Там, где рождается индивидуальность. Как мозг создает уникальность каждого человека - Шантель Прат

ответ на затяжной стресс наш мозг выпускает «марафонца» среди гормонов стресса – кортизол. С эволюционной точки зрения механизмы, которые запускает в организме кортизол, должны помогать экономно расходовать энергию в тех редких случаях, когда продолжительного стресса не избежать. Для этого кортизол замедляет метаболизм, блокируя инсулиновый сигнал организму перерабатывать сахар в крови в энергию. Но на самом деле, если вы не Форрест Гамп, вряд ли вам удастся просто взять и убежать от продолжительного стресса, который мы сейчас испытываем, – когда, скажем, пытаемся обеспечить финансовую стабильность семьи или выжить во время пандемии[218]. А поскольку ни мозг, ни остальной организм не приспособлены к тому, чтобы выдерживать хронический стресс, затяжное повышение уровня кортизола приводит к целому ряду негативных последствий для организма.

Как же индивидуальные отличия в уровне серотонина влияют на нейрохимическую реакцию на стресс? Болдуин Уэй и Шелли Тейлор провели остроумный эксперимент, который показывает, что гены, связанные с обратным захватом серотонина, влияют на то, как мозг человека реагирует на стресс[219]. В ходе эксперимента были собраны сведения о генетических особенностях 182 здоровых молодых взрослых, чтобы определить, какая именно у них версия аллели транспортера серотонина – короткая (низкий обратный захват серотонина) или длинная (высокий обратный захват серотонина). Затем все участники были случайным образом распределены на группы, которые подвергались либо слабой, либо сильной стрессовой нагрузке. Участникам давали пять минут на подготовку речи, в которой они должны были доказать, что подходят на некую воображаемую должность. Разница между высокой и низкой стрессовой нагрузкой заключалась в том, что при низком стрессе участник просто записывал свою речь на аудио, находясь в одиночестве в комнате, а в группе высокого стресса им нужно было произнести ее перед слушателями, которые строго оценивали выступление[220]. Чтобы количественно измерить реакцию участников на стресс, исследователи замеряли уровень кортизола в слюне в начале эксперимента, а потом через 20, 40 и 75 минут, причем последнее измерение делалось, когда «собеседование» было уже далеко позади. Как и ожидалось, при низком стрессе уровень кортизола в среднем менялся не так сильно, как при высоком стрессе. Однако в рамках нашей дискуссии важно, что у носителей короткой аллели (у тех, у кого серотониновые сигналы остаются в синапсах дольше, поскольку серотонин медленнее утилизируется) в условиях сильного стресса кортизол повышался значительно сильнее, чем у носителей длинной аллели. В ситуации небольшого стресса уровень кортизола у обеих групп был примерно одинаковым. В совокупности эти результаты указывают на то, что отношения между индивидуальными различиями в обратном захвате серотонина и субъективной оценкой качеств, связанных с тревожностью, вероятно, более заметны в обстановке сильного внешнего стресса[221].

Мораль, наверное, уже проясняется: особенности устройства вашего мозга существуют не в вакууме. Наоборот: каждая из них приспособлена для того, чтобы обеспечивать надлежащую реакцию на тот или иной класс внешних триггеров. В главе «Однобокость» мы обсуждали крупномасштабную организацию двух полушарий вашего мозга и то, как разница между ними совместно с вашим жизненным опытом влияет на методы, которыми ваш мозг решает сложные задачи. В этой главе мы говорили о том, как разные нейроны организуются в функционально специализированные сети на основании химического языка, на котором они разговаривают, и о том, как разные факторы среды обостряют индивидуальные особенности в коммуникации этих нейронов. В следующей главе пойдет разговор о последней особенности устройства мозга, которое влияет на общение нейронов и, следовательно, на то, как вы интерпретируете окружающий мир. Именно оно определяет, насколько гибко ваш мозг реагирует на одни и те же внешние триггеры в разных обстоятельствах. Но прежде перечислим кратко основные идеи этой главы и вспомним, что они говорят о работе вашего мозга.

Краткие итоги

Различия в системе химических сдержек и противовесов влияют на то,

как вы принимаете решения и реагируете на давление среды

Прежде чем я напомню некоторые подробности того, о чем мы говорили в этой главе, позвольте мне очертить широкий контекст, чтобы вашему правому полушарию было на что опереться, когда оно будет разбираться, что к чему. Прежде всего не забывайте, что характерное для вас мышление, чувства и поведение определяются воздействием нескольких сотен нейромедиаторов, а я сколько-нибудь подробно говорила только о трех – дофамине, серотонине и кортизоле[222]. Но даже при такой предельно простой постановке задачи вы с легкостью заметили, как быстро все запутывается, поскольку влияние каждого ингредиента коктейля зависит не только от среды, в которой вы находитесь, но и от функционирования коммуникационных систем в вашем мозге.

Есть еще одно обстоятельство, о котором я не упоминала, однако оно еще сильнее усложняет это хрупкое равновесие: у вашего мозга есть способы адаптироваться к изменениям в нейрохимии, поддерживая предпочитаемый уровень различных веществ. В начале главы я рассказала и о четырех особенностях устройства мозга, которые обеспечивают работу ваших коммуникационных систем: (1) количество нейромедиаторов, доступное нейронам-отправителям, (2) количество рецепторов («ушей»), готовых выслушать химические сообщения определенного типа, (3) объем обратного захвата (утилизации), на который способен нейрон-отправитель, и (4) доступное количество ферментов, расщепляющих это вещество. Есть одна вещь, о которой догадываются лишь немногие: если изменять состав коктейля искусственно (пить много кофеиносодержащих напитков, принимать лекарства вроде «Прозака»), мозг нередко в ответ меняет другие приспособления, чтобы уравновесить эффект от внешних стимуляций[223]. В частности, чтобы скомпенсировать воздействие препаратов, повышающих уровень дофамина в коктейле, мозг может снизить количество рецепторов для дофаминовых сообщений либо повысить уровень ферментов, которые делают дофамин непригодным для коммуникации. Это не просто создает сопротивление лекарствам, постепенно меняющим коктейль, но и может вызвать всевозможные симптомы отмены при прекращении приема препарата. Если организм приспособился к воздействию нескольких чашек кофе или чая в день, мозг перенастраивается так, что уже не может «нормально» функционировать без определенного количества кофеина. В результате у тех, кто резко снижает потребление кофеина, нередко возникают самые разные жалобы, в том числе на головную боль, рассеянность, подавленное настроение[224]. Это показывает, как мозг приспосабливается к химическому вмешательству в свою работу. К счастью, все это проходит за несколько дней (в среднем от двух до девяти), поскольку в большинстве случаев мозг перестраивается под новую норму, как только лишается соответствующего химического вещества.

Без самого общего представления об этой механике невозможно понять, как различия в нейрохимии коммуникационных систем определяют ваши представления об окружающем мире. В этой главе я познакомила вас с циклами дофаминового вознаграждения и рассказала, что мозг у тех, кто считает себя скорее экстравертом, с большей вероятностью вырабатывает больше дофаминового вознаграждения, когда в