Психопаты правят миром. Стратегии тех, кто побеждает - Леонид Маркович Кроль

В комедии «Житие Брайана по Монти Пайтону» главный герой, которого считают мессией, заклинает своих последователей: «Не надо следовать за мной. Не надо следовать ни за кем! Думайте своей головой. Вы все оригинальные личности!» Все в один голос повторяют за ним: «Да-а-а, мы все — оригинальные личности!» И тут кое-кто говорит: «А я нет, я самый обычный и не оригинальный». Таким образом, именно он-то личностью и оказывается. Самой что ни на есть обычной, неказистой, но самостоятельной.

Любители саморазвития и креативности предлагают масштабировать творчество, рутинизировать его. Но это все равно что заявить: «Мы все оригинальные». Не обесценивайте творчество, пытаясь внедрить его повсеместно. Не пытайтесь оставить в меню только нектар и амброзию. Они и правда очень вкусные, но в ежедневном меню должны быть простые питательные блюда. Люди просто спокойно работают, и эта фаза может длиться годами. В это же самое время кому-то вдруг приходит в голову творческая идея. Она неудобная, она мешает всему, что происходит сейчас. Произойдет неизбежный конфликт, и не факт, что творчество выиграет.

Но вдруг run («рутинное функционирование») сменяется change («изменения» в компании или жизни человека), на место стабильности приходит рывок. Творчество нужно. Хорошо, если команда на него способна. Но на него нельзя ни рассчитывать, ни стимулировать его, ни масштабировать.

38. Внутренние животные и персонажи

Поп-психологи много говорят о внутреннем ребенке. Наверное, эта метафора очень приятна для тех, кто хочет себя пожалеть и погладить себя по головке.

Психопаты — люди безжалостные, и внутренний ребенок в них (хе-хе) не отзывается. Зато у них есть внутренняя обезьяна. Ее тоже можно гладить по головке — она простое, естественное животное, которое ведет себя так, как может. С ней нужно правильно обращаться: не нервировать, держать в тепле, не стеснять одеждой. Обезьяну не надо дрессировать, она и сама учится через подражание. Обезьяне нужно много свободы и много движения. Она может быть осторожной и пугливой, бесстыжей и дикой, нежной и грубой, глупой и умной. Если надо, она покажет задницу или укусит. Но иногда ей нравится прикидываться человеком. Внутренняя обезьяна скачет по веткам, перепрыгивая с одного дерева на другое. Она срывает все фрукты, до которых может дотянуться.

Кто еще? Внутренний крокодил, конечно же. Хтоническое ненасытное чудовище, которое быстро движется и очень много жрет. Чистая функция переваривания, присвоения окружающего мира.

Черепаха, которая втягивает шею, прячет голову в панцирь, но ползает, вопреки тому, что о ней говорят, не так уж и медленно, — настоящий бронированный бутерброд.

Еж, который может ощетиниться, свернуться клубочком или показать мягкое брюшко.

Рогатые и копытные: упереться рогом, затоптать, ускакать — или мирно пощипывать траву. Гордый скакун или могучий тяжеловоз? Дойная корова или задиристая нервная коза, способная влезть на самую крутую вершину?

Кошачьи хищники: тигр, лев может рычать, оскаливать зубы, кот — шипеть, драть занавески, ловить мышей для себя или для хозяина, прыгать по крышам и затевать драки, но может стать и мирным мурлыкой, который не готов рискнуть ради добычи.

«Головастик» (человек, который живет только жизнью мышления) может отрастить себе лапки и запрыгать лягушкой; домашний гусь — открыть для себя могущество крыльев и улететь с дикими собратьями в Лапландию. Более того, мы можем даже стать из черепахи орлом или сочетать в себе, как кентавры, свойства нескольких животных.

Каждая зверская метафора представляет нас как настоящих оборотней: вот я шерстяной волчара, а вот — редкая бабочка. Скрытая энергия живет в человеческом социальном теле, которое не всегда способно найти каналы для ее эффективного выхода. Человек цивилизованный не дерется, но драться, как лев, за свою идею он может! Метафора невидимого «животного» помогает это осуществить — сначала в символическом отыгрывании, а затем переводя все в человеческий план и исполнение в большой жизни. У меня встают дыбом волосы, я выпускаю когти, «а нюх, как у собаки, а глаз, как у орла». Наш характер, наше тело живут максимально полной жизнью.

Этих внутренних животных не нужно держать в клетках. Психопат не боится расчеловечивания: никто не знает, что такое человек, он похож сразу на всех своих предшественников и дальних сородичей. Мы черпаем наши свойства из нашего филогенеза. Невидимыми органами-метафорами могут быть и вполне существующие зубы, язык, волосы (когда они встают дыбом), живот (в котором бабочки) и так далее. Каждый из нас может быть чем-то вроде трансформера или оборотня в метафорическом поле. Иногда часть человека приобретает в метафоре свойство целого: «он будет моими ногами», «станьте глазами и ушами».

Люди с нормативной адаптацией иногда живут только головой или в лучшем случае — головой и ногами или руками, а остальное тело куда-то забрасывается и лежит без употребления. И речь не о том, чтобы заниматься спортом, спортом-то как раз занимаются многие. Но вот ощущать себя живым каждый час, каждую минуту — это многим нормальным людям не удается. Слишком сильная социальная адаптация мешает нам быть живыми, животными.

Каждый человек — это карта с белыми пятнами на ней. Ощущение собственного функционала бывает разным. Мало кто прочел «инструкцию к использованию себя», большинство использует парочку функций, создавая профессиональную и характерологическую специализацию: вот ученый, у него голова есть, а остального нет. А это продажник, у него есть только язык. А это гончар, у него руки состоят из глины. А вот воин, приложение к совершенному оружию. А ведь у нас есть еще живот, пальцы, печень, а метафорически — и рога, и крылья.

Метафорическое разнообразие нашей внутренней жизни не ограничивается зверьем. Мы можем образно фрагментироваться разными способами и из фрагментов собирать разную целостность. Например, возраст. Кроме внутреннего ребенка, у нас есть внутренний подросток и внутренний старец. Пятнадцатилетний, на мой взгляд, спрятан внутри каждого из нас.

А как насчет внутреннего цирка? У некоторых внутри живут рыжий и белый клоуны — уже упомянутые где-то на просторах этой книги герои фильма «Дорога», грубый зверюга Дзампано и насмешник Матто, канатоходец и силач.

Ландшафты. Внутреннее болото, где квакают лягушки обиды. Внутреннее озерцо, над