Тот, кто нарушает - Стефани Альвес

— Я предпочитаю термин «любовник по совместительству».

Резкий свист тренера прорезает каток.

— Так, отставить. Роудс, хватит кружиться, живо к конусам. Эллис, выплюни эту гребаную жвачку изо рта. Остальные, кончайте валять дурака и на разминку. Живо.

Остин издает негромкий стон, разворачивается и едет вокруг конусов, выделывая по пути трюки, потому что просто не может иначе.

— Кончай паясничать, пока тренер тебе задницу не надрал.

Он оглядывается через плечо, подмигивая мне.

— Ты же знаешь, что втайне завидуешь моим движениям.

Я усмехаюсь, хлопая его по спине.

— Мечтать не вредно, дружище.

Вдалеке я слышу смех — сладкий, легкий звук, который узнаю мгновенно. Мой взгляд тут же устремляется к входу, где Изабелла улыбается своему отцу, а тот обнимает ее.

Я не видел ее с той вечеринки, и черт возьми, она выглядит хорошо. Слишком, блять, хорошо для ледового катка, забитого потными хоккеистами. Какого хрена она здесь делает?

Мой взгляд скользит по ее губам, пока она разговаривает с отцом. Я так увлекаюсь наблюдением за ними, что сам не замечаю, моя нога цепляется, я спотыкаюсь и врезаюсь прямо в Коула.

— Воу, осторожнее! — ворчит Коул, когда я приземляюсь почти на него, вонзаясь коленом ему в спину.

— Черт, прости, — бормочу я, поднимаясь. Протягиваю ему руку, чтобы помочь встать.

Он просто смотрит на меня, качая головой, его темные глаза ожесточены.

— Это что сейчас было?

— Я… поскользнулся. — Я снова поднимаю взгляд: Изабелла все еще там, смеется с тренером. Ямочки на ее щеках делают ее улыбку еще более заразительной, и я не могу удержаться, чтобы не посмотреть на нее еще секунду.

— Нифига себе, тренер, — свистит Остин позади меня, затормозив. — А я-то думал, вы сухарь, а вы, оказывается, плюшевый мишка. Где мои обнимашки?

Тренер оборачивается, прищурившись на Остина.

— Все еще сухарь. Живо за дело, или будешь бегать круги, пока ноги не откажут.

— Ну нафиг, — стонет Остин, закатывая глаза и возвращаясь к упражнениям. — Рид. Ты идешь?

— Нет, я… сделаю растяжку, — бормочу я, снова переводя взгляд на Изабеллу.

Остин пожимает плечами.

— Как знаешь.

Я еще немного наблюдаю за Изабеллой; шум парней позади затихает, пока я сосредоточен на ее разговоре с тренером.

Прежде чем я успеваю осознать, что делаю, я уже скольжу по льду в ее сторону.

Лицо тренера каменеет, когда он замечает меня.

— Рид. Что ты здесь забыл? Я, кажется, велел тебе разминаться.

Я бы предпочел поговорить с твоей дочерью.

— Просто за водой заехал, тренер, — отвечаю я.

Он хмыкает, глядя на дочь.

— Первым делом: присматривай вот за этим, — он указывает на меня, после чего разворачивается и уходит.

Я поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Изабеллой. Она улыбается, как только я это делаю, и я не могу сдержать ухмылку, выгибая бровь.

— Значит, ты здесь, чтобы держать меня в узде?

Она фыркает, качая головой.

— Это работа моего папы.

Я снимаю шлем, хватаю бутылку с водой и брызгаю немного в рот.

— А. Пришла пошпионить за мной, значит?

Она посмеивается.

— Мечтай больше.

У меня дергается губа.

Ага, мечтаю.

— Так что ты здесь делаешь? — Я склоняю голову, мой взгляд скользит по ее джинсам и короткому цветочному топу, задерживаясь на секунду дольше положенного на изгибе декольте, прежде чем я заставляю себя снова посмотреть ей в глаза.

Она вздыхает.

— Папа решил, что мне будет полезно поработать под его началом какое-то время.

Мои брови удивленно взлетают.

— Да?

Она кивает, на губах играет легкая улыбка.

— Я хочу работать в спорте. Может, менеджером или аналитиком. — Она издает прерывистый смешок — полувыдох, полусмех. — Знаю, люди думают, что это глупая, нереалистичная затея, но…

Мои глаза расширяются, я искренне впечатлен.

— Черт, нет, это чертовски круто. Уверена, что хочешь провести жизнь, имея дело с толпой идиотов?

Она посмеивается, заправляя локон за ухо.

— Если я справляюсь с папой и братом, я справлюсь с чем угодно.

— Не был бы так уверен, — цокаю я, качая головой. — Особенно когда дело касается Коула. Твой отец с ним просто отрывается по полной.

Она смеется, глаза ее блестят.

— А с тобой у него проблем нет?

Я прикладываю руку к груди, изображая наигранную обиду.

— Я святой.

— Ага. Конечно. — Она ухмыляется, глядя на мое джерси. — Рид, — тихо произносит она, когда ее взгляд цепляется за фамилию. — Подожди… Рид? — Ее глаза расширяются. Ох, блять. — Райан Рид? Как Коннор Рид, легенда хоккея?

Черт. Я очень надеялся, что она не проведет параллель. У меня и так хватает людей, которые сходят с ума и пускают слюни по моему брату — не хватало еще, чтобы она начала делать то же самое.

Я вздыхаю, проводя рукой по волосам и бросая на нее виноватый взгляд.

— Ты поверишь мне, если я скажу, что это просто совпадение?

Она щурится, на ее хорошеньком личике мелькает замешательство. Черт. Хватит на нее так смотреть. Она под запретом, Райан. Под гребаным запретом.

— А ты хочешь, чтобы это было совпадением?

Я жму плечами, качая головой.

— Не знаю, — признаюсь я, издавая стон. — Я люблю брата, я горжусь всем, чего он добился, но мне кажется, что люди видят только его, когда смотрят на меня.

Она изучает меня мгновение, ее большие карие глаза смягчаются, прежде чем она качает головой.

— Я так не думаю.

Я приподнимаю бровь.

— Нет?

— Во-первых, он выше, — говорит она с ухмылкой.

Я фыркаю.

— Спасибо за это.

— И горячее, очевидно.

Я прищуриваюсь.

— Ну, это просто неправда.

— И намного лучше снимает девушек.

Я улыбаюсь, мне нравится, как она меня подкалывает, превращая эту неловкую ситуацию в нечто более легкое, хотя часть меня хочет напомнить ей, что не так давно ее губы были в дюйме от моих, а ее тело выгибалось навстречу моему, практически умоляя о поцелуе.

К черту все, была не была.

Я протягиваю руку, накручивая каштановый локон на палец в перчатке; мой голос становится ниже, когда я наклоняюсь, и аромат свежей клубники заполняет мои легкие.

— Моя память говорит об обратном, кудряшка.

Она отшатывается, ее дыхание сбивается так, что мой пульс учащается. Боже, я хочу услышать этот звук снова… и снова.

— Ну, тогда нам придется вылечить твою плохую память, — ухмыляется она, и ее голос звучит чертовски сексуально, посылая дрожь прямо по моему позвоночнику.

Я смеюсь, чувствуя, как сердце подпрыгивает. Мне не было так весело с девчонкой уже… черт. Никогда.

Мне нравится, как она может поддразнивать меня и при этом сиять улыбкой, от которой хочется запустить пальцы в ее кудри и притянуть ее губы к моим.

И