Работая под профессором - Оливия Т. Тёрнер

— Но прошедшие годы...

Слова слетают с моих губ, когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня. Его губы касаются моих, мягко, трепетно, в то время как его руки притягивают меня ближе.

Мои груди прижимаются к его твердой груди, и я задыхаюсь у его губ, когда чувствую, как его эрекция прижимается к моему телу.

Он улыбается, а затем прижимается своими горячими губами к моим. Он не в состоянии сдерживаться, и нежность длится недолго. Его язык приоткрывает мои губы, но как только он оказывается внутри, пробуя меня на вкус, заявляя на меня права, ему становится нелегко. Поцелуй полон сильного отчаяния и бесстыдной потребности.

Я переплетаю свой язык с его языком, наслаждаясь тем, как он пожирает мой рот. Меня никогда раньше так не целовали. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного.

У меня кружится голова, когда мы наконец расстаемся.

Его рука погружается в мои волосы, и он сжимает их в пригоршне, когда смотрит на мои губы с жаром в зеленых глазах. Он решает, что еще не закончил со мной, и оттягивает мою голову назад, чтобы поцеловать еще глубже.

Моя киска пульсирует горячее и сильнее, чем когда-либо, отчаянно желая, чтобы его рука вернулась на нее, снова оказалась в ней. Я прижимаюсь бедрами к его эрекции, пытаясь подразнить его, пытаясь довести до крайности.

Сомнения исчезают, когда он наконец позволяет мне снова дышать.

Я единственная. Я могу сказать это по тому, как от него у меня подгибаются пальцы на ногах.

— Ты первая, — говорит он, держа меня за подбородок и заглядывая в глаза. — Ты единственная.

— Что во мне такого? — Я задыхаюсь. — Все происходит так быстро.

Он смотрит на мой влажный рот и не может удержаться от еще одного поцелуя. Он нежно прижимается своими губами к моим и проводит языком по моей нижней губе, заставляя мои пальцы снова поджаться.

— Я не знаю, почему это чувство такое сильное, — говорит он своим глубоким хриплым голосом. — Все, что я знаю, это то, что когда я увидел тебя, я понял, что должен заполучить тебя.

Я знаю, что он имеет в виду. Он тоже должен быть со мной.

Я не могу представить, что буду двигаться дальше сейчас, после последних двух дней. Завести парня, встречаться — от одной мысли об этом меня тошнит.

Я просто хочу принадлежать ему. Я хочу быть в его объятиях вот так, всегда.

— Где ты остановилась? — спрашивает он.

— Где-то здесь. У меня есть своя квартира.

Он втягивает воздух, когда его тело напрягается. — Я не позволю моей девушке жить в этом обветшалом старом здании, окруженном подонками и придурками. Теперь ты живешь со мной.

— Что? Ты серьезно?

— Я бы никогда не стал шутить по поводу твоей безопасности. Я хочу, чтобы ты была там, где, я знаю, ты будешь в безопасности, и единственное место, которому я доверяю, — это быть рядом со мной.

Я чувствую, что краснею, когда вижу покровительственное выражение на его лице. Интересно, откуда он знает, что я живу в обветшалом старом здании, но совершенно ясно, что он это проверил.

Мне нравится, что он это сделал. Он так защищает свою любимицу, и это заставляет меня чувствовать себя невероятно любимой, как будто я самая особенная девочка в мире.

— Но моя квартира...

— Теперь будет пустой. Не спорь со мной по этому поводу, Куинн. Твое место у меня. Наше место. Теперь он тоже твой.

Я не хочу возвращаться в свою квартиру к этому жуткому соседу. Я просто хочу остаться с ним, но это уже слишком. Мы едва знаем друг друга.

— Но, профессор Гос...

— Тристан. Зови меня Тристан.

Я ухмыляюсь. — Но профессор Гослинг намного сексуальнее.

Его хватка на мне усиливается, и он прижимает свой твердый член к моему разгоряченному телу. — Тогда называй меня как хочешь, чтобы эта маленькая розовая киска стала красивой и влажной.

— Хорошо, профессор. Но переезжать к вам… Разве это не быстро?

— Нет, — говорит он, когда его руки скользят по моей заднице к задней поверхности бедер. — Это происходит быстро.

Я обвиваю руками его шею сзади и тихонько всхлипываю, когда он внезапно поднимает меня. Его большие сильные руки лежат на задней стороне моих бедер, поддерживая меня, раздвигая мои ноги, когда он поворачивается и сажает меня на свой стол.

Его сексуальный взгляд опускается к моей груди, которая так и просит внимания. Мои соски затвердели под его пристальным взглядом, и я не могу не задаться вопросом, скоро ли они окажутся у него во рту.

Он приподнимает мои ноги, когда встает между ними, заставляя мою киску болеть от желания. Он так близко. Я смотрю вниз на огромный стержень, упирающийся в его брюки, и начинаю дышать тяжелее.

Его ладони скользят вниз по задней поверхности моих бедер, пока не оказываются под коленями, а затем он поднимает мои ноги еще выше и разводит их в стороны.

Я задыхаюсь, когда отпускаю его и кладу ладони на стол. Юбка прикрывает меня, но едва-едва. Я мокрая и распростертая перед моим профессором, и на мне нет ничего, кроме тонкого слоя полиэстера.

— Задери юбку, — говорит он сквозь стиснутые зубы, глядя на нее сверху вниз. — Я хочу увидеть эту розовую киску вблизи.

Моя рука движется сама по себе, хватая мою юбку и задирая ее, чтобы он мог полюбоваться моей раздвинутой киской. Я делаю именно то, что он приказывает, без вопросов и колебаний. В конце концов, я любимица профессора.

Он втягивает воздух и морщится, когда видит это. — Розовая, влажная и девственно тугая. Ты соблазняешь меня, как никто другой, любимая.

Я чувствую, как она становится влажнее под его взглядом и не перестает пульсировать.

— Поиграй с ней для меня, — говорит он, его голос становится еще глубже. — Я хочу смотреть, как ты к ней прикасаешься.

Моя рука скользит вниз по животу, и даже я удивляюсь, насколько я мокрая. Он смотрит полными вожделения глазами, как я провожу пальцами по своей щелочке, а затем начинаю тереть клитор.

Мне нравится, как сексуально он на меня смотрит, и это заводит меня еще больше. Я просовываю палец в свою узкую дырочку, а затем начинаю трахать себя только для него.

— Да, — стонет он. — Вот так. Держи свою хорошенькую ручку. Скачи на ней изо всех сил.

Я двигаю бедрами, как шлюха, и еще быстрее тру свой клитор. То, как