Культтерапия. Лекции по психологии искусства - Надежда Железняк

Пять поводов полюбить грустную музыку

А вы когда-нибудь наслаждались тоской? Давайте погасим свет. И впустим в комнату густой туман.

Вслушайтесь в эти строки Бодлера, посмакуйте их:

«Ни опиум, ни хмель соперничать с тобой

Не смеют, демон мой; ты – край обетованный,

Где горестных моих желаний караваны

К колодцам глаз твоих идут на водопой»[135].

А вы блуждали в потемках собственных чувств? Балансировали на грани упадка, меланхолии и тонкого наслаждения? И не случайно сильнее всего цветок пахнет перед тем, как увянуть. Вот он – декаданс. Шекспировский «Гамлет» в библиотеке всегда оказывается самой зачитанной книгой, куда популярнее его же комедий. Лицо декаданса[136] играет желваками Рембо и Бодлера, разбивает голову о стену под маской Ивана Карамазова.

И вот вопрос: декаданс – это отсутствие света или трудный путь к нему? Почему музыка «Агаты Кристи» с ее: «Я тебя ненавижу-вижу, / Но ко мне ты все ближе, ближе, / Ты меня ненавидишь, но, но, но, / Но ко мне ты все ближе все равно» так популярна? Почему мы пленяемся образом шекспировской Офелии на полотне Милле? Словно в этот момент нас самих влечет поток, которому сопротивляться нет ни сил, ни желания.

В чем польза декаданса?

Грустить под минорную музыку бывает полезно! И вот почему:

1. Не анестезировать, а анализировать! Японский ученый Аи Каваками исследует нашу любовь к грустной музыке. Ведь не пугают нас негативные эмоции в этот момент! О своих опытах он пишет в The New York Times. Оказывается, музицирующий человек испытывает «замещающие» эмоции, при этом мы дистанцируемся от собственной боли. То есть это все та же грусть-тоска, но она лишена негативных последствий реальных переживаний.

2. У каждого из нас есть свои особые мелодии, которые ассоциируются с какими-то событиями, периодами жизни. А значит, некоторая музыка, если говорить научно, – это триггер памяти. То есть настоящий мост в прошлое. А ведь прошлое бывает весьма притягательным, даже если таковым не казалось в момент его переживания.

3. Музыка – это поддержка. Помните, как в школе после контрольной: «А ты что получил? Тоже трояк?!» (и настроение улучшилось, ведь ты не одинок). То есть эмоциональное созвучие, когда душа с исполнителем в унисон, дает ощущение сопричастности, поддержки.

4. Минорная музыка наполняет наши негативные переживания особенной эстетикой, возвышает их. А значит, дает нам возможность немного отойти, отстраниться от них, а может, даже насладиться красотой и силой наших чувств.

5. Грустная музыка усиливает наши переживания. В какой-то момент они достигают пика. Того самого «катарсиса» (греч. katharsis – очищение), о котором говорил Аристотель. То есть вершины переживания. «Высшая собранность всего растекающегося», – как называл это состояние русский философ А. В. Лосев. Того самого дна колодца нашей души. Кто знает, возможно, именно оттолкнувшись от него, мы сможем вынырнуть на поверхность.

Как начать слушать (и полюбить!) классику?

Давайте сразу карты на стол: умение слушать классическую музыку, а как следствие, наслаждение этим процессом – не вкусный бонус от рождения. Разве что ваши мама и папа – музыканты, а вы еще и не травмированы их настойчивыми призывами слушать Шопена. В большинстве же случаев музыкальный вкус – это путь.

И этот самый вкус – штука поистине удивительная. Для чего поют птицы? Пернатые используют щебетание, чтобы привлечь партнера в период брачных игр, чтобы предупредить об опасности и для коммуникации. Но для чего человек слушает и исполняет музыку? Чарльз Дарвин, работая над книгой о происхождении человека, писал: «Ни удовольствие, ни способность к произведению последовательности музыкальных звуков не являются условиями, в какой-либо мере полезными для человека… их следует отнести к числу наиболее таинственных свойств, дарованных нашему виду»[137].

Мы не ставим подростку фильм Тарковского (а даже если и ставим, редкий подросток его поймет). К сложной музыке, к сложному кино необходимо проделать путь. Вспомним харизматичную Паолу Волкову: «Слово “нравится” запрещено в искусстве. Нравиться может девушка, закуска к водке. А искусство – это вопрос подготовленности: насколько вы готовы к определенному уровню или насколько искусство готово к вашему восприятию»[138]. Как вам? Жестко, но искусствовед Паола Волкова именно такая – одухотворенная, эмоциональная. Настоятельно рекомендую ее цикл лекций о живописи «Мост над бездной». Вот уж услада для ума и души!

Будьте уверены, чувствовать, понимать музыку, быть музыкальным может каждый! Выкиньте из головы (и закиньте куда подальше) слова строгих учителей про отсутствие слуха. Если вы чувствуете музыку, если она находит отклик в вашей душе, это ли не говорит о музыкальности? А если вы пока не нашли свою мелодию, не успели расслышать или распробовать классику, джаз, соул[139], эмбиент[140] – не беда. Напротив, вам предстоит масса увлекательных открытий. Слово знаменитому неврологу Оливеру Саксу (и настоятельно рекомендую его книги. Все!): «Музыкальное дарование у разных людей может варьироваться в широких пределах, но в то же время, мы обладаем достаточными данными, чтобы предположить существование внутренней музыкальности практически в каждом человеке. Наиболее ясно это демонстрируется при использовании метода Сузуки, суть которого заключается в том, что детей учат играть на скрипке “на слух”, подражая звукам. Практически все слышащие дети реагировали на подобные тренировки. Даже люди с очень сильной степенью глухоты могут обладать внутренней музыкальностью. Глухие люди часто любят музыку и активно реагируют на ритм, который они ощущают как вибрацию, а не как звук. Признанная перкуссионистка Эвелин Гленни была почти полностью глухой с тех пор, как ей исполнилось двенадцать».

Мы уже разобрались в том, что каждому из нас дана возможность наслаждаться классической музыкой. Если есть желание познакомиться с ней ближе и понять, из чего она соткана, – это здорово (и никогда не поздно!). Но вовсе не обязательно знать ноты, чтобы наслаждаться. Для этого необходимо понять: в музыкотерапии нет правильного и неправильного ее понимания. В момент активного слушания (когда мы глубоко погружены в процесс) к каждому приходят свои личные образы. Как в момент прочтения «Анны Карениной» у каждого из нас своя Анна, так же и «Весна» Вивальди будет у каждого уникальной. Кто-то вспомнит родные края, где не был с детства, а кому-то увидится девушка в шелковом платье, перепрыгивающая через лужи на тонких каблуках. Кто-то улыбнется, у кого-то выступит слеза. Но что общего в этом? Наши чувства! Ну конечно! Именно так и работает музыка: если у вас появляются образы, если это вызывает