Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

недостаточен для иудеев – последовательных монотеистов – и рассматривался ими как вариант язычества. Именно это имел в виду Иосиф Флавий, когда подчеркивал, что хотя самаритяне и являются евреями, но они не иудеи. Чтобы защитить иудеев от «язычников», армия Маккавеев устраивала военные походы в Галилею и Гилад, а если угроза для жизни иудеев сохранялась, то забирала их обратно в Иудею. Очевидно, несмотря на миграцию иудеев туда, процесс иудаизации бывших израильтян шел медленно, и еще в середине II в. до н. э., когда шли Маккавейские войны, он был далек до завершения. Положение коренным образом изменилось после того, как Иудея добилась независимости от Селевкидского царства и приступила к отвоеванию территорий бывшего Израильского царства. Хасмонейские правители

требовали от населения всех новоприобретенных областей одного и того же: либо отказаться от язычества и принять иудейский монотеизм, либо покинуть земли монотеистической Иудеи. Хасмонейские цари, будучи одновременно и первосвященниками, не допускали никакого идолопоклонства в своей стране. Любые проявления колдовства или черной магии, столь характерные для язычников, наказывались смертью. Именно в период правления Хасмонеев (142 – 37 гг. до н. э.) происходит окончательная иудаизация Галилеи, Идумеи, Гилада, Голан и Иереи. Таким образом, евреи бывшего Израильского царства, а также родственные им народы стали иудеями. Послабления были сделаны только для самаритян, но и их храм на горе Геризим был разрушен как «языческий». Жители не только южной части страны, Иудеи и Идумеи, но ее севера – Галилеи и Голана, а также Гилада и Переи (Заиорданья) начинают идентифицировать себя в качестве иудеев. Понятие «иудей» становится как этническим, так и религиозным определением. Отныне все, кто исповедовал монотеизм, включая бывших израильтян, считали себя иудеями. Этноним «иври» (еврей) стал тождествен имени «йехуди» (иудей), которое, в свою очередь, означало веру в единого Господа и абсолютное неприятие идолопоклонства. Так имя одного из древнееврейских племен (Иехуда) стало названием не только всего народа и всей страны (Иудея), но и единственной тогда монотеистической религии (иудаизма).

Ситуация меняется с началом правления Иродиадов. Ни Ирод Великий (37–4 гг. до н. э.), ни его сын Архелай (4 г. до н. э. – 6 г. н. э.), ни его внук, иудейский царь Агриппа I (37–44 гг.), ни даже его правнук, иудейский царь Агриппа II (48–100 гг.), не требовали от своих подданных отказа от язычества и обязательного принятия иудейского монотеизма. Не требовали этого и другие Иродиады – тетрархи (четвертовластники) Антипа и Филипп. Под их властью находились не только области, населенные иудеями, но и вся Южная Сирия и горный Ливан, где было много неевреев, например итуреев и сирийцев-арамеев (арамейцев). Однако Иродиады, в отличие от Хасмонеев, никого не заставляли отказываться от своих языческих культов и принимать монотеизм. Эта династия была носителем преимущественно греко-римской культуры, и ее правление выражало интересы Римской империи. В отличие от Хасмонеев, Иродиады никогда не были первосвященниками и даже не претендовали на этот пост. Хотя при Иродиадах процесс иудаизации замедлился, он все равно не прекращался даже в периоды их власти. Лучшим примером этому является полная иудаизация района Голан в годы правления Ирода Великого. Зная неприязнь своего народа к себе, Ирод не доверял евреям Иудеи и старался опираться на иудеев диаспоры, которые были несравненно более лояльны к нему. Исходя из этого он пригласил из Вавилонии несколько тысяч еврейских семей и поселил их на свободных землях Голан и Южной Сирии – в Батании, Трахоне и Хауране, которые тоже принадлежали тогда Иудейскому царству. Эти поселенцы использовались им двояко: как искусные земледельцы и как надежный резерв для его армии. Пожалуй, никогда в своей истории Голаны так не процветали, как в период правления Ирода Великого. Именно в годы его власти произошла полная иудаизация Голан и отчасти всей Южной Сирии, хотя никто, в отличие от времен Хасмонеев, не принуждал местное население принимать иудейский монотеизм. Возможно, в иудаизации населения этих территорий сыграл свою роль сам факт наличия иудейской власти в течение многих лет. Ведь вся Южная Сирия и горный Ливан, не говоря уже о собственно Голанах, передавалась Римом в управление только потомкам Ирода Великого – Филиппу, Ироду II, иудейским царям Агриппе I и Агриппе II, а также Аристобулу V. Еврейский характер территории Голан и их населения был еще раз подтвержден в ходе Иудейской войны (66–73 гг. н. э.) – первого восстания евреев против римской власти в Иудее. Голаны, как и соседняя Галилея, оказали упорное сопротивление римской армии, возглавлявшейся тогда Веспасианом Флавием, будущим императором Римской империи. Особенно яростно сражались иудеи из города Гамла на Голанах. Как свидетельствовал Иосиф Флавий, непосредственный участник этой войны, в битве с ними римские легионеры понесли тяжелые потери, более того, сам Веспасиан лишь чудом не погиб. В дальнейшем еврейские защитники Гамлы, окруженные многократно превосходящими их силами римлян, предпочли покончить с собой, но не сдаться врагам.

Иудаизация населения на территориях бывшего Израильского царства проходила достаточно быстро только в том случае, если большинство жителей составляли потомки древнееврейских племен или родственных им западносемитских народов – ханаанеев, амореев или арамеев. Совсем иная картина наблюдалась в эллинистических городах Декаполиса в Заиорданье и средиземноморских портах Келесирии. Там задавали тон греко-македонская элита и многочисленные выходцы из Малой Азии, Кипра, Крита и островов Эгейского моря. Хотя иудейский царь Александр Яннай покорил все города Декаполиса, их жители в большинстве своем не приняли иудейский монотеизм и остались язычниками. То же самое можно сказать и о средиземноморских городах бывшей Филистии. Они еще раньше были завоеваны иудейскими правителями Симоном и его сыном Иохананом Гирканом, но, даже перейдя под власть Иудеи, остались эллинистическими. И это несмотря на наличие в этих городах больших еврейских общин. Вообще, чем значительней была греко-македонская элита в том или ином эллинистическом городе, тем упорнее он сопротивлялся иудаизации. В этом плане из всех средиземноморских портов самым враждебным для иудеев городом оказалась Птолемаида (Акко). Ее не раз штурмовал Александр Яннай, но захватить не смог. Хасмонеи не смогли подчинить ее силой, а Иродиады заполучить ее у римлян с помощью дипломатии.

Иудаизации избежала и Самария, представлявшая центральную часть Западного Ханаана. Эта область, являвшаяся историческим центром «дома Иосифа» и племенной территорией главного северного колена Эфраим, стала домом для нового народа – самаритян, которые считали себя потомками израильтян. Самаритяне изначально придерживались еврейского монотеизма, который, однако, существенно отличался от иудейского, куда более продвинутого и последовательного. Как бы то ни было, Хасмонеи не проводили там политики иудаизации, ограничившись лишь разрушением самаритянского храма на горе Геризим, соперника Иерусалимского храма.

Хасмонейская Иудея считала себя законным наследником обоих древнееврейских царств – Израильского и Иудейского, поэтому ее