Сердце Белого бога - Рина Белая

— Копай глубже, — резко перебил Док.

Парень нахмурился и сжал губы.

— Причина в том, — продолжил Док, — что в твоем организме есть инфекционные частицы. Это белковые соединения с аномальной структурой, которые поражают здоровые белки. Пока это проявляется лишь как головные боли, нарушения сна и координации, но процесс идет. Если ничего не предпринять, тебя ждут: хроническая депрессия, потеря речи, контроль над мышцами, затем деменция и… смерть.

— У меня есть варианты, кроме как бросить работу и сойти на первой станции? — генетик с трудом сохранял спокойствие.

Док молчал, словно размышляя.

— Равносильной работы тебе уже не получить, ты это понимаешь?

Молодой ученый грустно усмехнулся.

— Времени у тебя немного. Ты можешь долететь до Земли, чтобы проститься с семьей.

— Док, пожалуйста… — почти умоляюще произнес парень.

— У тебя есть семья?

— Родители… но…

— Разве работа может быть важнее родителей?

— Док, лаборатория — это вся моя жизнь, мое призвание. Позвольте остаться на корабле, пока мой мозг еще функционирует…

Док вздохнул, открыл диалоговое окно и передал данные на голографический дисплей перед генетиком.

— Вот протокол исследований. Мы поручим их выполнение искусственному интеллекту, чтобы минимизировать вероятность ошибки.

— Почему я? — озадаченно спросил молодой ученый, почесав затылок.

— Если бы у меня был выбор, я бы использовал вирусы — их инкубационный период короче, а клиническая картина четче. Но земные вирусы не долетают до межзвездного пространства.

На лице генетика засияла улыбка.

— Где подписать согласие?

Когда Док приступил к эксперименту, в его глазах не было ни капли сомнения.

«Кровопийца» с содержимым, способным вызвать выработку антител — идеальных охотников за опасными белками, вонзил жало мне прямо в грудь. Так болезнь вошла в мое тело.

Не впервые я ощущала беспомощность перед врагом. На этот раз мне предстояло сразиться с невидимой армией, проникавшей в разные части моего организма. Ощущение было такое, словно я оказалась в эпицентре ледяной бури. Каждая клетка пылала холодом, тело ломило, глаза кололо ледяной пылью.

Вскоре силы оставили меня, и я провалилась в тяжелый сон.

— Она поправляется, — наконец констатировал Док. Но время шло, а видимых улучшений не было. Я оставалась неподвижна, словно труп.

Начальство несколько раз пыталось связаться с Доком, но он отклонял вызовы под предлогом занятости. Я ощущала его отчаяние и страх.

— Ее показатели в норме. Почему она не приходит в сознание? — Док терял терпение.

— А если она симулирует? — осмелился предположить генетик.

— Симулирует? — переспросил Док.

— Кто знает? Это ведь не земные собачки. Что, если она осознает все, что с ней происходит и намеренно ведет себя так?

Док усмехнулся.

— Когда я был молодым, я тоже притворялся больным, чтобы не идти на свидание.

— Я не шучу. Док, что, если их интеллект сопоставим с нашим? Что если эти звери обладают самосознанием?

— Ты забыл про инстинкты.

Док резко ударил ладонью по клетке, но я не отреагировала. Тогда он выпустил своих кровопийц. Я даже ухом не пошевелила, позволяя паразитам вонзаться в мое тело и пить кровь.

— Где я просчитался? Она должна была уже раз десять очнуться!

Я открыла глаза, только когда прибыл Шеф. Его крик и ругань были страшными, как удары грома. Я с нетерпением ожидала, что он накажет Дока, порвет его на куски за порчу ценного материала, но нет.

Запретив Доку всякие эксперименты надо мной, Шеф удалился.

Чувствуя себя в относительной безопасности, я поднялась, потянулась, разминая мышцы, и поймала взгляд Дока. Он смотрел на меня с яростью.

— Это было подло! — произнес он, глядя, как я усердно тру лапой шрам на переносице.

Вскоре меня перевели в грузовой отсек и присвоили номер S3021.

Я смотрела, как рогоносец, который всегда представлял собой серьезную опасность, в каком-то полусонном состоянии вяло напрягает мышцы, пытаясь разорвать цепи, намертво приковавшие его к стенам и полу. Рядом отчаянно искала выход из стеклянной кубической клетки птица-дракон. Этот маленький зверек с черной головой и чешуйчатым брюшком все время парил в воздухе, что требовало от него огромных затрат энергии. От бессилия он терял сознание и падал, с глухим стуком ударяясь о стеклянный пол. Когда приходил в себя, его изумрудные крылышки вновь вспыхивали в темноте.

Никто из них даже не представлял, где мы находимся и куда летим, но каждый из одиннадцати оставшихся в живых (лорду не посчастливилось оказаться среди них) упорно продолжал бороться за жизнь. Инстинкты вновь и вновь заставляли их искать путь к свободе.

Стоит отметить, что Док тоже не сдался. Убедившись, что схватка между ним и начальством еще не закончена, он, вооружившись планшетом, попытался доказать Шефу необходимость возобновить исследования. Но Шеф отказался, посчитав нецелесообразным трудиться на благо человечества.

Лишившись единственной надежды на спасение, спустя несколько месяцев от сердечной недостаточности умер молодой генетик.

Глава 11

Околоземная орбитальная станция представляла собой систему многоуровневых плато, расположенных одно над другим и соединённых широкими проходами с виртуальными помощниками, встроенными в пространство.

Главной достопримечательностью станции был выставочный павильон под куполом, который открывал потрясающий вид на звезды. По его краям располагались 60 герметичных клеток с полным климатическим контролем, предназначенных для особо редких иномирных экземпляров. Благодаря этим условиям, те из существ, кто пережил тяготы транспортировки, чувствовали себя вполне комфортно.

Открытые аукционы проводились раз в пять лет и привлекали множество людей. Посетители орбитальной станции прогуливались по плато, с любопытством разглядывая иномирных гостей. Удобные диалоговые окна позволяли узнать больше о лоте, прочитать подробное описание и посмотреть краткое видео. На каждый лот система предлагала две цены: первую — заочную ставку, которую можно было сделать перед аукционом; если никто не перебивал эту сумму, лот доставался участнику. Вторая цена, «высокая», позволяла сразу приобрести лот, заплатив внушительную сумму, и направиться к стойке в центре зала для подписания договора и оплаты комиссионного вознаграждения.

Возле моей клетки остановились две знатные особы.

— Условия жизни на космических станциях становятся всё лучше и лучше, — сказала женщина в чалме и экзотическом комбинезоне цвета яшмы.

— Разумеется, ведь интересных лотов становится всё больше. Объёмы продаж растут. Они собирают состояние в мгновение ока, — ответила другая, потирая большой палец о кончик указательного. На ней было платье из белоснежных цветов и модная деревянная сумочка.

Первая дама кивнула, и обе женщины равнодушно скользнули по мне взглядом, затем прошли к следующему лоту.

— Какая прелесть! — вдруг воскликнула пожилая сеньора с массивными серьгами в виде клювов экзотических птиц. Её губы были подчёркнуты яркой вишнёвой помадой. — Я хочу себе шляпку из этого дракончика!

Её желание оказалось столь велико,