Дорога к Алтаю - Алексей Крайнов

«Так что же, родник в Улус-Черге, обеспечивающий нашу деревенскую жизнь, тоже, получается, ленты заслуживает?» – прикинул я про себя. Если подумать, без этого источника жизнь семьи Карташёвых, да и моя тоже, была бы совсем другой.

Инча разбиралась в теме и с удовольствием просвещала интересующихся:

– Мы скоро на Чике-Таман поднимемся, другой большой перевал, весь в серпантине, – так на нём ещё больше таких деревьев с лентами. И смотрите внимательно: у подножия гор встречаются пирамидки из камней. Их строят в начале лета и осенью на возвышенностях, камни эти считаются местом общения с духами.

Во второй половине дня, часам к трём, мы успели рассмотреть Чибит и Акташ с опоясывающей их бурлящей Чуей. Остановившись на привал в придорожной закусочной, мы обнаружили, что проделали уже две трети от планового дневного маршрута. Вроде идём в графике!

Мы расселись за тремя сдвинутыми столами. Инча, заботливый наш гид, поинтересовалась:

– Ну что, дорогие алтайчане (так в шутку она называла в нашей компании гостей Алтая), как вам поездка, какие ощущения?

– Расстояния и масштабы поражают: планета чувствуется! – начал Стат, поедая манты и запивая их смородиновым компотом. – Я раньше только на юга ездил на машине, так далеко не забирался. А тут ещё и в горы! И без поломок, тьфу-тьфу! Короче, я под впечатлением – и от Алтая, и от себя.

Даша делилась своими впечатлениями:

– Я от полей маральника в восторге! Собрала букет. – Она поднесла к лицу несколько цветков с тонкими розово-фиолетовыми лепестками, посмотрела на меня и зажмурилась. – Пахнет как вино!

Нужно сказать, цветущие поля рододендрона по склонам этого перевала в самом деле удивляли своей красотой! Краткий момент: не более недели это чудо света доступно наблюдателям, и вот везение – мы попали прямо на него!

– А мне про ленты и духов тема понравилась, – заявила Маша. – На верхушке Чике-Тамана я свою ленту на сосне повязала, прямо из банданы сделала! Желание загадала, отгадайте, какое! – Маша игриво посмотрела на Берта.

Синяя бандана и вправду исчезла с её головы.

Инна посмотрела на Машу, на Берта, произнесла, чуть понизив голос:

– Вообще, это традиции коренных алтайцев. Да и нам, к слову, определённым правилам следовать нужно. Люди, бывает, просто так, в подражание ленты вяжут и пирамиды ставят – но имейте в виду, духи гор всё видят!

Инча выдержала паузу, улыбнулась, оглядела команду.

– Ну что, пара фоток – и выдвигаемся?

* * *

Дорожный указатель «Кош-Агачский район».

На входе в долину тракт вытянулся параллельно Чуе – мы видели её из окон по правую руку. Даже на ходу было ясно, что скорость течения этой речки нешуточная – искупаться здесь, особенно в начале мая, было бы настоящим экстримом. Берега реки поросли ивами, за руслом вздымались горы, покрытые лиственничным лесом.

Пространство, поначалу сдавленное двумя хребтами, понемногу раздвигалось и открывало необычный даже для Алтая захватывающий вид.

– Впереди моё любимое место – Курайская долина! – поделилась Яна.

От Курая веяло геологической древностью. Это место походило на точку слияния со Вселенной, на естественную машину времени, забрасывавшую в далёкое прошлое, насквозь продуваемое ветрами, гуляющими по этой территории миллионы лет.

Янка, знающая эти места, делилась со Статом, оборачивалась на меня и Вирта:

– Давным-давно здесь прорвалось ледниковое Курайско-Чуйское озеро – оно лежало выше долины. Гигантская масса воды с бешеной скоростью пронеслась по степи и навсегда изменила рельеф. Потоки выровняли дно и уложили его длинными барханами. Видите?

Она указывала вперёд, где котловину покрывали песчаные дюны высотой метров двадцать и длиной в сотни метров.

– Археологи откапывали тут скелеты древних рыб! – добавила она.

И вот на этих словах… Я вижу, как справа по дороге в холмистых зелёно-коричневых каменных волнах открывается просвет, а дальше в нём – равнина! Зелёная, прямая, уходящая к горизонту!

За равниной зияет обрыв, пропасть! И дальше, через километры, – невероятная гряда величественных снежных гор – тех, что мы видели недавно, съезжая с перевала.

Только здесь они были ближе, крупнее, ярче!

Я смотрел зачарованно, не веря своим глазам. Словно здесь, недалеко от нас, раскинулась райская долина, в которую бог Инчи и Янки вложил всю свою земную мощь, силу и умение!

– Стат, притормози! – кричу я и трясу водителя за плечо. – Смотри, что происходит!

«Рено» тормозит. За нами останавливается бертовская восьмёрка.

Мы выходим из машин…

Прохлада, движение свежего горного воздуха. И тишина! Ни одной попутки или встречной машины. Никого, кроме нас, каким-то чудом собравшихся здесь, у входа в эту грандиозную природную инсталляцию!

Возможно, мы остановились бы на этом, сделали пару снимков и поехали дальше, но сама природа толкала, подвигала нас выйти за рамки, сотворить что-то сумасшедшее!

Стат пешком спустился с обочины, прошёлся по краю равнины, потопал кроссовками по земле. Поверхность без рытвин и провалов – жёлтые травяные кочки и подёрнутая молодой зеленью земля.

– Так, дайте я кое-что попробую… – И он садится за руль.

Мы за ним – в машину!

Бертыч и его состав наблюдают.

«Рено» медленно, аккуратно выруливает с обочины на равнину, отъезжает на десяток метров, выправляет корпус машины в сторону гор. Стат приоткрывает дверь и кричит, перебивая порывы ветра:

– Ну что, народ, едем?

Две наших машины, жестяные коробчонки, созданные для асфальта, вдруг оказались в сердце степи. Они мчались по грубой сырой земле, набирая за шестьдесят, словно мечтали об этом всю свою железную жизнь!

Открыв окна, щурясь и задыхаясь от задувающего ветра, я смотрел на несущегося в своей восьмёрке Берта, на отступающие в стороны редкие низкие деревья, на сливающуюся в сплошную зелёную полосу поверхность планеты, на медленно приближающийся край Вселенной… За ним необъятная пропасть переходила в безбрежную долину, за долиной вздымались из земли и придвигались к нам невероятные бело-ледяные горы.

Мы доехали до самого края, остановили машины и вышли на открывшийся простор.

Ветер! Ве-е-е-етер!

Боже, какой же там дул ветер! Нас сбивало с ног, словно мы были пылинки, сухие ветки, шишки с деревьев!

Натянув куртки, мы смотрели по сторонам и разглядывали друг друга: мы обновились, стали вдруг совершенно иными! Мы собирались в кучу, смеялись и кричали, обнимались, разбегались по одному и с кем получится… Останавливались и вглядывались вдаль, в сердце этой невероятной природной красоты!

Вирт и Стат превратились в рок-звёзд, позирующих для обложки альбома. Даша, смеясь, распахивала полы куртки, словно крылья, и фантастической птицей летала вокруг меня! Берт с Машей уединились на зелёном холме неподалёку, разглядывая открывающееся перед ними безбрежное пространство, грандиозную горную гряду и, возможно,