Посланник небес - Владимир Андреевич Жариков

– Неправда. Ты так говоришь потому, что не любишь его.

– Зато ты от него без ума.

– Ах, я для него пустое место, он меня просто не замечает… О господи, как мне плохо!

– Да, милая, не нужно так сильно влюбляться.

– Я не об этом…

Олуэн поднялась с койки и, качаясь, отошла в угол. Там она склонилась над ведром, её снова тошнило. Мэри брезгливо отвернулась к стене и уткнулась в свою книгу.

Постепенно циклон удалялся, ветер ослабевал, кончился дождь, да и качка потихоньку начинала утихать. Преследующее «Кассиопею» судно всё это время то показывалось где-то вдали, то снова пропадало. Иногда оно, словно призрак, возникало чуть ли не в нескольких кабельтовых за кормой. Суеверные матросы уже стали поговаривать о «Летучем голландце», эту мысль довольно усердно муссировал и падкий до предрассудков Мэтью.

Глава 5

Шторм прекратился лишь к утру на четвёртые сутки. Резко стих ветер, а через некоторое время успокоились волны. Над океаном поднялся густой белый туман. Матросы зажгли ходовые огни. Каждые пять минут тревожно звонил судовой колокол. Хотя шторм и кончился, но аврал продолжался – буря прибавила хлопот команде. В трюмах было полно воды, сломана верхняя стеньга грот-мачты, не хватало трёх парусов.

– Лечь в дрейф! – отдал приказ Гриффитс. – Все к помпам! И на починку рангоута! Погасить топ-огни! Эй, на рынде, кончай трезвонить!

– Господин капитан, – удивился случайно оказавшийся рядом боцман МакКейн. – Что вы, сэр! В таком тумане! А ну как врежется кто с ходу?

– За нами четвёртый день гонится английское военное судно! Ты что, не помнишь, болван?! Нас могут обнаружить! Или на виселицу захотел?

– Так, может, пойдём на всех парусах? – на палубе появился Оскар Холлис.

– Нет, нельзя. Проклятый туман, не видно ни черта! Вдруг наскочим на риф? Или сами протараним какую-нибудь галошу?

– Да и чёрт бы с ней!

– С ней-то чёрт, а с нами кто? Архангел Гавриил? Эй, боцман! Почему матросы без дела слоняются по палубе?! Немедленно восстановить паруса, потерянные во время шторма! Почему до сих пор этого не сделали, черти вас раздери! Почему стеньга не восстановлена?!

В действительности же гнев капитана был необоснован. Без дела никто не слонялся, все, кроме пассажиров, были заняты ликвидацией урона, нанесённого кораблю стихией. Десять марсовых матросов занимались ремонтом мачты, остальные подшивали паруса, чинили такелаж и откачивали воду из трюмов.

К полудню туман рассеялся. И стало видно, что преследующая «Кассиопею» английская шхуна находится не далее как в четырёх кабельтовых позади.

– Подкрались, скоты! – произнеся эту фразу, Гриффитс добавил к ней грубое матросское ругательство.

– Да, на самом деле военный корабль, – констатировал Мэтью. – Пронюхали, что мы испанца потопили, и решили нас наказать. Ведь нападать на испанские корабли сейчас не приветствуется, союзники всё-таки…

– Быть может, это английский капер? – предположил Уолтерс. – Но ведь и над нами тоже английский флаг, почему они нас преследуют?

– Отбиваться будем? Или договоримся? – скорее не спрашивал, а размышлял вслух Холлис.

– А ну их к чёрту! Нас не догонят! – Гриффитс пулей взбежал на квартердек и заорал в рупор: – Эй, висельники! Все паруса ставим! Живо! Боцман! Ремонт закончен?!

– Сэр! Ещё нет, сэр! – отозвался МакКейн. – Грот-брамсель и крюйс-марсель не готовы, сэр!

– Моржовый ус тебе в зад! И кишки кальмара туда же! Делайте быстрее, скоты, пока на вас пеньковые галстуки не затянули!

Отсутствие двух парусов не позволяло идти максимально полным ходом. На завершение ремонта потребовался ещё час, за это время преследователи сократили разрыв до расстояния пушечной стрельбы прямой наводкой. Несколько ядер, выпущенных из носовых орудий, плюхнулись за кормой «Кассиопеи», одно зацепило борт, но не причинило повреждений.

– Поменяли флаг, – заметил Уолтерс. – Чёрный флаг подняли. С черепушкой, кинжалом и пистолетом. Это что ж получается – наши собратья-пираты?! Сволочи, по своим лупят!

– У них тридцать две пушки, – доложил подбежавший старший канонир. – А команда, похоже, большая.

– А, плевать на всё! Ядрами заряжай! Принимаем бой! – скомандовал Гриффитс.

«Кассиопея» резко развернулась лагом к ветру и выстрелила очередью из десяти орудий с одного борта. После этой канонады на шхуне противника упала фок-мачта.

– Ну и всё, – с удовлетворённой улыбкой произнёс Гриффитс. – Теперь спокойно, с достоинством уходим. Поворот на бакштаг!

Правда, пока фрегат выполнял манёвр и снова ложился на прежний курс, со шхуны вдогонку ответили залпом из нескольких пушек. Одно ядро пробило обшивку борта чуть выше ватерлинии. Капитан Гриффитс лично спустился в трюм проверить, есть ли течь. Дыра оказалась между шпангоутами, но такого размера, что в неё свободно пролезла бы голова ребёнка. И хотя течь появлялась только при кренах на правый борт, она, вполне вероятно, могла возникать и при лёгком волнении. Гриффитс велел перенести как можно больше груза на левый борт, чтобы создать крен от повреждённого места. Явился корабельный плотник. Осмотрев пробоину, он заявил, что через полчаса ни одна собака не узнает, что когда-то здесь была дыра.

Когда аврал на судне, наконец, завершился, свободные от вахты матросы, дымя трубками, отдыхали на полубаке.

– Что я ему, мальчишка?! – возмущался боцман МакКейн, прозванный в команде Акулий Зуб. – Когда шквал налетел, говорил ему, надо было грот-брамсель убрать. Тогда бы и стеньгу не сломало.

– Да ладно тебе, Акулий Зуб, – успокаивал его старший канонир Сэм Уоткинс. – Капитан всегда прав, на то он и капитан. Начальство, всё ж таки.

– Начальство, – повторил боцман. – Что-то темнят они, начальство. Скрывают от нас чего-то. В ту ночь, когда испанского купца потопили, собрались они в каюте у лорда. Корыто зачем-то взяли. И сито. Может, золотой песок они у испанца нашли? А нам не говорят. И ещё негров утопили! А ведь за каждого можно было бы выручить по десять фунтов стерлингов.

– Да ладно тебе, Джон! Незаконная продажа рабов –