Развода не будет - Елена Безрукова

Меня снова замутило, от страха, от его близости. Я вспомнила как вчера смотрела в зеркальный потолок представляя нас. Это было ужасно.

Ренат мне изменил, он угрожал! А я… Я думала о том, как он хорош в постели!

Негодяй!

Я ненавидела его еще больше! За то, что своей изменой он лишил меня себя.

Подлец…

Гад.

В глазах скопились слезы, которые угрожали вот-вот прорваться и затопить всё кругом.

— Я тебя…

— Можешь ненавидеть меня сколько угодно, — перебил он меня грубо. — Мне не привыкать. Ты и раньше не особенно любила!

Мне хотелось завопить — разве ты дал мне шанс полюбить тебя? Я ведь была к этому уже близка. А ты всё взял и испортил!

— Никому другому ты не будешь принадлежать, — сказал он, проводя пальцами по моей шее, словно если я снова что-то выкину и скажу, он меня и придушить может.

— Потому что никто за меня столько не заплатит, да? — не удержалась я и кинула ему шпильку.

Его глаза стали ещё темнее, чем обычно. Он хмуро смотрел на мои губы.

— Если кто-то подойдёт к тебе, то деньги ему станут не нужны в принципе, — сказал он вкрадчиво, глядя в мои глаза.

— Почему это? — не поняла я.

— На тот свет с ними не уйти, — ответил он спокойно.

Меня перетрясло.

Муж прямым текстом сказал, что если я, будучи замужем за ним, посмею найти себе любовника, то он его убьёт.

Нет, я, конечно, и не собиралась никого искать, но…

Кажется, я этого мужчину знаю не так уж хорошо, как думаю.

Я молчала и не знала, что на это сказать.

— Да, кстати, — выпустил он меня из плена рук и словно бы снова стал самим собой. — Сегодня вечером у меня важное мероприятие. Ты идёшь со мной. Никто не должен знать, что у меня с женой какие-то проблемы начались. В пять тут будет стилист, к шести чтобы ты была готова. Я заеду за тобой.

— Никуда я не поеду! — возмутилась я.

Ещё чего — мне и так нехорошо, буду я ещё ходить и изображать из себя счастливую жену!

— Поедешь, — ухватил он меня за руку и притянул к себе ближе. — Ты — моя жена. Ты останешься ею. И на вечеринке будешь блистать рядом со своим мужем, поняла? Только попробуй там продемонстрировать неповиновение!

— И что тогда ты сделаешь? — вскинула я голову. — Убьешь меня?

— Нет, — ответил он приближая лицо к моему. Его глаза снова стали отображать пламя то ли страсти, то ли ярости. — Возьму тебя. Хочешь — прямо при всех?

— Ублюд…

Я не успела договорить, Ренат прижал меня к стене, и впился в рот поцелуем. Приступ тошноты усилился и я в диком шоке стала отталкивать от себя мужа, мычанием пытаясь показать, что у меня проблемы. Он отстранился, я еле успела повернуться к раковине куда меня вывернуло.

— Это что ещё такое? — обеспокоенно произнёс Рен.

Меня же трясло. Я боялась повернуться к нему.

А если он сейчас догадается о беременности?

9

— Кажется, вчерашняя еда на заказ была… — еле подавила новый позыв. — Испорченной… Извини, мне надо прилечь…

Я прошла мимо него, желая как можно скорее укрыться в своей спальне, но Ренат бросил все дела и пошёл следом.

— Мила, что с тобой? Ты что — заболела? Это я виноват… Заставил тебя вчера сидеть на улице. Но знаешь, ты сама виновата! — бубнил он, идя следом. — Зачем пыталась бежать?

Я не ответила. Прилегла на кровать, повернувшись к нему спиной.

Меня продолжало дико мутить.

Надо что-то с этим делать.

У меня, кажется, начался токсикоз…

Значит, меня частенько будет выворачивать теперь. Не смогу же я врать неделями про отравление… Что же придумать?

— Что всё-таки с тобой? — Ренат сел на край кровати и развернул меня к себе за плечи. Он обеспокоенно вглядывался в моё лицо. — Ты такая бледная, и уже не первый день. Давай врача вызовем?

— Нет! — едва не закричала я, и тут же прикусила язык. Ренат не понял, кажется, что дело может быть в беременности, а если я буду так откровенно бояться посещения врача, то это вызовет у него подозрения. Но и встречи с врачом под носом у мужа нельзя допускать — врач как раз догадается быстро, что название моей болезни — беременность… — Не надо врача. — Сказал я тише и сжала его большую руку. — Не стоит дёргать людей по пустякам.

— Это не пустяки, — возразил он. — Тебя рвёт. Пусть врач осмотрит.

Он уже вынул из кармана брюк телефон и разблокировал его.

Я же выдернула смартфон из его руки и обе его большие ладони взяла в свои.

Смотрела ему в глаза.

Он смотрел на меня в ответ. Сжал крепче мои пальцы в своих руках.

Горячо.

Пальцы у него такие горячие всегда…

Это простое невинное касание заставило меня разволноваться отчего-то.

— Не нужно, — повторила я. — Всё будет в порядке со мной. Я выпью сорбент, и всё пройдёт. Посплю, отдохну.

— Ты уверена, что справишься сама?

— Уверена. Мне просто нужен покой и отдых.

— Если тебе будет плохо, тогда останемся дома, и я вызову врача. Никаких вечеринок.

Я закусила нижнюю губу, пытаясь соображать быстрее и нигде при этом не ошибиться.

Конечно, мне хотелось бы остаться дома. Но если мы останемся из-за того, что мне не станет лучше, то Ренат вызовет врача. Тот может меня рассекретить. Значит, лучше всего добиться того, чтобы мне стало лучше, навесить улыбку на лицо, а дорогие тряпки — на тело, и идти с ним под ручку на этот чёртов праздник жизни богачей.

Как я это всё ненавидела — кто бы только знал!

Всё это лакшери, роллс-ройсы и понты…

Этот мир был мне чужд до замужества, не стал привычным и после.

Но, очевидно, придётся идти, чтобы не дать мужу почву для размышлений в ту сторону, в которую ему идти не следовало.

— Я думаю, что к вечеру уже всё будет нормально, — решилась я наконец ответить. — Езжай на работу. К вечеру я буду готова. Надо — так надо.

— И ты не будешь капризничать? — с недоверием окинул меня взглядом супруг. — И даже не выкинешь ничего такого на празднике?

На их территории я — чужая. Мне лучше просто сидеть, молчать и не отсвечивать в уголке, если хочу выжить.

— Я тоже не хочу выносить сор из избы, — ответила я ему.

— Ну тоже верно, — кивнул он. — Умница. Никому о наших ссорах знать не надо. Вечером мы любящие