Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

недоставало для того, чтобы он провозгласил по всей стране: каждый может грабить, где ему угодно, с тем только условием, чтобы вместе с ним делить добычу. Целые округа обезлюдели вследствие его алчности; многие покидали свои родовые жилища и бежали в чужие провинции» (Иуд. война II, 14, 1–2). Жалобы на Флора римскому наместнику в Сирии Цестию Галлу сильно встревожили прокуратора, и он, спасая себя от неминуемого возмездия, сделал все, чтобы спровоцировать иудейский народ на восстание против Рима. «В войне с иудеями, – писал Флавий, – он видел единственное средство для сокрытия своих беззаконий. Ибо пока существовал мир, он должен был быть всегда готовым к тому, что иудеи пожалуются на него императору. Но если ему удастся вызвать открытое восстание, тогда он мог надеяться большим злом отвлечь их от разоблачения меньшего» (Иуд. война II, 14, 3). Как непосредственный свидетель и участник тех событий, Флавий считал, что «Флор был тем, кто принудил нас начать войну с римлянами» (Иуд. древн. XX, 11, 1). Примечательно, что даже антиеврейски настроенный римский историк Тацит вынужден был признать, что «иудеи терпеливо сносили все, но, когда прокуратором стал Гессий Флор, их терпение окончательно истощилось и они подняли восстание» (Тацит. История V, 10, 1).

Еще одной хронической проблемой 40 – 60-х гг. были постоянные стычки между евреями и сирийцами в эллинистических городах Иудеи. Пришлое языческое население не хотело считаться с особенностями еврейского монотеизма и, пользуясь поддержкой римского гарнизона (он набирался в основном из тех же сирийцев Кесарии и Себастии), вело себя вызывающе в отношении хозяев страны – иудеев. Чаще всего конфликты между иудеями и эллинизированными сирийцами происходили в Кесарии, средиземноморском городе, где находилась резиденция римского прокуратора. Углублению конфликта между иудеями и язычниками способствовал и состав римских гарнизонов в Иудее. Как правило, легионеры в эти гарнизоны набирались не из далекой Италии, а из местных эллинизированных сирийцев, не имевших римского гражданства. Будучи арамейцами по происхождению, то есть западными семитами, они говорили фактически на одном и том же языке с иудеями и внешне не отличались от них. Однако, несмотря на этническую и языковую близость, два народа разделяла давняя вражда. И причина ее коренилась не в религии, хотя сирийцы были язычниками, а иудеи – монотеистами, а в истории. Взаимное недоверие было связано с многовековым конфликтом между Израилем и Дамасским арамейским царством. Те же самые сирийцы составляли основную часть и селевкидских армий, нападавших на Иудею в годы Маккавейских войн. Флавий подчеркивал, что еще Александр Яннай, иудейский царь, создавший самую большую армию из чужеземных наемников, «никогда не принимал на службу сирийцев, вследствие их врожденной национальной вражды к евреям» (Иуд. война I, 4, 3). Даже Ирод Великий, известный тем, что опирался преимущественно на иноземцев, опять-таки никогда не брал сирийцев. Но именно эти сирийцы составляли подавляющее большинство солдат в римских гарнизонах Иудеи. Пользуясь положением римских легионеров, сирийцы зачастую умышленно провоцировали иудейский народ на конфликты, особенно в праздничные дни, когда в Иерусалим стекались паломники со всех концов страны. Ситуация осложнялась еще тем, что значительная часть жителей так называемых эллинистических городов в Иудее, например Кесарии, состояла из тех же сирийцев. Когда в Кесарии происходили столкновения между иудейским и эллинистическим населением, то, как свидетельствует Флавий, хотя «богатством и мужественной силой иудеи превосходили своих врагов, за эллинами был тот перевес, что на их стороне были солдаты, так как большая часть квартировавшего в городе римского гарнизона состояла из сирийцев, которые всегда были готовы помочь своим соплеменникам» (Иуд. война II, 13, 7). В 66 г. эллинистическим жителям Кесарии удалось добиться от императора Нерона эдикта, который объявлял их фактическими хозяевами города. Это роковое решение Нерона подтолкнуло кесарийских язычников на провокацию в отношении евреев: они демонстративно принесли жертвоприношение своим идолам прямо перед дверью синагоги. Римский прокуратор Флор, малоазийский грек из города Клазомен, игнорировал возмущение иудеев и открыто поддержал близкое ему по духу и культуре эллинистическое население. Под предлогом того, что император нуждается в деньгах, он приказал забрать из сокровищницы Иерусалимского храма семнадцать талантов серебра (как выяснилось впоследствии, он их просто присвоил себе). Чтобы устрашить протестовавших иерусалимцев, он приказал своим солдатам разграбить несколько кварталов города и перебить всех их жителей, не щадя ни женщин, ни детей (Иуд. война II, 14, 9). Так Иерусалим оказался на пороге антиримского восстания. В этот момент в город спешно прибыл иудейский царь Агриппа II. В отличие от своего отца Агриппы I, он не имел власти над Иерусалимом и Иудеей, но понимал, к каким страшным последствиям может привести война с Римом. Он попытался убедить народ не поднимать оружия против этой непобедимой империи. «В то время, когда почти все народы под солнцем преклоняются перед оружием римлян, вы одни хотите вести с ними войну… Бесчисленные народы, воодушевленные еще большим стремлением к свободе, смиряются; одни только вы считаете стыдом быть подвластными тому, у ног которого лежит весь мир…» Он предостерег иерусалимцев, что «не стоит надеяться, что когда римляне победят вас, то будут милостиво властвовать над вами. Нет, они для устрашения других народов превратят в пепел священный город и сотрут с лица земли весь ваш род; ибо даже тот, который спасется бегством, нигде не найдет для себя убежища, так как все народы или подвластны римлянам, или боятся подпасть под их владычество» (Иуд. война II, 16, 4). Однако, когда царь стал побуждать иерусалимцев повиноваться Флору до тех пор, пока император не пришлет на его место преемника, это снова возмутило народ. Восставшие, которых повели за собой радикалы (зелоты и сикарии), отказались слушать царя, перебили римский гарнизон, сожгли дворцы иерусалимской знати и долговой архив, а затем нашли и убили первосвященника. Так началось Великое восстание евреев против Римской империи, или, как его называли римляне, Иудейская война.

Главные силы римской армии на Востоке стояли тогда на западном берегу Евфрата и предназначались для военных действий против Парфянской империи. Весть о восстании в Иудее заставила римского наместника в Сирии Цестия Галла повернуть все эти легионы против восставших евреев. На пути в Иудею он присоединил к своей армии отряды многочисленных вассалов, включая воинов Агриппы II. Однако, несмотря на столь внушительные силы, штурм Иерусалима в 66 г. закончился неудачно, поэтому Цестий Галл решил снять осаду с города и отойти на время в дружественную ему эллинистическую Кесарию. Восставшие иудеи следовали по пятам за отступавшей римской армией и каждый день вступали в ожесточенные сражения с легионерами и их союзниками. Наконец, в ущелье Бет-Хорон произошла решающая битва,