Изменой не считается - Юля Гром

— Точно шибанутый.

* * *

Сегодня третий день тишины. От Алексея ни одного звонка или сообщения. Да, я хотела, чтобы он пропал из моей жизни, но почему-то сейчас сижу на кухне, пью чай с шоколадными конфетами и постоянно проверяю телефон.

Неужели мужского запала хватило на несколько дней? Это еще раз подтверждает его несерьезное отношение к женщинам. Наверное, уже зажигает с новой красоткой. Внимание и ухаживания Ермакова оказались скоропортящимся продуктом. Хорошо, что я ему не доверилась и не рассказала о своей тайне.

Открываю ноут, пытаюсь написать новую статью, но дальше заголовка я продвинуться не могу, потому что все мысли с ним. А если что-то случилось, и я зря наговариваю на человека? Я же могу просто поинтересоваться?

Долго думаю, что бы такого нейтрального написать, чтобы не выглядеть липучкой.

«У тебя все хорошо?» стираю.

«Договоримся о новом интервью?» стираю.

Боже, ну почему я могу писать километры строчек по работе, а в личных делах каждое предложение вымучиваю по часу?!

Подумав еще немного, пишу: «Я, кажется, испачкала твою футболку помадой. Готова оплатить химчистку».

На моих глазах появляются две зеленые галочки. Чиркаю зажигалкой, прикуриваю сигарету и затягиваюсь до жжения в легких. Сердце бешено бьется, а ответа так и не приходит. Это уже наглость. Спасибо, что хоть в черный список меня не внес.

Чтобы расслабиться, решаю полежать в ванне. Включаю воду. Делаю пышную пену. Вечер тишины и покоя мне необходим. Но моим мечтам, к сожалению, не суждено сбыться

Глава 12

— Чем занята самая сексуальная девочка на свете? — голос мне кажется очень уставшим. На заднем фоне шум и много голосов.

— Я тебе написала про футболку, — сдув локон со лба, сажусь на кафельный пол. — Готова возместить счет.

— Ох, Васаби, могла бы что-нибудь пооригинальнее придумать. Не шифруйся. Ты просто соскучилась и хотела меня услышать.

— Хм, вот еще. Не дождешься, — я так устала, что для полного счастья мне перепалки с Лешкой не хватает.

— Агаш, расскажи мне лучше, чем занята. Я вот на рыбалке с друзьями.

— А я парюсь по полной в ванной.

— Вау, голенькая, в пене. Я только представил, и у меня уже член встал. Пришли мне эротичную фотку срочно.

— Ладно. Получишь ты фото. Жди.

Сбросив вызов, фоткаю себя с разных ракурсов и отправляю. Тут же идет входящий звонок.

— Не понял. А где мои сисечки в пене? Когда ты сказала, что паришься в ванной, я представлял нечто другое. Думал, у меня будет коллекция твоих эротических фото, чтобы одинокие ночи коротать. А ты фотки с вантузом шлешь.

— Я вообще-то пытаюсь устранить засор.

— Хм, ясно, — задумчиво тянет мой собеседник. — Ну ладно, мне пора.

Невежливо закончив разговор, Лешка оставляет меня в полной растерянности. Провозившись безрезультатно с засором, набираю ЖЭК. Хамоватая женщина обещает мне завтра прислать сантехника.

Снова сажусь за статью. Погрузившись в работу, даже не замечаю, сколько проходит времени.

Резкий звонок в дверь заставляет вздрогнуть. Ко мне никто не приходит в гости, кроме Тимура. От мысли, что это он, сразу становится зябко. Я поднимаюсь с дивана и иду в прихожую. Медленно, словно на казнь. Смотрю в глазок и сначала не верю глазам. Высокая фигура, широченные плечи, очень напоминающие Ермакова. Но как он здесь оказался? Быстро поворачиваю ключ и открываю дверь.

Леша поднимает голову, встречаемся глазами. Меня топит в теплой, ласковой энергетике. Улыбка и мои любимые ямочки на щеках.

— Не ждали, а мы приперлись, — звонкий голос разлетается по подъезду. И я не сразу понимаю, кто это «мы». Пока мои глаза не сползают вниз, где сидит большой, грозного вида доберман. В зубах он держит бордовую розу.

— Ой, какая прелесть, — верещу, прижимая ладони к груди.

— А меня когда-нибудь будут встречать с таким восторгом? Или вся любовь будет Трюфелю доставаться?

— Трюфель? — переспрашиваю, потому что не очень вяжется с таким грозным псом название конфет.

— Ага. Трюфель или Труфи, Трюф. Я сладкое люблю.

Опускаюсь на колени, забираю розу и начинаю играться с красавчиком. С него тут же слетает маска серьезности, и он превращается в добродушного милаху, совсем как хозяин.

— Кобель. Любит он девчонок, — вздохнув, качает головой.

— Весь в тебя.

— Я уже определился. Так что все твои обвинения мимо. Дайте мне пройти, — Лешка заходит в маленький коридор, тут же заполняя все пространство и принося с собой запах гари.

— Почему от тебя так пахнет и толстовка в саже?

— Так говорю же, на рыбалке был. Костер разводили, чтобы уху сварить. Ты что, не поверила? Или, как ревнивой жене, улов предъявить? — снимает кроссовки и кладет чемоданчик с инструментами на пуфик.

Не знаю. Звучит не очень правдоподобно. Но это его дело, где он был и что делал. Меня это не должно волновать.

Пока мы играем с Трюфом, Лешка уходит на кухню.

— Я смотрю, ты тоже любитель сладкого, — кивает на гору фантиков на столе.

— К сожалению, без шоколадных конфет не могу работать. Ну, и когда волнуюсь.

— Учту и в следующий раз с конфетами приеду. А до моего прихода ты работала или волновалась? — подходит совсем близко, заставляя смущаться как школьница. Сжимает пальцами талию так сильно, что я начинаю задыхаться от переизбытка чувств. Устоять против Лешкиного обаяния невозможно, а против его чар нет брони. Его собственнические грубоватые замашки лишают меня способности трезво мыслить. Карие глаза наполняются теплом и возбуждением. Его дыхание становится глубже. Ситуация все опаснее.

— А ты зачем сорвался с рыбалки ко мне? — поправляю волосы, не зная, куда деть руки. Лешка делает еще шаг, вынуждая прижаться к стене.

— Сегодня я буду твоим сантехником, детка, — снимает толстовку и футболку, специально демонстрируя идеальное тело.

— Звучит пошловато. Как в фильмах для взрослых, — закусываю губу, чувствуя жар и вибрацию во всем теле.

Глава 13

— Заметь, это не я сказал, а ты. И, кстати, про мужа ты наврала. Ни один нормальный мужик так квартиру бы не запустил. Сегодня я спешу, а на днях приеду и все остальное тебе отремонтирую, — быстро целует в щеку и, увидев, что я не возмущаюсь, делает это еще раз. Уже медленнее и нежнее. Шумно втягивает аромат моих волос.

— От тебя пахнет шоколадом, — хриплый шепот обжигает кожу.

— Духи такие. Нравятся? А то некоторые говорят, что очень сладкий запах, — Тимур ненавидит, когда я ими душусь.

— Ты забыла, что я тоже люблю сладкое. Видишь, сколько у нас общего, — улыбнувшись, отпускает меня. — Пойду