Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

Афоня понял, что замышляют его случайные собутыльники чёрное. Но мысли ворочались в голове мельничными жерновами, лениво, неповоротливо.

– Чья бы корова мычала! – оборвал его Тащенко.

– Кака корова? Теляти безрогий! – заржал, облапив паренька, Бурдинский. Наклонился, густо обдавая Афоню спиртными парами:

– Сказали тебе, штоб в дверь стучал – бушь стучать! Это дело – политическое! – Бурдинский сделал страшные глаза и потряс грязным указательным пальцем.

Вскорости доехали до барака, где жил Аносов, гулко затопали по тёмному коридору.

Заметно протрезвевший со страху Ульзутуев начал громко стучать в первую попавшуюся дверь.

– Господи! Да кого это чёрт принёс?! – раздалось наконец из-за двери. Лязгнул крючок, на пороге показалась, кутаясь в большую вязаную шаль, простоволосая пожилая женщина. Из-под шали выднелась несвежая ночная рубашка до пят. Афоня только и знал про эту соседку Аносова, что она работала где-то уборщицей. – Чего вам надо?

– А где живёт Аносов? Аносов, говорю, где живёт?! – выкрикнул Ульзутуев, надеясь, что Аносова разбудит шум. – Эй, Петро, ты где?! В какую дверь-то стучать, а, тетка? Пе-е-ет-ро!! Открывай, дядя, боевой компании, ответ держать надобно! А-ау! Пе-е-ет-ро!

– Перепились! Бузотерить теперь среди ночи будете! – пронзительно завопила женщина. – Нет спокою честным людям накануне трудового дня! Да что же это такое! Пьянь чертова!..

– Цыть, баба! – визжал Тащенко, грудью вталкивая женщину в её комнатушку и пытаясь захлопнуть перед её носом дверь, чтоб не мешалась под ногами. Дальше по коридору где-то заплакал маленький ребёнок…

Аносов, к счастью, в это время не спал. Дневные волнения, сорвавшаяся встреча с Ленковым – сон прогнали. Лежал на кровати, читал книгу. Услышав пьяные голоса Бурдинского и Тащенко, вопли Афони, страшно его удивившие, потому как паренька в такой компашке он и предположить не мог, костерящую компашку соседку, Пётр Афанасьевич раздумывать не стал.

Тихо, но быстро оделся, осторожно растворил окно, выходящее в садик, потом, откинув крючок на двери в комнату, шустро перелез через подоконник и, как был – в тапочках, побежал в Госполитохрану, благо недалеко.

По сообщению Аносова о бандитском нападении на квартиру тут же примчались вооруженные сотрудники и арестовали троицу ночных гостей прямо в комнате Аносова.

С пьяными какой разговор – заперли в арестном помещении, дабы утром в попытке покушения разобраться со всей строгостью. Однако утром оказалось не до того.

2

В ночь на 19 мая в уголовный розыск поступило сообщение секретного сотрудника, наблюдавшего за домом Гроховского в Кузнечных рядах, что сюда под покровом темноты стекаются подозрительные личности.

Собственно, дом Гроховскому уже не принадлежал, да и сам бывший его хозяин парился на нарах в Читинской тюрьме. Цыган Игнат Гроховский был известен уголовному розыску с 1918 года. Тогда, в сентябре, он привлекался за ограбление сторожа на свалочном месте. Но долго старый уголовник в тюремной камере не просидел – она, как и десятки других острожных помещений, потребовалась семёновским властям для размещения политических преступников.

Гроховского по постановлению мирового судьи 4-го участка Читы передали милиции под надзор. А 13 марта двадцать второго года, по обвинению в укрывательстве преступников (по делу об убийстве путевого обходчика Лосицкого) Игната Гроховского арестовали – после неудачной операции угрозыска в доме портного Тараева – и одним постановлением начальника угро, вместе с горе-портным и Василием Попиковым, препроводили в тюрьму.

К тому времени Гроховский успел продать дом своему квартиранту Киргинцеву. Но так как продал его в рассрочку, – считал своим, дескать, пока Мишка Киргинцев не расплатится полностью. Старуха Гроховская оставалась в доме бдительным оком. Мишка же обещал расплатиться к концу года. Гроховским в это хотелось верить, но смущала Мишкина репутация, – личностью тот был довольно сомнительной. Что привело Киргинцева, жителя села Карповки Титовской станицы, в город, трудно сказать. Но он уже давненько осел со своей женой Александрой в доме, теперь уже почти принадлежавшем ему. Вот даже на покупку дома часть денег нашёл.

Здесь же продолжала снимать угол и Елена Заборовская, вдова тридцати одного года из Акши.

А буквально накануне ареста Игната Гроховского сюда перебралась и его сестра – Ленка «Безносая», со своим сожителем Мишкой Самойловым. Любопытная Заборовская ни разу не застала, чтобы Мишка с Ленкой в их комнате миловались. А вдовице очень интересно это подглядеть, потому как Мишка – парень видный, симпатичный, хоть и с недобрым взглядом, ну а Ленка Гроховская – страхолюдина, с провалившимся от ветреной болезни носом, старше своего сожителя, при двух чернявых детях. Правда, Заборовская пару раз наблюдала, как Ленка с Мишкой порой и посреди дня лезут на чердак, а то и ночуют там или на вышке, над сараем.

Была вдовушка и невольной свидетельницей постоянных шушуканий новоиспечённого домовладельца Киргинцева с его наглым тёзкой, Ленкиным сожителем.

О, это были два сапога – пара!

Двадцатипятилетний Киргинцев прямо-таки шагу не мог ступить без Самойлова, который был на четыре года его младше, но явно верховодил.

Поздними вечерами какие-то люди приходили к ним, потом оба Мишки исчезали заполночь, могли и на несколько дней пропасть. Одно время Киргинцев имел трудовое заделье – нанялся готовить сосновую дранку, но вскоре забросил эту тягомотину. Самойлов же, после того, как был уволен из милиции, вообще никакой работой не занимался.

Дмитрий Иванович Фоменко и его помощник Михаил Баташёв все эти дни и ночи после убийства Анохина и Крылова буквально поселились на службе, мобилизовав на поимку главаря шайки и оставшихся на свободе бандитов все, в том числе и негласные силы. Напряжение начальника угрозыска передавалось всем подчинённым – сотрудники буквально валились с ног от постоянных выездов, дежурств, задержаний, обысков, опросов, хронического недосыпания.

В эту майскую ночь в бывшем особняке Берковича на Енисейской, где размещался угрозыск, шла дальнейшая отработка агентурных данных и новых сведений о ленковской шайке, всплывающих на допросах арестованных. Фоменко и Баташёв обмозговывали новые агентурные подходы к Ленкову.

Уже далеко заполночь дежурный доложил о поступившем сигнале от установленного на постоянной основе наблюдения за домом Гроховского-Киргинцева в Кузнечных рядах.

Не медля, Дмитрий Иванович позвонил в Госполитохрану. На проводе оказался знакомый ему сотрудник – Лавров. Он как раз опрашивал в своём кабинете Аносова, по факту только что совершённого на него покушения.

– Дмитрий Иванович, давайте к нам, тут как раз про Ленкова гутарим! Вы поглядите, что делается! Не рядовые, какие-нибудь тёмные, партизанские бойцы, а их командиры прямо-таки круговую поруку по защите этого бандита организовали. Хотели Аносова убить…

– Погоди, погоди, слушай! Подымай всех, кто у тебя есть. И хорошо бы с автомобилем решить. Дело вот такое вырисовывается…

Вскоре группа сотрудников угрозыска во главе с Фоменко прибыла