Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова

Но он не слышит. Он непреклонен. Мой Рари исчез.

Глава 10

Рагнар

С каждым её словом, с каждой слезинкой, падающей на землю, моя стальная воля давала трещину. Но я не мог отступить. Слишком многое поставлено на карту. Отходного пути не было.

Голос её, надломленный, полный отчаяния, терзал душу. Каждое «Рагнар, пожалуйста…» резало по живому, но я сковал себя цепями долга. Нельзя дрогнуть. Не сейчас.

Когда мы подошли к людям Тараса, Эсфирь совсем обессилела. Она перестала сопротивляться, лишь беззвучно плакала, смотря на меня с немым укором. Её голубой взгляд прожигал меня насквозь, заставляя чувствовать себя последним мерзавцем.

— Девушка цела и невредима, как и договаривались, — сухо произнёс я, подтолкнув её в сторону одного из людей Карамзанова. — Забирайте.

Внутри всё оборвалось, когда один из них схватил её за руку и сделал это слишком грубо, причинив ей боль. Я видел это по её лицу, искажённому гримасой страдания. Хотелось разорвать этого ублюдка на куски, но я сдержался.

Надо быстрее отсюда валить, пока ещё могу себя контролировать!

Демоны внутри зашевелились, требуя крови, требуя защиты для моего оленёнка. Но я держал их в узде. Отключил мозги, как на заданиях.

В такие моменты во мне что-то ломалось. Переключатель щёлкал, и я переставал быть Рагнаром, становился тем, кем был всегда — машиной для убийств. Без чувств, без эмоций.

— Благодарим за сотрудничество, оперативный результат будет щедро вознаграждён нашим боссом, — самый главный говорил со мной, пока Эсфирь досматривали, ощупывая со всех сторон.

— Нет! Не трогайте меня! Прекратите! — она пыталась увернуться от их грязных прикосновений, отчаянно сжимая своего друга в руках.

— Хватит её трогать, у неё нет с собой оружия. Только игрушка! — не выдержал я.

— Дальше девушка — это наша забота! — сухо прокомментировал человек Тараса. — Хорошего пути!

Плюшевый оленёнок упал из её рук на пыльную землю. Розовая игрушка, такая чистая и красивая, испачкалась в грязи.

«Подними и верни ей в руки!»

Но я стоял, словно парализованный, игнорируя яростный шёпот в голове.

«Если они её заберут, тебе не жить!»

— Я уронила своего друга! Оленёнок! — кричала она, пытаясь дотянуться до игрушки, пока её насильно толкали в сторону машины.

Эсфирь укусила мужчину и вырвалась из его хватки, подняла розового и прижала к груди, а затем так посмотрела на меня. С последней надеждой Эсфи позвала меня, хоть губы и не шевелились — я её услышал.

«Не позволяй им меня увезти, Рари», — звучал в голове её дрожащий голос.

Сердце сжалось до боли так сильно, что стало трудно дышать. Отвернулся. Зажмурился. Заставил себя идти к машине.

Шаг. Ещё шаг. Но её пронзительный крик заставляет обернуться. Один громила дергал её за руку, и тут я уже не выдержал.

— Стой! — рыкнул я, и все взгляды обратились ко мне.

— Что-то не так, Рагнар? — спросил тот, с кем я разговаривал, прищурив глаза.

«Размажь их всех, а тому, кто её дернул, оторви руку!»

Эсфи закрыли в машине и заблокировали дверь. Это к лучшему, так её никто случайно не заденет.

— Да. Всё не так. Она не поедет с вами.

На его лице появилось удивление, которое тут же сменилось злобой.

Оленёнок стучит по стеклу и кричит, чтобы её выпустили наружу.

«Потерпи, моя принцесса, совсем немного».

Оцениваю противников, их вооружение и свои шансы. Мне хватает секунды, чтобы просчитать всё до мелочей.

— Не приближайтесь, иначе… — они достали пистолеты и нацелились на меня, угрожая обстрелом.

— Мне плевать, — перебил его я, выхватывая своё оружие из-за пояса. — Наследница Коган остаётся со мной.

Дальше всё произошло мгновенно. Я выстрелил в колёса их машин, чтобы они не увезли Эсфи, затем в главного, потом во второго, третьего… Действовал быстро, точно, безжалостно. Они не успели даже среагировать.

Когда последний из людей Тараса упал замертво, воцарилась тишина. Эсфи перестала кричать. Я не видел через тонировку стёкол, в каком она состоянии, но был уверен, что испугана до смерти.

Если бы не её присутствие, то я бы не предоставил им такую щедрость в виде лёгкой смерти, особенно тому, кто сделал ей больно, трогал её за руку, ощупывал её тело.

«Никто не имеет права трогать нашу женщину!»

— Нашу? Она не наша! И даже, бл…ь, не моя! Так что заткнись, демон! — шикнул я на голос в голове.

Собрал все трупы и уложил во вторую пустую машину. Снял перчатки, которые были в крови, и пошёл за ней.

— Эсфи, отодвинься подальше от стекла, я выбью его и вытащу тебя, — предупредил её я, чтобы не поранить осколками.

Беру свой нож и бью рукояткой. Удар. Ещё удар. Стекло треснуло и рассыпалось. Она съёжилась в углу, спрятав лицо в ладонях.

— Оленёнок, иди ко мне.

— Не приближайся ко мне! — крикнула она, глядя на меня с ужасом. Её голос дрожал, и в нём звучала не только обида, но и неподдельный страх. — Ты меня обманул!

Пришлось выламывать дверь, чтобы достать её из салона машины. Эсфи сопротивлялась и била меня своими кулачками, громко плача и крича в истерике.

— Отпусти меня, не трогай!

И я послушал. Эсфи встала на свои ноги, которые тут же чуть не подкосились. Она уронила свою игрушку и плакала, прикрыв руками лицо.

— Я же тебе верила! Зачем ты так поступил?

«Утешь её, придурок!»

Я хотел подойти к ней, обнять её, успокоить, но она отступала назад, словно я мог навредить.

— Эсфирь, прости меня! — сказал я, осторожно протягивая ей свою руку, но она отступала назад. Необходимость прижать ее тело к себе сводила с ума, как и то, что я видел в ее глазах — разочарование.

Я сделал шаг вперед, но она развернулась и побежала прочь, не разбирая дороги. Я быстро нагнал её и схватил за руку.

— Неееет! — закричала она. — Отпусти меня! Отпусти! Ты меня обманул!

Я чувствовал, как её трясёт в моих руках. Она барахталась, пыталась освободиться, но я держал её крепко. Я не мог позволить ей уйти, прижал к себе, обхватив за талию, пытаясь успокоить.

— Прости, прости меня! Прости, олененок! Прости, — повторял я бесконечно, утыкаясь лбом в её плечо.

Слышать её крики было невыносимо.