Тайна королевской печати - Алёна Мирьянич

Уленок. Но что, если ты порадуешь маму и хотя бы примеришь вот это? – Мама состроила умильную гримасу и протянула мне просто жуткое платье в горошек.

– Хм, ты же знаешь, что мы с Каей то на велосипедах, то на сапе, а то и в горы ходим. Давай платья подождут до осени? Купим к школе.

– А сейчас?

– Я бы не отказалась от широкой толстовки с капюшоном. Такие носит Кая.

– Да, словенцы вообще предпочитают спортивный стиль, не только твоя Кая. Молодежь только в таких и ходит. Вот комплекты с шортами. Выбирай. – Мама лукаво улыбнулась. – Черный и серый нельзя.

На полке красовались комплекты всех цветов радуги. Мама подсовывала мне ярко-розовый, но я взяла белый.

– Можно? – нерешительно спросила я.

– Конечно! Примеришь?

От примерки я отказалась наотрез. Вряд ли кофта на два размера больше окажется маловата.

Потом мама выбирала наряды себе, а мне еще купила джинсовую белую бейсболку. Вот это класс!

Потом папа забрал нас из магазина и спросил, где бы мы хотели погулять и перекусить. Не успев подумать, я выпалила:

– Вы еще не были на озерном острове. Там очень красиво и кафе есть.

– Прогулка на лодке! – Мама захлопала в ладоши.

Папе ничего не оставалось, как согласиться.

Так в субботу я опять оказалась на острове.

На всякий случай я надела новую бейсболку. Хотя, думаю, без Каи меня никто не узнает. У меня розовые волосы, а у Каи кудрявая шевелюра. Вдвоем нас легче запомнить. Наверное. Я бы нас, во всяком случае, запомнила. Или нет…

На острове мама громко ахала и охала, жалела, что не прихватила этюдник, и фотографировала нас с папой на каждом углу. Папа заинтересовался архитектурой старинной церкви. На табличке было написано, что церковь Успения Девы Марии была построена в пятнадцатом веке, множество раз перестраивалась и что-то там еще. Я не люблю эти исторические справки, а вот папа все читает.

Я зашла. В церкви царили тишина, прохлада и полумрак. Я принялась осматривать золотой алтарь, фрески, высокий свод.

Вдруг до меня донеслись голоса:

– Нет, сестра Ана, никакой полиции. Это такой скандал. На всю страну, нет, на всю епархию.

– Но, отец Янез, пропали исторические документы из архива.

– Пропали и сразу же нашлись, хотели вы сказать? Я сам обнаружил документы на кафедре в четверг.

– И как же они попали туда из архива? Ключ всегда находится при вас. Возможно, вы сами их туда и положили?

– Ах, сестра Ана. Я и сам ни в чем уже не уверен. Я стар и болен. Прошу вас, давайте забудем об этом недоразумении. Да хранит нас Господь от скандалов и полиции.

– Отец Янез, мне тревожно.

– Помолимся вместе, сестра Ана, и да поможет нам Господь.

Из боковой двери вышли высокая, худая как палка монахиня и старый сгорбленный священник. Увидев меня, оба замерли в нерешительности. Я же громко поздоровалась по-английски.

Было видно, как они выдохнули и приветливо помахали в ответ. В это же мгновение в церкви появился папа. Подошел ко мне и начал пересказывать историю церкви. Его русская речь окончательно успокоила священника, и он скрылся за той же дверью, откуда появился. Но я папу не слушала. Мне было нужно обдумать подслушанный разговор. Старинные документы пропали из архива и вновь нашлись. Здесь, на острове. Подозрительно. Связано ли это со старинной печатью? На острове явно происходят подозрительные вещи. Но ни одной реальной зацепки у нас нет. Хоть бы Урше удалось перехватить записку Гондольера. Или ответ его сообщника.

Глава 9

Мы с папой вышли из церкви и отправились искать маму. Обнаружили ее в винной лавке, где продавались еще и сувениры. Мама собирала коллекцию открыток. Но не с фотографиями, а рисованных, и как раз обнаружила новые экземпляры для коллекции.

Продавец в лавке – молодой кудрявый парень – говорил по-английски с сильным итальянским акцентом. Папа уточнил:

– Вы же не словенец?

– Как сказать, – рассмеялся парень. – Я итальянец, приехал из Сиены, но вот мой прадед был словенцем.

– Как интересно! – восхитилась мама. – Вы приехали, чтобы поискать корни своей семьи?

– Нет, чтобы торговать вином, – еще шире улыбнулся парень. – Словенские вина плохо продаются, и хозяин лавки решил расширить линейку товаров. Мой брат выращивает виноград лучших сортов. Не желаете ли купить бутылочку его вина?

– Нет, но я хочу купить вот эти открытки. – Мама протянула продавцу отобранные карточки.

Итальянец взял открытки и деньги, защелкал кассовым аппаратом и продолжал болтать:

– Я говорю хозяину: открой магазин сувениров. Туристы, – он показал на нас, – хотят сувениры, не хотят вино. Но он упрямый, он говорит: мой дед держал винную лавку, мой отец держал винную лавку, я буду держать винную лавку. Прошу, синьора. – Он галантно протянул пакетик с открытками маме. – А это для тебя, бамбина[5]. – И дал мне леденец.

Мы тепло простились с болтливым продавцом и отправились домой. И так порядком задержались на острове.

Вечером ко мне пришла Урша:

– Привет, я с новостями.

У меня загорелись глаза:

– Ты обнаружила записку?

– Не совсем так.

– Пойдем скорее в мою комнату!

Пока мы поднимались на второй этаж, я чувствовала, как мое сердце бешено колотится. Неужели наш шпион раздобыл информацию для расследования?

Наконец Урша устроилась в моем кресле, а я – на ковре.

– Мне жаль тебя расстраивать, но ничего подозрительного в записках нет. У вашего плетнера роман с Марией, официанткой.

Я вскочила на ноги:

– Роман? И они обмениваются дурацкими любовными записочками?

– Ну да, – пожала плечами Урша.

– Да что с ними не так? Почему он ей не позвонит? Не напишет СМС? Они в курсе, что на острове из стародавнего только церковь? Современными технологиями можно пользоваться и там!

– Понимаешь, у нас в кафе строгие правила. Телефоны запрещены. Вот эти голубки и придумали способ обмениваться сообщениями.

Я была страшно разочарована. След оборвался.

– Откуда ты узнала о романе?

– Мария мне все уши прожужжала про своего драгоценного Петера. – Урша закатила глаза.

– Ну вот, расследование опять зашло в тупик. Хотя, знаешь, сегодня на острове мне удалось подслушать кое-что интересное.

И я рассказала об исчезнувших из архива старинных документах.

– Надо же, пропали и нашлись… – задумчиво повторила Урша. – А может, их украли, а потом подкинули?

– Я думала об этом, – закивала я. – Но кто и зачем?

– Попробую разузнать что-то на острове. Может, мой шеф Кле'мен или Мария что-то слышали… или Джузеппе.