские легко бы могли ворваться в город, но они, ограничившись истреблением разграбленных предместий, с богатою добычею отступили к Коровничьему острогу, где целую неделю бездействовали, почему Руно и подвергнулся подозрениям, что он взял окуп с царя казанского. Тогда были освобождены все русские и литовские пленники.

Вследствие этого Ибрагим соединял разноплеменное воинство зависящих от него народов. Уже на пепелище предместий сошлась огромная рать полков камских, сыплинских, костяцких, беловежских, вотяцких и башкирских, а, кроме того, царь отправил посольство в Вятку, склоняя ее на свою сторону. Весть об этом достигла в Россию с бежавшими пленными, и приняты были меры для предупреждения намерения Ибрагима. Чтобы удержать натиски неприятеля из Казани, русские суда отправились Волгою до Ирихова острова, а часть войска заняла берег. Казанцы выступили из города, выплыли их суда и завязался бой, окончившийся победою русских над татарами. Прибывший к войску воевода Константин Беззубцев отправил главную рать к Нижнему, а в Вятку отослал повеление, чтобы дружины их были готовы идти под Казань, куда пошел с боярскими детьми и устюжанами князь Даниил Ярославский. Вместе с тем Сабуров отправил вологжан рекою Вяткою до г. Вятки, а с ними повеление – приготовить под начальство Сабурова дружины для соединения под Казанью с отправленным туда войском, но случилось иначе. Вятчане, желая быть верными слову, данному Ибрагиму, отказались от похода с тем, что не пойдут ни на Казань, ни за Казань. Казанский посол, бывший тогда в Вятке, уведомил об этом Ибрагима, но Беззубцев, не дождавшись в назначенном месте вятчан, отступил к Нижнему. На дороге встретилась с ним мать Ибрагимова, уверявшая, что война прекратится, потому что Ибрагим исполнит все желания Иоанна. Уверенные ею воеводы были оплошны, а между тем плыли вооруженные казанские суда, и на противоположном берегу на глазах русских скакала татарская конница. Татары явились неожиданно, и завязался бой. Суда сцепились