Там, где рождается индивидуальность. Как мозг создает уникальность каждого человека - Шантель Прат

иерархию ситуаций «контроля над разумом». На нижней ступени этой иерархии лежат процессы, обеспечивающие пассивную сфокусированность – простое наблюдение над событиями. Здесь та или иная информация завладевает вашим вниманием независимо от того, что вы в этот момент делаете. Тревожитесь ли вы из-за каких-то неурядиц или поворачиваете голову, чтобы рассмотреть белку, которую вы мельком заметили боковым зрением, – такого типа контроль над разумом возникает, когда ваш мозг автоматически оценивает сигналы, отправляемые во время игры в испорченный телефон, и ранжирует их в соответствии с тем, что считает важным[286].

Выше, в средней части иерархии, отведено место более контролируемому и более гибкой сфокусированности. Здесь вы на основании информации, содержащейся в вашей рабочей памяти, решаете, на чем фокусировать внимание на более низком уровне. Такого рода распределение внимания вы наблюдали на примере чтения абзаца из главы «Синхронизация»: в одних условиях вашим вниманием завладевает смысл слов, в других вы сосредотачиваетесь на пунктуации, в-третьих – на звучании слов. Сознательные мысли можно использовать, чтобы скорректировать более автоматические способы распределения информации по важности, но этот мозговой механизм дорог в обслуживании. Именно с этой просьбой обращаются к вашему мозгу, когда говорят: «Обратите внимание».

Наконец, на вершине иерархии внимания стоят процессы, обеспечивающие самосознание. Здесь ваш «мысленный взор» обращается вовнутрь и пытается оценить, что и как мы делаем и приближает ли это нас к намеченной цели. Мозг пытается ответить на вопросы типа: «Достаточно ли долго я занимался, чтобы получить пятерку на экзамене?» и «Почему я всегда теряю терпение в таких ситуациях?» и для этого изучает те свои процессы, которые в состоянии осознать.

За каждым из типов сфокусированности стоят свои операции, но у них есть одно общее ограничение: по-настоящему осознавать можно всего несколько вещей одновременно[287]. Информация об Х может разными способами попасть «туда внутрь», то есть оказаться в том месте сознания, которое позволяет вам сказать: «Я думаю об Х». Но как только она туда попадает, что-то другое оттуда вытесняется. Значит, и то, что мы замечаем пассивно, и попытки это контролировать, а также процессы мысленного созерцания собственного пупа – все это сообща конкурирует за доступ в это ограниченное рабочее пространство осознания. Разумеется, степень, в которой ваши сознательные мысли поддаются разным типам сфокусированности, зависит от устройства вашего мозга и от того, как он сформировался под воздействием жизненного опыта. В следующем разделе мы немного поговорим о том, что мы знаем об отношениях между устройством мозга и той степенью, в которой разные типы «контроля над разумом» влияют на мысли человека.

Однобокая фокусировка

Начать разговор о функционировании разных типов мозга стоит, пожалуй, с того же самого, с чего мы начинали обсуждение различий в его устройстве: с истории о двух полушариях. Оказывается, разные операции, характерные для правого и левого полушария мозга с типичной однобокостью, порождают и разные виды фокусировки. Эта разница особенно заметна при синдроме игнорирования – неспособности заметить что-то, несмотря на полностью рабочие сенсорные системы, предназначенные для выполнения этой функции. Самый распространенный случай игнорирования – одностороннее пространственное игнорирование[288]. Как правило, оно возникает при повреждении правого полушария. Рискуя чрезмерно упростить это расстройство, поясню, что состязание за внимание при одностороннем пространственном игнорировании резко снижено просто потому, что при этом состоянии мозг не воспринимает половину информации, исходящей от внешнего мира. Представим себе, что у человека прекрасное зрение, однако повреждена правая теменная доля (часть мозга, расположенная наверху перед зрительной корой и соединяющая ее с лобными долями). Если спросить его, что происходит вокруг, он расскажет почти исключительно о том, что расположено справа от его носа. Если поставить перед ним тарелку с пищей, он, вероятно, съест только то, что лежит на правой стороне тарелки. Если попросить срисовать картинку, он срисует только правую половину. Во время одной из самых интересных демонстраций этого явления «на камеру» больного просят нарисовать по памяти циферблат часов, и он пишет все цифры тесной кучкой в правой стороне циферблата, а левую оставляет пустой[289].

При этом человек не замечает не только того, что видит. Если попросить его показать, как он выполняет какое-то привычное дело – бреется или причесывается, – он изобразит это действие только с правой стороны. Иногда такие больные даже забывают одеть левую половину тела. Причем самое удивительное в этом расстройстве то, что они не замечают, что что-то не так! Иная ситуация с теми, кто получил травму правого полушария – у них гораздо чаще наблюдается анозогнозия – неспособность осознать реальность своего состояния. Сложности с вниманием у них крайне последовательны, страдает все – от пассивного внимания до самосознания. И хотя иногда и в самом деле меньше знаешь – крепче спишь, подобное игнорирование может привести к катастрофическим последствиям, поскольку больной не обратится за помощью, а если и обратится, неизвестно, как он отреагирует на лечение[290].

Между тем повреждения левого полушария редко приводят к тем или иным проявлениям синдрома игнорирования[291]. Насколько мне известно, никто не проводил систематических исследований этого явления, вполне возможно, что те, кто страдает дефицитом внимания после повреждения левого полушария, изначально обладают менее типичной (более сбалансированной) латеральностью. Но даже в таких случаях исследования показали, что больные с повреждениями левого полушария все-таки осознают свои симптомы, поэтому им легче выработать приемы, которые компенсируют недостаточность фокусировки[292].

Многие ученые, заметив, насколько сильно различается дефицит внимания при поражении правого и левого полушария, предположили, что в здоровом мозге одно полушарие (как правило, левое) отвечает за контролируемую, целенаправленную фокусировку, а второе (как правило, правое) выбирает, на чем сосредоточиться, подчиняясь скорее автоматическим стимулам[293]. Это вполне осмысленная асимметрия, если учесть все то, что мы теперь знаем о специализации левого и правого полушария. По крайней мере в мозге с традиционной однобокостью в левом полушарии обычно идет сразу много быстрых специализированных процессов, поэтому оно хорошо подходит для выбора конкретного потока информации для усиления. А способность правого полушария интегрировать много разных потоков информации во внутреннюю логичную структуру позволяет ему особенно хорошо замечать все необычное и неуместное.

Разделение типов фокусировки между полушариями соответствует и функциональным целям полушарий, о которых говорил Дин, когда предлагал свою модель «Янус». Согласно этой модели, напомню, цель левого полушария – предсказывать будущее, а правое полушарие сосредоточено на моменте здесь и сейчас. Логично, что левое полушарие, сосредоточенное на будущем, ставит цели и строит планы, позволяющие направить фокус на ту информацию, которую оно считает самой актуальной для предсказания результатов, а правое полушарие, чья цель –