Практики для работы с комплексной травмой. Клинический подход в терапии негативного детского опыта и травмы развития - Брэд Каммер

передающихся половым путем, ожирения и хронических заболеваний. Учитывая комплексную травму, мы сможем более точно описать предсказуемые последствия травм отношения и развития для детей и взрослых.

Еще одно крайне важное отличие заключается в том, что диагноз КПТСР в первую очередь обращает внимание на проблемы с регуляцией эмоций. В рамках НАРМ нарушение аффективной регуляции воспринимается через призму психобиологических способностей. В соответствии с результатами современных исследований, в рамках подхода, признающего влияние травмы, учитывается, насколько травма влияет на нашу нейрофизиологию, что мешает человеку установить связь со своим «Я» и другими. Проблемы с саморегуляцией приводят многих клиентов к проблемам с пищевым поведением, сном, сексуальностью и импульсивностью. Кто-то сталкивается и с другими психобиологическими симптомами: депрессией, тревожностью и паникой, онемением и болью. Кроме того, многие клиенты испытывают трудности при общении с окружающим миром и сталкиваются с проблемами в отношениях и в профессиональной деятельности, а также с проблемами в отношениях с законом. Увидев весь спектр этих психобиологических симптомов и расстройств, мы начинаем осознавать, как неразрешенная комплексная травма влияет на все сферы нашей жизни. Диагноз КПТСР обеспечивает базу для более эффективного лечения, так как в нем рассматриваются не только сами симптомы, но и глубинные причины психобиологических нарушений.

Признавая диагноз КПТСР, мы обретаем возможность разрешить ряд проблем нашего общества. Получив более точный способ анализа проблем клиента, мы можем создавать более эффективные модели работы со многими нуждающимися в помощи людьми, семьями и сообществами. Вот лишь несколько областей, где возможно более широкое признание диагноза КПТСР:

• Инициировать масштабные исследования влияния неразрешенной травмы на мозг и тело человека.

• Обеспечить основу для понимания эмоциональных, поведенческих и физических заболеваний.

• Разработать более эффективные протоколы лечения с опорой на последствия нарушения развития нервной системы.

• Обеспечить раннее выявление возможных проблем и лечения для родителей, семей и сообществ.

• Интегрировать знания о травме в образовательные программы для детей и подростков.

• Эффективно обучить следующее поколение специалистов в области психического здоровья и других помогающих специалистов.

В конечном счете мы верим и надеемся, что признание диагноза КПТСР поможет нам распространить и эффективнее оказывать травма-информированную помощь во множестве областей.

Разница между ПТСР и КПТСР

Все эти диагнозы [DSM] игнорируют наиболее частую этиологию этих расстройств: раннюю травму и отсутствие надежной системы привязанности. Если мы признаем социальные реалии, которые лежат в основе [КПТСР], то сможем прекратить поиск загадочных биохимических или генетических причин, которые дают работу множеству исследовательских лабораторий, и перенаправить ресурсы на устройство системы здравоохранения таким образом, чтобы она занялась предотвращением и исцелением, создавая оптимальные условия для развития и процветания детей и подростков.

Доктор Бессел ван Дер Колк, «Политика психического здоровья» Psychotherapy Networker

После того как мы более сорока лет полагались исключительно на концепцию ПТСР, некоторым непросто принять новую концепцию КПТСР. Продолжаются дебаты о том, действительно ли есть потребность в создании нового диагноза. Когда комитет DSM отклонил диагноз расстройства травмы развития, они предположили, что симптомы травмы развития пересекаются с симптомами других расстройств: расстройств настроения, тревожных расстройств и расстройств личности. Есть специалисты в области психического здоровья, которые считают нужным проводить границу между шоковыми и комплексными травмами. Некоторые предполагают, что психотерапевтические подходы к ПТСР уже включают элементы работы с травмами отношений и эмоциональными травмами. Они задаются вопросом: почему эти различия так клинически важны? И что именно в этой области предлагает НАРМ – модель, специально разработанная для работы с комплексными травмами?

Разумеется, ПТСР и КПТСР пересекаются, но у них есть важные различия. Если мы будем их учитывать, то сможем разработать более эффективные вмешательства.

В целом шоковая травма (ПТСР) происходит как реакция на единичные события, у которых есть четкое начало и конец, которые зачастую случаются неожиданно, не вписываются в рамки обычной жизни и представляют непосредственную угрозу жизни. Под это описание подходят такие события, как автокатастрофы, нападения, в том числе с целью сексуального насилия, серьезные травмы, неожиданные потери, акты насилия в сообществах, терроризм и природные катастрофы.

Комплексные травмы (КПТСР) возникают в ответ на продолжительные и повторяющиеся события, у которых нет четкого начала или конца. Они являются частью повседневной жизни человека, происходят раз за разом, а также не всегда непосредственно угрожают здоровью. К ним относится большинство межличностных переживаний детей, описанных ранее в исследовании НДО, продолжительный опыт физического, эмоционального или сексуального насилия, пренебрежения, свидетельства домашнего насилия и злоупотребления психоактивными веществами. Такое подмножество сложных травм мы называем травмами развития. Помимо этого, комплексные травмы относятся к продолжительному системному влиянию травмы отношений, культурным и межпоколенческим травмам.

Комплексная травма может соседствовать с переживаниями шоковой травмы, и из-за этого бывает действительно сложно провести четкую границу в случае наших клиентов. Вот попытка упростить эти концепции. В центре внимания ПТСР находится чувство безопасности, связанное со смертельными угрозами, и симптомы нарушения физиологической регуляции. В центре внимания КПТСР – переживания внутренней безопасности и стабильности, связанные с угрозой собственному «Я», и симптомы нарушения психобиологической организации.

Две отличительные черты КПТСР – нарушение ранней привязанности и продолжительная межличностная виктимизация. Хотя ошибки со стороны воспитателя и окружения могли подвергать угрозе жизнь ребенка, речь идет не о единичных травмирующих случаях, а о том, что раннее окружение ребенка постоянно угрожало структуре его «Я». Токсичное сочетание ошибок воспитателей, насилия в семье и сообществе, известное под названием «Бермудский треугольник неблагополучия детей», приводит к повышению вероятности развития комплексной травмы во взрослой жизни[18].

Стоит отметить, что эти формы межличностных травм могут более серьезно влиять на функционирование взрослого, чем одиночные ситуации шоковой травмы. Это не умаляет воздействия на детей травмирующих событий такого типа, но указывает на более высокую вероятность вреда именно от продолжительного влияния, поскольку дети росли в Бермудском треугольнике ошибок воспитателей, семьи и сообществ и им приходилось как-то там выживать.

Шоковая травма связана со смертельным риском, непосредственной угрозой физическому здоровью и безопасности. Диагноз ПТСР связан с тем, как человек пережил потенциально опасную для жизни ситуацию или стал ее свидетелем. Давайте рассмотрим это с точки зрения процесса стимула-реакции. Допустим, вы сидите за рулем машины и видите, что в вас вот-вот врежется грузовик (стимул), так что вы быстро меняете курс автомобиля (реакция). Если разобрать это подробнее, можно увидеть, что угрожающий стимул (непосредственная угроза от грузовика) служит триггером реакции страха, которая активирует физиологическую последовательность выживания. Эти реакции выживания, известные как «бей, беги или замри», позволяют нам среагировать (изменить курс автомобиля). В основном этот процесс минует кортикальные зоны нашего мозга и активирует подкорковые области, которые