Красная земля. Египетские пустыни в эпоху Древнего царства - Максим Александрович Лебедев

сосуды являлись дарами или поставками (jnw) из «дома рудознатства»[1169], где могли находиться мастерские по производству каменных сосудов. Увы, но более этот институт, насколько мне известно, нигде не упоминается, а приведенные К.-Й. Зейфридом примеры надписей могут переводиться и иначе[1170].

От Древнего царства есть несколько источников, сообщающих о возвращении в Египет экспедиционных отрядов. Среди рельефов дороги между долинным и припирамидным храмами Сахура в Абусире древние мастера запечатлели торжественное возвращение на судах египетской экспедиции из страны Пунт[1171]. Прибытию радуются и египтяне, и жители Пунта, включая женщин и детей, приплывшие с отрядом. Мы знаем, что экспедиция привезла чужеземцев, павианов и благовонные деревья, которые изображены на рельефе, а также, возможно, благовония, электрум и малахит, упоминающиеся в «Палермской летописи»[1172]. Участников экспедиции пригласили на торжественный пир в присутствии царя[1173], а руководство отряда сверх того наградили украшениями[1174]. О таких же почестях сообщает начальник многих экспедиций в Левант Ини, живший при VI династии и успевший послужить сразу нескольким правителям. Он доставлял в Египет лазурит, олово, серебро, масла и другие экзотические ценности, а также азиатов и азиаток. За это в качестве наград чиновник получил новые титулы, обед в присутствии царя и золото[1175]. Везший с юга экзотические предметы Хорхуиеф пунктом своего назначения называл царскую резиденцию на севере[1176]. Туда же Пепинехет (Хекаиб) доставлял нубийских пленников[1177]. Сабни I описывает вырученные его отцом экзотические ценности как собственность резиденции и сообщает, что прибыл с ними в Мемфис. За свои труды по вызволению тела умершего в ходе экспедиции в Нубию отца и его каравана Сабни получил от царя – видимо, там же, в резиденции – различные предметы престижного потребления (благовония, масло, шкатулку из особого дерева, льняное полотно), пищу, золото и землю[1178]. Из резиденции происходили и вещи, выданные впоследствии для погребения самого Сабни[1179]. В Первый переходный период еще один администратор с Элефантины по имени Сетика собрал дань с южных земель в виде благовоний, эбенового дерева и экзотичных животных, отправил ее в Гераклеополь, а в награду получил из резиденции золото, медь и гроб[1180]. Увы, эти источники не сообщают ничего о том, в какие конкретные подразделения (департаменты) резиденции поступали плоды экспедиций.

Археологические свидетельства тоже пока достаточно скромны. Склады для добытых за пределами Нильской долины материалов, похоже, были найдены рядом с пирсом в Вади эль-Джарф[1181], а также, возможно, в Гизе к западу от пирамиды Хафра[1182]. Увы, нам неизвестно, как называли конкретно эти комплексы сами египтяне. При раскопках складских помещений конца Древнего царства во дворце местных правители в Айн Асиле (оазис Дахла) было найдено несколько оттисков печатей с упоминанием сокровищницы (pr-ḥḏ)[1183], однако они могли быть сорваны с контейнеров, доставленных из какого-то другого места, в том числе из резиденции близ Мемфиса. Крайне интересны находки последних лет, сделанные в Эдфу[1184]. Там при раскопках застройки Древнего царства на слое нильского песка были обнаружены два больших здания, составлявших некогда части единого комплекса, обнесенного общей стеной. Поскольку фундаменты зданий стояли прямо на чистом слое, который в археологии принято называть материком, им не предшествовало никаких других конструкций. Они были выстроены при V династии под вполне конкретные задачи.

Вблизи двух крупных зданий находилось производство еды (хлеба и, возможно, пива) и осуществлялась выплавка меди, о которой свидетельствовали остатки малахита, измельченный шлак, обломки тиглей и капли застывшей меди. В 2017 г. во дворе к востоку от южного большого здания были найдены остатки складских помещений, руины житницы и мусорная яма со множеством обломков глиняных оттисков печатей, которые, судя по следам на глине, были сорваны при вскрытии папирусных свитков, сосудов, деревянных коробок, корзин и мешков. На некоторых из них сохранились хорошо читаемые упоминания «рудознатцев» – традиционных участников экспедиций за металлами и, возможно, поделочными камнями. В этом же комплексе обнаружились оттиски с именами царей Менкаухора, Ниусерра и Джедкара-Исеси, правивших в середине-второй половине V династии. Планировка зданий, их датировка и найденные там следы производств позволили авторам раскопок провести параллели с одновременными им административными зданиями и мастерскими на острове Элефантина. Они полагают, что смогли частично раскопать комплекс, выстроенный для должностных лиц из царской резиденции, которые отвечали за организацию экспедиций в Восточную пустыню или обработку добытых материалов. Данный комплекс прекратил свое существование при VI династии, его территория превратилась в свалку, а в конце Древнего царства здесь появилась стихийная жилая застройка[1185].

Сохранившиеся от конца Древнего царства иммунитетные декреты помещают найденный в Эдфу комплекс в интересный контекст. Согласно указам Пепи II (декреты C и D) храм Мина в Коптосе освобождался от обычных сборов в пользу центральной администрации, представленной начальником Верхнего Египта, в виде золота, меди и, возможно, украшений[1186]. Должность начальника Верхнего Египта была создана во второй половине V династии. Несмотря на то что положение этих чиновников было очень почетным и титул нередко принадлежал визирям[1187], степень их ответственности и роль в управлении Верхним Египтом еще не до конца ясна[1188]. Вероятной причиной создания должности было стремление царской администрации получить дополнительный контроль над южными элитами. При VI династии начальники Верхнего Египта участвовали в организации добычи материалов для царя, в частности, отвечали за доставку камня из Нубии, Вади Хаммамат, Асуана и Хатнуба[1189]. Декреты Пепи II говорят о том, что в его время такие чиновники отвечали также за сбор металлов и изделий из них, причем в Нильской долине. Получается, что хозяйство храма бога Мина в Коптосе, находившегося в центре контактной зоны, куда должны были стекаться ценности и материалы из Вади Хаммамат и прилегающих долин, имело возможность получать импортные металлы по не связанным с государством каналам. Не исключено, что это даже входило в его обязанность, ведь если поставщиками выступали регулярно прикочевывавшие к долине группы скотоводов, то храмовому хозяйству было, что предложить им в обмен на ценные ресурсы – продукты земледелия, ткани, изделия ремесленников. Можно ожидать, что такая же практика существовала и в других контактных зонах, где, как и в Эдфу, располагались важные экспедиционные центры.

Напомню, что в правление Пепи II могла наблюдаться редкая климатическая картина: нильские паводки снижались, а количество зимних дождей увеличивалось. Теоретически это должно было подстегнуть контакты египетского центра с пустынной периферией, осуществлявшиеся без участия государства, и вызвать некоторое увеличение поставок в Египет минерального сырья. Если получать дополнительные ресурсы из пустынь могли